В Подольский городской суд от Ковалёва Сергея Алексеевича, зарегистрированного: 123456, Московская область, г. Троицк, ул. Ленина, д. 3, кв. 50.



ЖАЛОБА
на постановление по делу об административном правонарушении


Постановлением мирового судьи судебного участка № 193 г. Троицка Московской области Соловьёва В. С. от 24 февраля 2004 года я лишён права управления транспортными средствами сроком на один год за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 Кодекса РФ об административных правонарушениях.
С данным постановлением не согласен и полагаю, что оно было вынесено с нарушением закона и без учёта установленных судом обстоятельств дела.
Как следует из постановления, вывод суда о моей виновности основан на показаниях инспектора ГИБДД Чашкина С. В., врача Троицкой городской больницы Сиротинина А. Н., акте медицинского освидетельствования № 45 от 04 февраля 2004 года, показаниях моей жены Ковалёвой Л. Б.
Однако имеющиеся в деле доказательства не свидетельствуют о наличии моей вины в совершении инкриминируемого административного правонарушения, представленные в суд доказательства моей вины получены с нарушением закона, кроме того, выводы суда, изложенные в постановлении, не соответствуют материалам дела.
Так, из показаний инспектора ДПС ГИБДД Чашкина С. В. следует, что он, получив сообщение о задержании меня на АЗС, прибыл туда и обнаружил у меня явные признаки алкогольного опьянения. В связи с моим отказом пройти освидетельствование с помощью индикаторной трубки выдыхаемый мной воздух был протестирован при помощи нештатного портативного газоанализатора, принадлежащего лично Чашкину. Как пояснил Чашкин, ему известно, что по прошествии 30 минут после употребления 100 г водки данный газоанализатор не определяет наличие алкоголя в выдыхаемом воздухе, а в данной ситуации прибор показал наличие у меня алкогольного опьянения. Данные показания не могут считаться доказательством по следующим причинам. Как следует со слов инспектора, данный прибор является нештатным, портативным и принадлежит лично ему. Что это за прибор, каково его конструктивное устройство, принцип работы, погрешность, достоверность измерений, из материалов дела не видно. Никаких документов с указанием наименования прибора, его серийного номера и других данных, позволяющих определить, чем руководствовался инспектор при изучении показаний прибора, в деле нет и г-ном Чашкиным в суде не предъявлено, поэтому установить, насколько точны показания инспектора и данного прибора, суду не удалось. Кроме того, в решении суда указано, что со слов инспектора, у меня были обнаружены признаки алкогольного опьянения, в частность, «запах алкоголя». Однако в данной части решение суда противоречит показаниям инспектора, содержащимся в протоколе судебного заседания, из которого следует, что про наличие запаха алкоголя инспектором вообще ничего не говорилось, то есть показания данного свидетеля при вынесении постановления были судом дополнены обстоятельствами, о которых свидетель не говорил, в частности, о наличии запаха алкоголя. Также судом не указано, откуда исходил запах алкоголя, а данный факт имеет значение для правильного рассмотрения дела, так как запах должен исходить именно изо рта. Вполне возможно, что запах исходил от другого источника, однако никакого указания на это в решении суда нет. Из этого следует, что показания свидетеля Чашкина, изложенные в решении суда с искажениями, являются недопустимыми доказательствами и не могут использоваться для доказывания обстоятельств, указанных в ст. 26.1 КоАП РФ.
Ещё одним доказательством суд посчитал показания свидетеля Сиротинина А. Н, являющегося врачом Троицкой городской больницы, проводившим медицинское освидетельствование. По словам данного свидетеля, у меня имелись «клинические признаки алкогольного опьянения», а именно: изменение поведенческих реакций, расширение кровеносных сосудов глазных яблок, покраснение кожи лица, запах алкоголя. Проведённые исследования показали, что я нахожусь в состоянии алкогольного опьянения. Данные показания судом также неправильно истолкованы и положены в основу постановления. Прежде всего, врачом неправильно указаны клинические признаки, свидетельствующие о наличии состояния опьянения. Критерии, по которым возможно судить о наличии опьянения, предусмотрены в Приложении № 3 к приказу Министерства здравоохранения РФ № 308 от 14 июля 2003 года «О медицинском освидетельствовании на состояние опьянения». В соответствии с этим, такими признаками являются: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, выраженное дрожание пальцев рук, резкое изменение окраски покровов лица, не соответствующее обстановке поведение. Как видно их этого перечня, ни один из признаков, упомянутых Сиротининым А. Н., в наличии не имелся, а те критерии, которые, по его мнению, свидетельствуют о моём опьянении, в данном перечне отсутствуют, поэтому доказательствами являться не могут. Также из показаний этого свидетеля можно узнать, что положительный результат при пробе воздуха на наличие алкоголя может дать наличие паров воздуха или ацетона. Поскольку я был задержан сотрудниками милиции на автозаправке, наличие паров бензина в данном случае исключить нельзя, однако данное обстоятельство судом не учтено и должным образом не оценено. Также Сиротинин А. Н. пояснил суду, что иного оборудования, кроме приборов для анализа паров выдыхаемого воздуха, в больнице не имеется.
Не может являться доказательством и акт медицинского освидетельствования № 45, составленный вышеупомянутым свидетелем по следующим причинам. Порядок медицинского освидетельствования на состояние опьянения, в соответствии с ч. 6 и ч. 7 ст. 27.12 КоАП РФ, устанавливается Правительством Российской Федерации, а акт медицинского освидетельствования прилагается к соответствующему протоколу. Во исполнение этой нормы кодекса Правительством принято постановление № 930 от 26 декабря 2002 года «Об утверждении Правил медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, и оформления его результатов» (далее по тексту – Постановление № 930). В соответствии с п. 8 указанного Постановления, медицинское освидетельствование производится в соответствии с нормативными правовыми актами Министерства здравоохранения РФ. Таким нормативным актом является приказ Министерства здравоохранения РФ № 308 от 14 июля 2003 года «О медицинском освидетельствовании на состояние опьянения» (далее по тексту – приказ № 308). Данные нормативные акты, регламентирующие порядок освидетельствования, были в данном случае грубейшим образом нарушены. Это выразилось в следующем:

