В своем роде замечательная книжка: автор ухитряется совместить традиционную соколовскую версию расчленения-сожжения с современной соловьевской — обретенными останками. "Проект Останки" всегда ощущал нехватку именно синтетической версии, что — с опозданием — и предлагает г-н Кузнецов. Ведь что, в сущности, отвращает истинно-православного парапратриота от соловьевского следствия, которое курировал "Пудель", т.е. Б. Немцов? — Отказ от ритуально-иудейской составляющей. Все же прочее легко сочетается. Лучше всего было бы, конечно, обнаружить на останках — следы ритуального убоя. Так ведь этого никто не позволит.
Из аннотации:
> Кропотливая работа автора с архивами помогла ему создать многогранное историческое полотно. Уникальный подбор документальных материалов позволяет читателю по-новому взглянуть на этот непростой период русской истории. Сейчас, когда происходит переосмысление и переоценка прошлого нашей Родины, ее истории и культуры, материал этой книги приобретает особую социальную значимость и актуальность.
Эта штука посильнее Гаспарянца.
Читаем:
> Между тем существует фотография: во дворе дома Ипатьева лежат все одиннадцать жертв преступления — вся Царская Семья и четверо Ее слуг.
Э-э... Между тем существует снятая тогдашним, достаточно несовершенным, громоздким цифровым аппаратом (возможно, японского производства, какие тогда частенько попадали на Урал, либо, скорее, всего, немецким, принадлежавшим кому-то из военнопленных) фотография: во дворе дома Ипатьева лежат все одиннадцать жертв преступления — вся Царская Семья и четверо Ее слуг. Крайне низкая разрешающая способность камеры, в сочетании со скверной вспышкой, не позволяют определить в точности каждое тело, но удалось узнать, напр. доктора Боткина. Кроме того, современные приборы и методы восстановления помогли несколько увеличить отдельные участки снимка. Так, в окне первого этажа мы видим искаженное ужасом мужское моложавое лицо: нет сомнения, что это известный Рудольф Лахер, подсчитывающий число жертв.
Разумеется, публикация фотографии невозможна — она до сих пор находится в недрах бронированного сейфа — в тех самых подвалах Лубянки, хранится в сверсекретной наиособейшей Папке. Но Автор работал в Архивах™...