Царское Дело — IX. Свидетели и вещдоки
24-10-2008 22:31
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
Предыдущий отрывок читать ЗДЕСЬ.
Британцы Саммерс и Мэнгольд сперва сочли, что перед ними грубая подделка. Для подтверждения своей догадки они предложили оба этих документа на заключение еще одной знаменитости, — на этот раз в области графологического (почерковедческого) анализа, — Максвеллу Фриду (Maxwell Fryd), занимавшему в 70-е годы прошлого столетия должность начальника отделения анализа документов при Metropolitan Police Forensic Science Laboratory. Д-р Фрид ответил подробно, но не совсем так, как того ожидали Саммерс и Мэнгольд.
Но дотошный Maxwell Fryd, как ученый не академический, но ментовский, на этом не останавливается — и обращается к тому, как была набрана депеша:
В отличие от электрической пишушей машинки («композера») с автоматически устанавливающимися полями, не говоря уж о компьютере, на механическом печатном устройстве эти поля устанавливались вручную. Стоило освободить валик, даже не вынимая вовсе бумажный лист из машинки, как установка терялась — и вернуть поля (бумагу) в точности на то же самое место было чрезвычайно трудно. Это и произошло с нашей телеграммой. Г.г. читатели, соблаговолив взглянуть на снимок, увидят, что первая цифра шифрованной части текста — 3 не совпадает ни с первой (М), ни со второй (О) буквами первой, нешифрованной строчки.
Некто, напечатав первую строчку депеши, наверняка освободил валик, возможно, вынул вовсе листок из машинки, а потом вернул ее. С какой целью? — Если допустить, что в распоряжении некоего лица оказался бланк облсоветовской телеграммы с печатью и уже набранным стандартным адресом в Москве, куда должна была отправиться не наша, совершенно секретная, а какая-то иная депеша, то ответ становится ясен сам собою. Напечатанные шифрованные строки, заключенные рукописным воспроизведением фамилии А.Г. Белобородова, появились на свет позднее. Тогда же возникли и прочие рукописные пометки. Отсюда и разительное отсутствие записи об отправке в книге исходящих телеграмм: ведь задним числом вписать ее было бы нелепо, поскольку предшествуюшие графы в книге, натурально, заполняются подряд, не оставляя пропусков.
С самого начала этой главки редакция подчеркивала, что в распоряжении сегодняшнего следствия находится оригинал этого противоречивого документа. Т.е., он доступен для изучения. Был ли он изучен? Нами поставлены и другие вопросы, без ответа на которые эту таинственную «королеву вещественных доказательств», что наподобие кариатиды подпирает карниз классической версии Царского Дела, придется лишить ее призрачной короны, вздетой на нее Николаем Алексеевичем Соколовым. Это — скверное доказательство. У него практически нет шансов устоять в ходе судебного разбирательства. Пуще того. Есть основания полагать, что «секретная телеграмма за личной подписью Белобородова», — как это уже произошло с трупиком собачки Jemmy, — доказывает нечто совсем иное, нежели мнилось интеллигентному омскому следователю по особо важным делам.
Британцы Саммерс и Мэнгольд сперва сочли, что перед ними грубая подделка. Для подтверждения своей догадки они предложили оба этих документа на заключение еще одной знаменитости, — на этот раз в области графологического (почерковедческого) анализа, — Максвеллу Фриду (Maxwell Fryd), занимавшему в 70-е годы прошлого столетия должность начальника отделения анализа документов при Metropolitan Police Forensic Science Laboratory. Д-р Фрид ответил подробно, но не совсем так, как того ожидали Саммерс и Мэнгольд.
>I have examined these. In the first instance I compared solely the name “Beloborodov”which is appended to the coded portion of the telegramm in docoment 1 and the signature “A or L Beloborodov” which appears immedeately below in the document 2. On the basis of the very limited amount of materials available, in my opinion there is no evidence that the writer of either one of these names wrote the other. Further I find no evidence that any resemblance between the writing of the names is greater then might be expected between the writings of any two literate Russians of the early part of the twentieth century.Итак, два этих документа подписаны разными людьми. Теория грубой поделки, казалось, подтверждается. Но не тут-то было. Эксперт продолжает:
[Я изучил эти представленные документы. Первоначально я лишь сравнил фамилию "Белобородов", добавленную к закодированной части телеграммы в документе 1 (т.е. под текстом депеши) и подпись "А. или Л. Бѣлобородовъ", поставленную сразу под текстом документа 2 («расписка»). На основании того крайне ограниченного количества материала, который был в распоряжении, я могу заключить: считаю, что нет никаких свидетельств того, что тот, кто написал один из этих документов, является также автором второго. Кроме того, я не нахожу свидетельств тому, что сходство в написании фамилий превышает возможное сходство почерков двух грамотных русских людей начала ХХ столетия.]
