[426x698]
П Р О Д О Л Ж Е Н И Е.

Дядик не рассказывал о развивающемся контакте с парой Кафков. Но, судя по позднейшим событиям, контакт этот оказался сильнее с Марией Васильевной, чем с её мужем, сухим человеком, по отзыву самой Марии Васильевны.
А Мария Васильевна - очень чуткий человек к чужому горю, бесконечно добрый, старалась разбить дядин пессимизм и его замкнутость. И ей это удавалось, особенно, благодаря их общему увлечению животным миром, ездой верхом и симпатиями к людям, особенно после продолженных встреч в Москве. Муж (не знаю его имени) не препятствовал этим дружеским встречам.И Дядика это как раз устраивало, так как он не нарушал клятву, данную Дэле…

Шли годы…И как-то случайно из разговора взрослых я узнаю, что Дядик женился. Во всяком случае - поселился вместе с Марией Васильевной в двухкомнатной квартире на Серпуховке (где я его и посещала впредь).
Мария Васильевна работала Кремле переводчицей с трёх языков, как историк, защитивший диссертацию по истории Кремля (между прочим, её выступление на защите вызвало гром аплодисментов. Необычный случай). Одновременно она много писала, обыкновенно это были расшифровка писем или статьи исторических личностей западных стран, которые даже в ту пору заинтересовывали историков. Она расшифровывала их, переводила и писала, исследовав комментарии к ним. Назову хотя – бы одну из многочисленных работ, присланную мне на память: «Автограф Декарта в государственном историческом музее» - публикация в Академии наук в 1963 году, в журнале «Вопросы истории естествознания и техники», выпуск 14., 1963 г. Список же всех её работ очень обширен, он остался у друзей Марии Васильевны к сожалению. А вот ещё одна работа в Ежегоднике Института искусств Академии наук СССР. «Письмо актёра театра французской комедии Анри-Луи Лекена». М., 1958 (мне показалась статья очень интересной).

Не могу не рассказать об очень интересном знакомстве, а потом дружбе Марии Васильевны. Работая переводчицей в Кремле, она столкнулась с парой англичан, из которой муж служил в посольстве. Эта пара, некие Чемберсы, когда-то уже побывали в Москве и, возвращаясь в Америку (где муж тогда служил), взяли билеты на уже заранее известный своей грандиозностью пароход. То был «Титаник». Всем известна его трагическая судьба и гибель большинства мужского состава пассажиров. А они уцелели, по дядиным впечатлениям, из-за ловкого маневра господина Чемберса. Марии Васильевне понравилась особенно мадам Чемберс, удивительно добрая и внимательная ко всему в Москве и сочувствующая русским.
Их рассказ о крушении интересен тем, что пассажиры, как в частности, и они, восприняли столкновение парохода со льдиной равнодушно и, следовательно, легкомысленно. Все были уверены, что высадка на шлюпки временна (как им было сказано) и даже уверены, что это - «излишняя предосторожность». Во всяком случае, одеваясь, мадам Чемберс спрашивала, стоя перед зеркалом, мужа: «Как думаешь? Мне эту шляпку надеть или ту, новую?» Взяли они с собой только маленький чемоданчик.
Когда они высадились на шлюпку, настроение изменилось, их шлюпка поторопилась отплыть, по настоянию Чемберса, от парохода. Ужас обуял их уже тогда, когда они увидели, как плывшую за ними лодку затянуло в воронку, образовавшуюся из-за погружающегося в недра океана гигантского судна. Они были спасены...

В книжечке, рассказывающей об этой трагедии, среди перечисленных спасшихся, я нашла и пару Чемберсов.