Царское Дело Приложение. Книга Быкова
03-12-2008 16:47
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
В июле 1919 г. Екатеринбург был вновь захвачен наступавшими частями Красной армии, что положило конец правлению белых на Урале. Силы белых и чехословаков откатились с Урала на восток. В переполненном искавшими спасения беженцами железнодорожном вагоне на восток выехал и Н.А.Соколов, сумевший взять с собой несколько ящиков. В них по большей части находились материалы и протоколы допросов свидетелей, а в двух ящиках были вещдоки — тщательно завернутые в ткань 311 различных предметов, найденных в Ипатьевском доме и в окрестностях рудника в урочище Четырех Братьев. Среди них было около тридцати фрагментов костей, «сгустки растопленных жировых масс животного происхождения», волосы, оторванный палец, который, как был уверен Соколов, представлял собой безымянный палец Императрицы, раздробленные осколки ювелирных украшений, небольшие иконки-образки, обрывки одежды и обуви, а также различные металлические предметы: пуговицы, пряжки, пряжка от ремня Цесаревича, револьверные пули, клочки окровавленных простыней и прочие мелкие предметы. П.П.Булыгин упоминает также о «тринадцати каплях крови», хранившихся в капсулах из-под мышьяка. Эти ящики постоянно находились при Соколове на пути из Екатеринбурга в Омск, из Омска в Читу и из Читы в Харбин. В Чите Соколова едва не расстреляли подчиненные атамана Семенова, который, как посчитал следователь, состоял в иудеобольшевицком заговоре с целью предотвратить предание огласке его версии гибели Царской Семьи. Этот эпизод, естественно, мало способствовал тому, чтобы Соколов хоть немного успокоил свои расшатанные нервы. Похоже, что истерическая взвинченность Николая Алексеевича, счастливо спасшегося от Семенова, спасла его и во второй раз: когда генерал М.К.Дитерихс предложил ему обезпечить безопасную эмиграцию из России, следователь отказался, заявив своему верному помощнику капитану Павлу Булыгину, что подобное предложение — составное звено в цепи заговора с целью отобрать у него его драгоценные ящики.
Убийство адмирала Колчака в начале 1920 г., а также упорные слухи, что его выдали большевикам французы, послужили сигналом для всеобщей паники среди белогвардейцев и монархистов, не только остававшихся к тому времени в Сибири, но и находившихся в Манчжурии. В Харбине со дня на день ждали красных. В этой обстановке Соколов спешно уехал во Владивосток, где по иронии судьбы оказался под покровительством «того самого» генерала Жанена, главы французской миссии и командующего силами экспедиционного корпуса союзников в Сибири. Весной 1920 г. Соколов покинул Россию на борту французского корабля «Андре ле Бон». Корабль был битком забит беженцами. На всем протяжении своего долгого путешествия Соколов проявлял крайнюю подозрительность, будучи убежден, что вокруг него плетут сеть заговоров с целью похитить у него материалы следственного дела об убийстве Царской Семьи. Он стерег ящики буквально день и ночь — так и спал на них.
Прибыв в Европу, Николай Алексеевич обосновался 16 июня 1920 г. в Париже, сняв несколько номеров в гостинице «Отель дю Бон Лафонтен» на Рю де Сен-Пер. Эта гостиница служила своего рода магнитом для эмигрантов-единомышленников: помимо Соколова, его жены и их ребенка, здесь же поселились Булыгин и Пьер Жильяр, причем последний — со своей новой женой Александрой Теглевой, бывшей няней Императорской Семьи. Они также недавно прибыли в Париж. Частым гостем у них был журналист Роберт Вильтон, еще один спутник в трудную годину расследования на Урале. Следующие три года Соколов посвятил работе над книгой, которая должна была изложить результаты и выводы его расследования и стать для истории важнейшим свидетельством всемiрного заговора темных сил, стремящхся к власти. Чтобы написать свою книгу, он занялся систематизацией и переосмыслением вывезенных из России документов материалов следствия. Более того, им была определена «зарубежная программа» продолжения расследования.
Как и в России, в Париже Н.А.Соколову помогал П.П.Булыгин. И вот, в 1921 г. в поле зрения Павла Петровича попала публикация — вышедший в 1921 г. в Екатеринбурге сборник «Рабочая Революция на Урале», где была помещена статья П.М. Быкова «Последние дни последнего царя». А 25 мая 1922 года Н.А.Соколов получил этот сборник от Ю.А. Ширинского-Шихматова и включил текст очерка П.М. Быкова в свое следственное дело, книгу же посчитал важнейшим вещественным доказательством.
Н.А. Соколов составил справку: «25 мая 1922 года в г. Париже судебный следователь по особо важным делам при Омском окружном суде Н.А. Соколов получил через князя Юрия Алексеевича Ширинского-Шихматова книгу "Рабочая Революция на Урале"; каковая книга была получена названным лицом в г. Берлине», и в протоколе осмотра книги зафиксировал:
Итак, Н.А. Соколов посчитал очень важной для продолжения своего расследования статью Быкова. Ведь именно в ней получило «официальное» подтверждение существование тайного приказа Советского правительства о расстреле всей Царской Семьи.