1.) Как установлено п. 4 Постановления № 930 и п. 1 Приложения № 3 («Инструкции по проведению медицинского освидетельствования….», далее по тексту – Инструкция) к Приказу № 308, медицинское освидетельствование производится в организациях здравоохранения, имеющих лицензию на осуществление медицинской деятельности с указанием соответствующих работ и услуг. Однако из материалов дела не видно, что Троицкая городская больница имеет лицензию на проведение медицинского освидетельствования, в суд данные документы ни врачом, ни сотрудниками ГИБДД не представлено. Вполне возможно, что данное медучреждение имеет лицензию на оказание медицинских услуг, однако вправе ли оно оказывать услуги по медицинскому освидетельствованию на состояние опьянения, из материалов дела не видно, из чего можно сделать вывод, что сделанное сотрудником данного учреждения заключение не может являться доказательством вины.
2.) В соответствии с п. 6 Постановления № 930 и п. 4 Инструкции, медицинское освидетельствование производится врачом, имеющим соответствующую специальную подготовку. Однако ни из материалов дела, ни из показаний врача Сиротинина А. Н. нельзя установить, имеет ли он соответствующую подготовку. Никаких подтверждающих это документов (свидетельств или удостоверений) в суд представлено не было, судом не изучалось и к материалам дела не приобщено, что даёт основания сомневаться в достоверности данных, полученных указанным врачом.
3.) В соответствии с п. 6 Инструкции, при освидетельствовании используются технические средства индикации и измерения, зарегистрированные и разрешенные Министерством здравоохранения Российской Федерации для использования в медицинских целях и рекомендованные для проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Как видно из акта медицинского освидетельствования № 45, врачом использовался прибор под названием «____________». Однако в деле нет никаких данных относительно того, зарегистрирован ли данный прибор для использования в медицинских целях и рекомендован ли он Минздравом для проведения такого освидетельствования. Отсутствие в деле документов, подтверждающих допуск данного прибора к использованию в указанных целях, делает ничтожными доказательства, полученные с использованием этого аппарата.
4.) Акт медицинского освидетельствования № 45 составлен с нарушением требований, предъявляемых к нему. Так, п. 9 Инструкции требует при заполнении акта все пункты заполнять без каких-либо сокращений и подчеркиваний. Однако основные пункты акта, касающиеся фиксации результатов проб выдыхаемого воздуха, заполнены не полностью. В форме акта, утверждённой Приказом № 308, предусмотрено, что наряду с названием и серийным номером прибора, используемого для проведения исследования, необходимо указывать и дату последней проверки (поверки) прибора. Однако в нарушение этого требования, сведения о последней проверке (поверке) прибора в соответствующих графах акта отсутствуют, ввиду чего невозможно установить, когда данный прибор в последний раз проверялся на соответствие требованиям и достоверность показаний. Тем самым нарушены также и требования закона РФ «Об обеспечении единства измерений», в соответствии с которым, на приборы, используемые в области здравоохранения, распространяются требования о наличии регистрационного удостоверения и сертификата соответствия, а также требования о проведении проверки (поверки) с периодичностью, установленной для каждого вида прибора. Однако, поскольку сведения о последней проверке (поверке) прибора в акте не указаны, можно предположить, что прибор не проверялся никогда, поэтому полученные с его помощью результаты не могут считаться достоверными и не могут быть положены в основу решения о виновности.
5.) При проведении медицинского освидетельствования нарушены и требования п. 11 Инструкции, в соответствии с которым, основой заключения о состоянии освидетельствуемого служат данные комплексного медицинского освидетельствования с учетом результатов лабораторных исследований. Для фиксирования результатов лабораторных исследований в акте предусмотрен п. 13, где должно быть указано, какие биологические среды отбираются у освидетельствуемого и каковы результаты этого исследования. Однако, как видно из акта № 45, никакие анализы не были взяты и лабораторные исследования не проводились. Это является нарушением п. 11 вышеуказанной Инструкции, так как данная норма требует выносить заключение на основе комплексного медицинского освидетельствования с учетом результатов лабораторных исследований. Поскольку лабораторные исследования не проводились, их результаты не были учтены, и заключение сделано без учёта этих данных, то есть вывод о наличии у меня состояния алкогольного опьянения сделан без учёта фактов, которые в силу п. 11 Инструкции являются обязательными. Поэтому данные выводы также не могут служить доказательствами, поскольку получены с нарушением закона, что в силу ст. 29.6 КоАП РФ делает данные доказательства не имеющими юридической силы. Отказ врача от взятия у меня анализов нашёл своё прямое подтверждение и при допросе Сиротинина А. Н., который в судебном заседании сообщил суду, что медицинский кабинет, где проводилось освидетельствование, не оборудован соответствующими приборами и инструментами, необходимыми для получения биологических анализов, и никакие анализы у меня не брались. Этот факт также свидетельствует о недостоверных выводах освидетельствования, произведённого исключительно с помощью исследования выдыхаемого мной воздуха, поскольку отсутствие в медицинском учреждении необходимых материалов не является основанием для нарушения порядка проведения медицинского освидетельствования, установленного действующими нормативными актами Правительства РФ и Министерства здравоохранения РФ, а также ущемления моих прав на всесторонне, полное и объективное изучение обстоятельств дела. Таким образом, с учётом допущенных нарушений, акт медицинского освидетельствования № 45, имеющийся в материалах дела, является недопустимым доказательством, поскольку освидетельствование и составление данного акта произведено с нарушением требований, установленных действующим законодательством, и не может быть положено в основу обвинения меня в совершении административного правонарушения.
6.) Одним из доказательств судом признаны показания моей жены, Ковалёвой Л. Б., однако это также незаконно, поскольку в своих показаниях она чётко и ясно показала, что никаких признаков алкогольного опьянения у меня не было, алкоголь я в тот день не употреблял и был совершенно трезв.
7.) С самого начала я утверждал и утверждаю, что в тот момент не был в состоянии алкогольного опьянения. Реакции, отдалённо напоминающие клинические признаки алкогольного опьянения, могли возникнуть от употребления мной лекарственных препаратов, рекомендованных мне лечащим врачом в связи с лечением зубов. Справка об этом также имеется в деле (л. д. ). Косвенно моя невиновность подтверждается и показаниями врача Сиротинина А. Н., который показал, что реакцию, похожую на наличие алкоголя в выдыхаемом воздухе, могут быть и другие вещества – бензин, ацетон и т. п. Поскольку в то время я принимал лекарственные средства, не исключено, что ввиду их употребления в выдыхаемом мной воздухе приборы зафиксировали возможное наличие паров алкоголя. Единственным бесспорным и неопровержимым доказательством могли бы быть результаты лабораторного исследования биологических сред (анализов крови, мочи или слюны), однако поскольку эти анализы у меня не брались, считать доказанным факт употребления мной алкоголя и управления транспортным средством в состоянии опьянения полностью не доказан.