>No evidence sufficient to suggest that the name “Beloborodov”on the original of document 1 was a simulation or copy of the signature “A or L Beloborodov” on the original of document 2..Это уже дело совсем иного рода. Выходит, никто не пытался подделать подпись Александра Георгиевича. Неизвестное нам лицо по неизвестным же соображениям начертало по новой орфографии, с подчеркнуто укрупненным е, заменившем ѣ, фамилию предоблсовета. У нас есть лишь право предположить, что лицо это было знакомо с подписью А.Г., т.к. условно воспроизвело подобие росчерка, каким отличается эта подпись. Принадлежит ли эта надпись шифровальщику или телеграфному чиновнику, или некоей третьей особе, — при настоящем положении Царского Дела решить не беремся. Нет, однако, сомнениия, что несомненных документов с несомненной подписью А.Г.Белобородова должно быть достаточно, если только их специально не изымали. Во всяком случае, теория Николая Алексеевича о собственноручных подготовке, подписи, заносе в телеграфную контору и тому под., — все это беллетристика. С точки зрения следствия приходится счесть, что телеграмма эта, что бы она не значила, во всяком случае, по уровню своей предполагаемой секретности, никак не достигала тех конспиративных высот, куда определил ее Соколов.
[Нет никаких доказательств того, что фамилия "Белобородов" на документе 1 была попыткой подделать или скопировать подпись "А. или Л. Бѣлобородовъ" на документе 2...]
Но дотошный Maxwell Fryd, как ученый не академический, но ментовский, на этом не останавливается — и обращается к тому, как была набрана депеша:
>This consists of six lines of typing, of which the lower five were typed in one occasion. The upper line, however, is out of vertical alignment with the rest. Therefore either the roller of the machine was released, and the paper moved between the typing of the first line and that of the remainder, or the paper was removed at some point, and the re-inserted in the same or another machine.Часть г.г. читателей, из числа более молодых, возможно, не сразу поймут, что обратило на себя внимание эксперта.
[Oна состоит из шести строк, отпечатанных на машинке. При этом пять нижних строк напечатаны в один прием. Однако верхняя строчка не выравнена по вертикали с пятью нижними. Таким образом, либо после того, как напечатали первую строку, валик пишущей машинки освободили и лист бумаги был передвинут, а затем продолжили печатать текст, либо — бумагу телеграфного бланка вытащили из машинки и оставшуюся часть текста напечатали позже, на ней — или на другой пишущей машинке.]
В отличие от электрической пишушей машинки («композера») с автоматически устанавливающимися полями, не говоря уж о компьютере, на механическом печатном устройстве эти поля устанавливались вручную. Стоило освободить валик, даже не вынимая вовсе бумажный лист из машинки, как установка терялась — и вернуть поля (бумагу) в точности на то же самое место было чрезвычайно трудно. Это и произошло с нашей телеграммой. Г.г. читатели, соблаговолив взглянуть на снимок, увидят, что первая цифра шифрованной части текста — 3 не совпадает ни с первой (М), ни со второй (О) буквами первой, нешифрованной строчки.
Некто, напечатав первую строчку депеши, наверняка освободил валик, возможно, вынул вовсе листок из машинки, а потом вернул ее. С какой целью? — Если допустить, что в распоряжении некоего лица оказался бланк облсоветовской телеграммы с печатью и уже набранным стандартным адресом в Москве, куда должна была отправиться не наша, совершенно секретная, а какая-то иная депеша, то ответ становится ясен сам собою. Напечатанные шифрованные строки, заключенные рукописным воспроизведением фамилии А.Г. Белобородова, появились на свет позднее. Тогда же возникли и прочие рукописные пометки. Отсюда и разительное отсутствие записи об отправке в книге исходящих телеграмм: ведь задним числом вписать ее было бы нелепо, поскольку предшествуюшие графы в книге, натурально, заполняются подряд, не оставляя пропусков.
С самого начала этой главки редакция подчеркивала, что в распоряжении сегодняшнего следствия находится оригинал этого противоречивого документа. Т.е., он доступен для изучения. Был ли он изучен? Нами поставлены и другие вопросы, без ответа на которые эту таинственную «королеву вещественных доказательств», что наподобие кариатиды подпирает карниз классической версии Царского Дела, придется лишить ее призрачной короны, вздетой на нее Николаем Алексеевичем Соколовым. Это — скверное доказательство. У него практически нет шансов устоять в ходе судебного разбирательства. Пуще того. Есть основания полагать, что «секретная телеграмма за личной подписью Белобородова», — как это уже произошло с трупиком собачки Jemmy, — доказывает нечто совсем иное, нежели мнилось интеллигентному омскому следователю по особо важным делам.
Продолжение следует.
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник Царское Дело — IX. Свидетели и вещдоки | Everstti_Rymin - Дневник Everstti_Rymin |
Лента друзей Everstti_Rymin
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»