вместо стука сердца нелепая комедия.

Считаю дни до безумного мгновенья. 02,02. так прсото. так просто родилась я. 

О нем слагали легенды, писали новеллы и восхваляли в стихах. А он просто  шел по улице, методично меся весеннюю грязь своими любимыми кедами, подгоняемый весенним ветром.

Недокуренная сигарета полетела в сторону, фонарь нелепо освещал ему дорогу, чуть стыдясь своей наготы. А он уверенно двигался вперед, слегка опаздывая, но в это время суток опаздание не имело значения, в 4 утра время утрачивает свою силу.

На небе миллиарды звезд : их видят немногие, потому что немногие ХОТЯТ их увидеть.

Желтое урбанистическое небо открывает свои секреты только для избранных и он был в их числе.

У него была своя палитра реальности, и отнюдь не каждый мог его понять, ему были чужды все проблемы Муравейника.

Вот он увидел эти расплавленные часы,у которых стоял тот, кто его ожидал. Ему было стыдно посмотреть ему в глаза, поэтому он просто наблюдал свою тень. Эта тень...отражение второй реальности, то от чего он не сможет избавиться, то что преследует его везде и всегда, тщетность усилий была невыносима для него.

Ожидавший что-то сказал, но пустота утренней улицы унесла его слова прочь. Где-то за призрачным горизонтом высоток начали появлятся светлые пятна. Так началась война междщу днем и ночью.

Он обернулся, выпустил пар, и ушел... А ожитдавший так и остался стоять у прогнивших часов, которые ему ничего не дали....

Он шел и старался не думать...

Разве кухонный свет не хуже солнечного? Разве деревянный паркет не хуже летней травы?

Ради чего мы вобще живем? Ради мгновений, которые толкьо дьявол сможет остановить.

Ему перебежала дорогу желтая кошка, и ушла в лимонный переулок, от которого веяло пыльным смрадом...

Он ускорил шаг, но до привычности было уже не добежать. Желея о начатом, он не занл как вернутся, все входы в метро были закрыты, равно как и выходы. Город погиб для него.

Все из-за одной опечатки...