В семь тридцать утра отбиваю каблуками марш у метро.
Какая-то странная началась весна.
А зима была самая лучшая в моей жизни.
Есть нужда говорить "спасибо". 
Какие чувства сейчас вызывает у меня Останкинская башня?
Она видна почти ото всюду. Я смотрю на нее. И мне как-то печально.
Она все такая же. Только вот вчера я сказала кому-то, что больше не хочу ездить в Останкино.
И похоже и с ним больше говорить не хочу. Он сказал "созвонимся как-нибудь".
У меня нет нужды звонить ему. Нет нужды в нем. Просто обидно. Огромный кусок моей жизни.
Завершился. Полгода. Для меня долго. Прошла любовь к нему. Прошла любовь к Останкино.
Я все еще, кажется, по-привычке хочу ему звонить иногда. Но нам не о чем говорить.
Нам не в чем винить друг друга. Не за что говорить "прости". Было и прошло.
Спасал. Я выживаю. Я борюсь. Он был целью. Потом стал возможностью для побега.
Мне всегда нужна возможность для отхода.
Но я же чертовски любила его! Он и говорил вроде: что если любовь проходит, значит и не любовь.
Но блять! Я так чертовски любила его! Кажется каждой клеточкой души и тела.
А теперь он все еще в моем сердце, он там как чудесное воспоминание.
Любовь не живет три года. Для меня она живет полгода.
Страшно, что большой части моей жизни уже нет. Я может и могла бы все вернуть.
Но нет. Это пройденный этап. Я прошла через такое место, как телецентр, и через такого человека, как он.
Его имя вызывает непонятную тоску. Вид Останкинской башни вызывает непонятную тоску.
Я живу другим. Я живу другими. Но все что было, было прекрасно. Я ставлю точку.
Но если я ему еще позвоню... это лишь значит, что я скучаю по воспоминаниям.
Если я поеду туда. Значит я просто хочу вспомнить. Как было, уже не будет.
Это больно. Но я живу дальше.