Убийство адмирала Колчака в начале 1920 г., а также упорные слухи, что его выдали большевикам французы, послужили сигналом для всеобщей паники среди белогвардейцев и монархистов, не только остававшихся к тому времени в Сибири, но и находившихся в Манчжурии. В Харбине со дня на день ждали красных. В этой обстановке Соколов спешно уехал во Владивосток, где по иронии судьбы оказался под покровительством «того самого» генерала Жанена, главы французской миссии и командующего силами экспедиционного корпуса союзников в Сибири. Весной 1920 г. Соколов покинул Россию на борту французского корабля «Андре ле Бон». Корабль был битком забит беженцами. На всем протяжении своего долгого путешествия Соколов проявлял крайнюю подозрительность, будучи убежден, что вокруг него плетут сеть заговоров с целью похитить у него материалы следственного дела об убийстве Царской Семьи. Он стерег ящики буквально день и ночь — так и спал на них.
Прибыв в Европу, Николай Алексеевич обосновался 16 июня 1920 г. в Париже, сняв несколько номеров в гостинице «Отель дю Бон Лафонтен» на Рю де Сен-Пер. Эта гостиница служила своего рода магнитом для эмигрантов-единомышленников: помимо Соколова, его жены и их ребенка, здесь же поселились Булыгин и Пьер Жильяр, причем последний — со своей новой женой Александрой Теглевой, бывшей няней Императорской Семьи. Они также недавно прибыли в Париж. Частым гостем у них был журналист Роберт Вильтон, еще один спутник в трудную годину расследования на Урале. Следующие три года Соколов посвятил работе над книгой, которая должна была изложить результаты и выводы его расследования и стать для истории важнейшим свидетельством всемiрного заговора темных сил, стремящхся к власти. Чтобы написать свою книгу, он занялся систематизацией и переосмыслением вывезенных из России документов материалов следствия. Более того, им была определена «зарубежная программа» продолжения расследования.
Как и в России, в Париже Н.А.Соколову помогал П.П.Булыгин. И вот, в 1921 г. в поле зрения Павла Петровича попала публикация — вышедший в 1921 г. в Екатеринбурге сборник «Рабочая Революция на Урале», где была помещена статья П.М. Быкова «Последние дни последнего царя». А 25 мая 1922 года Н.А.Соколов получил этот сборник от Ю.А. Ширинского-Шихматова и включил текст очерка П.М. Быкова в свое следственное дело, книгу же посчитал важнейшим вещественным доказательством.
Н.А. Соколов составил справку: «25 мая 1922 года в г. Париже судебный следователь по особо важным делам при Омском окружном суде Н.А. Соколов получил через князя Юрия Алексеевича Ширинского-Шихматова книгу "Рабочая Революция на Урале"; каковая книга была получена названным лицом в г. Берлине», и в протоколе осмотра книги зафиксировал:
«По осмотру найдено следующее: книга носит вышеприведенное заглавие. Кроме того, на обложке значится: "Государственное издательство, Уральское областное управление Екатеринбург, 1921 г.".Представляет интерес еще один документ из архива Соколова. Это «Протокол осмотра вещественного доказательства. 1922 года июня 24 дня в г. Париже судебный следователь по особо важным делам при Омском окружном суде Н.А. Соколов, производил осмотр книги "Рабочая революция на Урале"».
На лицевой стороне внутренней обложки значится, что она подготовлена к печати П.М. Быковым и Н.Г. Нипоркиным под общей редакцией Н.И. Николаева, а на обратной стороне той же обложки, что она напечатана в Екатеринбургской типографии "Гранит".
Книга представляет собой сборник разных статей. Страницы 326 книги занимает очерк П.М. Быкова "Последние дни последнего царя"».
...Постановлением июня 4 дня 1922 года судебный следователь по особо важным делам при Омском окружном суде Н.А. Соколов, приняв во внимание следующее:Следователь выделил основные выводы автора очерка, которые совпадали с его выводами. В тексте П.М. Быкова «Организация расстрела и уничтожения трупов расстрелянных...» Н.А. Соколов выделяет слово «уничтожение» подчеркиванием ; в другом месте: «Около часу ночи трупы казненных были отвезены за город в лес, в район Верх. Исетского завода и дер. Палкиной, где и были на другой день сожжены»; слово «сожжены» Соколовым подчеркнуто.
1) что содержание очерка "Последние дни последнего царя" имеет значение для предмета настоящего дела,
2) что принадлежность книги, в коей помещен этот очерк, большевистскому источнику не представляет сомнений, вопервых, в силу самого содержания очерка, а вовторых, ввиду того, что автор его (П.М. Быков), видимо, был в составе Уральского областного совдепа, как это видно из дела (л. 93 об., т. З), на основании 372 ст. уст[ава] угол[овного] судопроизводства, постановил: книгу "Рабочая революция на Урале" признать вещественным по делу доказательством».
Итак, Н.А. Соколов посчитал очень важной для продолжения своего расследования статью Быкова. Ведь именно в ней получило «официальное» подтверждение существование тайного приказа Советского правительства о расстреле всей Царской Семьи.
Читайте в наших документальных приложениях.
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник Царское Дело Приложение. Книга Быкова | Everstti_Rymin - Дневник Everstti_Rymin |
Лента друзей Everstti_Rymin
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»