Ненавижу аэропорты. Ненавижу эти зеленые корридоры. Людей, которые там работают, их магазины, тележки с багажем. Я ненавижу самолеты, которые увозят кого-то неизвестно куда.

Я сидела в кофейне. Ах, как я ненавижу кофейни в аэропортах, там слишком дорого и люди редко встречаются дважды. Я пила чай и нервно курила, через несколько минут приземлиться самолет, потом он будет долго спускаться с трапа, проходить паспортный контроль, ждать свой багаж у этой ужасной ленты, около нее всегда думаешь, что именно твой чемодан попал по ошибке в Стамбул, и все вещи пропали навсегда.

Часы тикали, чай заканчивался, я уже попросила счет, долго искала в сумке кошелек, но когда подняла глаза, он уже сидел напротив меня. Папка со счетом загадочным образом исчезла. Он улыбался, сделал глотой из моей кружки, докурил мою сигарету, встал, подал мне пальто и крепко взяв за руку мы направились к выходу. 

У нас было мало времени, но в дороге мы почму-то не разговаривали, он смотрел вперед и улыбался, иногда сжимая мою руку, давая понять, что он правда скучал. Я же не могла оторвать от него взгляда, силясь периодически смотреть в окно, мозг все равно требовал любоваться им. Мы приехали, все так же не произнеся ни слова, вышли из машины, я открыла дверь своей квартиры, я думтала предложить выпить, но он давно чувствовал себя как дома, он устремился к моему мини-бару, в котором по-честному, стояла бутылка водки и бутылка вина, которая, кстати говоря, была куплена вчера исключительно для сегодняшнего вечера. Он налил два бокала, сел на диван, он все еще улыбался, он улыбался с самой первой минуты, что мы встретились, в его глазах блестел огонек, я села рядом. Разом осушив бокал, он стянув с себя галстук, взял мое лицо в руки и поцеловал...

Ночью я на цыпочка пробралась на кухню, налила себе водки и закурила. Я долго плакала, но старалась делать это бесшумно, чтобы не разбудить его. Вот это все что мне дозволено. Редкие встречи, редкие звонки, секс да стопки водки ближе к утру. Я никогда не понимала любит ли он меня, зачем он приезжает ко мне и врет своей маме, что все еще в Англии, чтобы провести больше времени со мной. Но в то же время, он часто рассказывает, как к нему подкатывали горячие француженки и шлюшковатые американки. А я молчала, бегала за ним и каждый день думала, что это надо закончить.

Я встала, почистила зубы, чтобы от меня не разило алкашкой, легла к нему в кровать, тупо смотря в потолок. Он приоткрыл глаза, улыбнулся взял меня за руку, и опять закрыл глаза, мне становилось легче, но не стало... Еще одна слеза еще один месяц без него стартует через  4 часа...