[430x698]

П Р О Д О Л Ж Е Н И Е.

Письмо Дяде от Екатерины Густавовны (без обращения):

«Я давно написала это письмо, но не послала, боясь нарушить Твои занятия. Да, Петрусь, ты болен, но ты болен страстью, а не любовью, так как любовь - совсем, совсем другое, она придаёт силы к борьбе в жизни и даёт покой душевный, - а не тревогу вечную. Ты очень нехорошо сделаешь, если поедешь в Питер, особенно в отношении Дэли, так как она не умеет себя держать, и это свидание сильно повредит ей. Какая же это любовь с Твоей стороны!? Сам себя обманываешь, бедный мой мальчик. Поучись у брата, как надо оберегать имя любимой девушки, а ведь ты её компрометируешь. Это обяжет Тебя хуже всякого слова. Не будь таким безумным. Подумай, Петя, если бы папа твой жил, - разве ты бы себе позволил дать волю своим страстям? Великий грех на твоей душе и той, которая возбудила эти чувства в тебе преждевременно, и вот эти чувства ищут исхода во что бы то ни стало! Но пойми, Петя, что это не любовь, а обожание греховное. Конечно, ты мне не поверишь, но своего благословения я дать не могу. Пусть совесть твоя
будет тебе судьей, я же могу только молиться о тебе. Не там ты ищешь утешения и можешь только погубить себя, а я этого не переживу.. .Мама.»

И вот наступает катастрофа - Дэля заболевает (не знаю диагноз) и … умирает. Вся её родня утверждает, что она умерла от горя и отворачивается от бедного Дядика решительно. К несчастью, так же воспринимает её смерть и Дядик.
Сообщение о её смерти он получил, будучи в Твери у своего брата,
Ильи Константиновича, то есть в нашем доме. Знаю из маминого рассказа,
как его привели к нам с почты, где его подобрал добрый человек, когда Дядя
потерял сознание, получив эту весть письмом. Удачно, что он попал в дом Папы, кажется, самого доброго из остальных братьев...
Эту катастрофу Дядик воспринял как свою вину, что действительно отразилось на всём его поведении и состоянии здоровья. Вот здесь в отчаяние пришла и его мать, поняв, что утешить его ей как раз меньше всего удастся. Этот период мне неизвестен ни по письмам, которых, по-видимому, было мало, ни по рассказам Мамы. Даже не знаю, куда он поехал из Твери.