Был у Плеваки по адресу. Дома не застал. Дверь открыл швейцар в ливрее почти как у Абрам Петровича, сообщив, что барина де нету дома. На мой же вопрос, «где ему быть?», мрачно отвечал «известно где, в борделе».
Ушел ни с чем.