[431x699]
П Р О Д О Л Ж Е Н И Е.

Тут Дядик сошёлся и очень полюбил мою Бабушку, умнейшую и остроумнейшую собеседницу, теперь в большом горе по случаю убийства в Тифлисе её брата, генерала Фёдора Фёдоровича Грязнова(Выписка из Военной энциклопедии: «Грязнов Фёдор Фёдорович, род.1855 г. Окончил Нижегородскую военную школу и военное Константиновское училище, в 1880г. окончил Академию генерального штаба. Служил по Генштабу. Затем был вице-консулом в турецкой Армении, в 1890г. назначен командиром 45 драгунского полка, через 2 года Гродненского гусарского.(Его лекции по тактике кавалерии изложены в его книге «Конница»). В чине генерал-майора назначен (1903) начальником штаба Кавказского военного округа. В 1906г. смертельно ранен бомбой революционера в Тифлисе»).
Самое возмутительное было то, что в Волочек революционно настроенные прислали фильм-пасквиль на дедушку Федю, зная, что там живёт его сестра. Надо сказать, что в городе, все жители его очень уважали Бабушку. Горожане, весьма многодетные и видящие результаты деятельности Бабушки в обучении их детей, не были ещё охвачены революционными идеями (как, по-видимому, все провинциальные города). Большинство, к тому же, были обеспечены заработками на многочисленных фабриках вокруг города (историческая роль Волочка как «волока» известна). Кстати сказать, отец Бабушки Фёдор Иванович Грязнов был послан царём в 60-ых годах 18 века, как специалист по шлюзам, для их налаживания, и Бабушка родилась именно в этом городе, отчего и согласилась охотно поработать на родине. Направил её на эту должность тверской губернатор Бюнтинг, с семьёй которого она подружилась, у него же работал и мой отец. Это сближало её с пожилыми вышневолодами.

А вот одно из выражений доброжелательного чувства к Бабушке: на второй день после демонстрации гадкого фильма в нашем кино, прибегает радостный мой брат Лёша и рассказывает, что все объявления об этом фильме крест-накрест перечёркнуты! Кто это сделал - неизвестно. Смелый поступок.
Помню, как Дядик, несколько левачески настроенный, особенно по сравнению с Мамой, которая восприняла уж слишком буквально консервативное настроение в Смольном институте, в разговоре вызывал часто критические поправки Мамы. Начинался между ними спор (конечно, не доходящий до ссоры), но моя чуткая душонка (мне 6 лет), очень болезненно воспринимала это. Помню также Мамину фразу, сказанную не «ласковым» голосом сводной сестре: «Петя одел красную рубаху». Почему красную? - никогда не видала. Тогда я не поняла, но сказано опять «неласковым» голосом (единственное, что я почувствовала, как всё - не разумом, а чувством). «Неласковость» в отношении к обожаемому Дяде меня обидела. Смысл этой фразы я поняла позднее.

Дядина доброта (а может быть и его «красная рубаха») проявилась в милости к крестьянину, совершившему поджог дома в Дягильно во времена революционного настроения крестьян. К счастью, доброжелательно настроенные дворовые спасли мало пострадавший дом. Совершивший поджог был уличён, схвачен (не знаю, кем) и приведён к Дядику, выполнявшему роль хозяина вместо уже заболевшей матери.

[699x438]

Пойманный бросился перед дядей на колени, прося пощады. Дядик его, конечно, простил. Бабушка поступила бы иначе. Её реакция на это событие мне неизвестна, тем более, что поджог был совершён в половине, отдалённой от комнат, где она проживала.
Возможно, что дядин поступок произвёл на окрестных крестьян впечатление, выразившееся впоследствии в том, что трое из них вывезли Дядика и сестёр из имения ночью, когда они узнали об угрозе его ареста, уже в годы революционных восстаний. Как это произошло - не знаю. Сестры, неожиданно для меня, появились в Вышнем Волочке, по-видимому, по приглашению Бабушки, ещё не выгнанной из гимназии. Дядик, как всегда, в Москве. Так было покинуто всеми любимое Дягильно... навсегда.

Из его жителей вне семьи я потом познакомилась с одним Дядиным другом с детства, из дворовых, на которого Дядик обратил внимание как на способного, «вывел его в люди», помог ему получить образование настолько, чтобы поступить в Сельскохозяйственный какой-то институт. Единственно странное в их отношениях (для меня), было то, что Дядик называл его -«Володя», на «ты», а он его - «Пётр Константинович» и «Вы». На мой вопрос, почему, Дядик ответил: «Не добился я - упрямый, не захотел менять обращения...».