Таким образом, из вышеуказанного следует, что моя вина в совершении инкриминируемого административного правонарушения не доказана, использованные доказательства получены с нарушением закона (освидетельствование проведено в учреждении, наличие лицензии у которого не проверено; при анализе использовались приборы, достоверность показаний которых не подтверждена сертификатами и регистрационными удостоверениями; дата последней проверки/поверки приборов неизвестна и в нарушение требований Инструкции в акте не указана; медицинское освидетельствование проведено врачом, не имеющим соответствующей подготовки; вывод о наличии алкогольного опьянения сделан исключительно на основе анализа проб воздуха без обязательного изучения биологических анализов в лабораторных условиях, что является обязательным; не приняты во внимание мои объяснения и показания моей жены о том, что я не находился в состоянии алкогольного опьянения; на дана оценка тому, что мной употреблялись лекарственные препараты, в составе которых могут иметься спиртосодержащие вещества). В соответствии со ст. 48 Конституции РФ, а также ст. 29.6 КоАП РФ, при осуществлении правосудия не могут быть использованы доказательства, полученные с нарушением закона, а все неустранимые сомнения толкуются в пользу обвиняемого.


На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. КоАП РФ, -


П Р О Ш У :


1. Постановление мирового судьи судебного участка № 193 г. Троицка Московской области Соловьёва В. С. – отменить.
2. Производство по делу прекратить.
3. Возвратить мне водительское удостоверение.




«___» марта 2004 года ____________(Ковалёв С. А.)