П Р О Д О Л Ж Е Н И Е.

[461x699]
В старческие годы, надо сказать, Дядик осуждающе относился к увлечению охотой, но.. .Однажды он шёл со своим старым другом по Москве. Вдруг они натолкнулись на группу мальчишек, вооружённых рогатками, которые по очереди пытались попасть в садящихся на забор воробьев. Дядик стал наблюдать - ни один не попал в воробья. И вдруг Дядик: «Дай-ка я попробую!». Вооружился, прицелился и уложил на месте первого же, уже взлетающего. Ужасно вдруг смутился: «Это во мне охотник проснулся, прости!», - сказал он смешавшись. (Рассказал мне это его друг).
Будучи уже подростками, мальчики получили в подарок ружья. Охота с жаром усилилась. Пригодилась стрельба в старшем возрасте лишь другому брату, ставшему военным, дяде Лёше, который, к счастью, был мобилизован в 1914 году как знаток лошадей для отбора их во фронтовую атаку.

Природа, окружающая имение, подготовила Дядика к служению ей -он смолоду знал растения и животный, особенно, птичий мир. Позднее он принялся за изготовление чучел птиц (я долго хранила чучело цыплёнка, подаренное мне; особенно трогательно было в нём, это его поза, выражающая желание взлететь или быстро побежать, и беспомощность при взмахивании крылышками). Дядик рассказывал, что их садовник попросил его научить этому искусству. И всё у него выходило нехорошо, потому что, по его словам, он не мог передать свойственную данной птице «посиссию», как он (немец) сказал, то есть позицию, позу, характерную для данной птицы.
Знакомство с работами академика Павлова вдохновило Дядика уже в студенческие годы заняться условными рефлексами животных. Как ни странно, он начал изучать их на зайчиках. И вот рассказ тётушки. Ему удалось выработать в зайчике рефлекс такого порядка: как только Дядик звонил в настольный колокольчик, зайчик получал еду. Затем Дядик научил зайчика самого вспрыгивать на письменный стол и звонить, взявши колокольчик зубами и вскидывая голову. Однажды Дядик задержался где-то. Прислуга отворила ему дверь и, помогая ему снять пальто, говорит: «Пётр Константинович, а ваш зайчик уже три раза ЗВОНИЛИ», чем выразила глубокое уважение к чудо-зайчику. В зайцах, говорил Дядик, рефлекс самозащиты был очень силён от природы, с малого возраста, что понятно, он - беззащитное животное. Рассказывал Дядя и то, как подобранный малышём, зайчишка, выпущенный зимой на веранду, первое время перед сном сначала делал широкие круги, бегая по веранде, постепенно сужал их и, становясь в центре, прыгал на постеленную ему для сна подстилку. Потом этот рефлекс (естественный для защиты от хищников) затухал. Поэтому Дядя старался не пропустить этот момент и выпускал зайчика в лес.
Проводя с Дядиком летний отпуск в Калуге, я поражалась во время прогулок (он снимал комнаты почти за городом, там, где в садике стоит памятник Циолковскому). Меня поражало его знание растений, а его возмущала моя неграмотность. И когда я смущалась, он успокаивал: «Что же удивительного в моём знании: это моя специальность, к тому же я вегетарианец». Вот в этом отношении мне приходилось трудно с готовкой обеда, который я иногда приносила в дивный лес (версты 2 от дома), чтобы там угостить его с другом, приехавшим его навестить из Москвы. Но морально меня это не тяготило - любила доставить ему удовольствие, а уж их разговоры доставляли мне великое наслаждение! (Это уже после мировой войны).



[700x577]