Когда 22 июня Добровольческая армия начала свой 2-й поход на Кубань, условия его сильно отличались от начала Ледяного похода. В этот раз армия состояла не из беженцев, в спешке покидающих город, а из солдат с определенной целью и военной стратегией.
Численное превосходство Красной армии на Северном Кавказе, территории, которую Деникин хотел завоевать, было значительным. Против 8 или 9 тысяч добровольцев у Красной армии было 75 тысяч солдат. То, что такая многочисленная армия вскоре потерпела поражение, объясняется хорошей подготовкой белых войск, постоянными ссорами между красными командующими, а также помощью немцев, оказанной белогвардейцам.
Красные ошибочно считали немцев большей угрозой Северному Кавказу, чем Добровольческую армию. Когда немцы оккупировали Украину, Таганрог, Ростов, а потом Батайск, некоторые части большевиков отступили в Ейскую область. 11 июня 6400 красных под командованием С. Кловно совершили нападение на Таганрог со стороны Азовского моря. Это был сумасшедший поступок; армия моментально потерпела поражение, и это поставило под германскую угрозу позиции Красной армии на Кубани. Более того, это сильно повлияло на отношения между Москвой и Берлином, так как всю ответственность за это нападение, ввиду нарушения условий Брест-Литовского мирного договора, немцы возложили на правительство Ленина. Чичерин, комиссар по иностранным делам, немедленно потребовал прекратить наступление и начать мирные переговоры, но это было безполезно, так как к тому времени, как телеграмма дошла, советские войска уже были разбиты. В результате этого необдуманного действия красным пришлось сконцентрироваться на борьбе с немцами в то время, как Добровольческая армия начала свой поход.
А.И.Автономов, главнокомандующий красными войсками на Северном Кавказе, к концу мая был снят со своей должности за "бонапартистские" поползновения, не смог он сотрудничать с совдеповским руководством в Екатеринодаре. За должность Автономова боролись два командира — И.Л.Сорокин и К.И.Калнин, — победил последний. 26 мая 1918 г. командующим войсками Северного Кавказа (трёх самостоятельных советских республик: Кубанской, Черноморской и Терско-Ставропольской) был назначен Карл Иванович Калнин, член партии большевиков с 1904 г. В середине июня Калнин с 10 тысячами красноармейцев разместился в районе Торговой и Тихорецкой. Именно им и пришлось сразиться с Добровольческой армией. А около Ростова с немцами встретились самые лучшие советские войска под командованием Сорокина. Сорокин жестоко отомстил своему удачливому конкуренту: он не подчинился приказу и не послал подкрепление. Героизм добровольческих войск и их командования заслуживает восхищения, а заключался он в умелом использовании отсутствия дисциплины и порядка в Красной армии.
Во время Ледяного похода белогвардейцы прилагали все усилия, чтобы избегать железнодорожных путей, которые являлись для них источником опасности. На этот раз А.И.Деникин избрал другую стратегию. После того как он оставил одни полк сзади, чтобы прикрыть тыл армии от Сорокина, он неожиданно атаковал станцию Торговая, которая находилась на железнодорожной линии Царицын—Екатеринодар. Добровольцы захватили Торговую 25 июня, но ценой жизни генерала С.Л.Маркова, одного из лучших командиров. Захватив станцию, Добровольческой армии удалось перерезать единственную дорогу, связывающую Кубань с Центральной Россией.
Следующее важное сражение произошло в Белой Глине. В этот раз, как в первом походе, белогвардейцы натолкнулись на враждебно настроенное местное население. Когда 6 июля им удалось захватить станицу, впервые добровольцы призвали в армию большое количество людей из 5 тысяч захваченных пленных. Большевики в безпорядке отступили к Тихорецкой.
Главнокомандующий Калнин лично руководил защитой Тихорецкой, которая являлась железнодорожным узлом всего Северного Кавказа. Понимая всю степень опасности, он обратился к Сорокину за помощью, но тот не подчинился, вместо этого напав на полк В.Л.Покровского, который Деникин оставил, чтобы защитить тыл. Так как Покровскому удалось сдержать врага, Калнин остался в Тихорецкой и рассчитывал только на свои силы.
Деникин готовился к операции в Тихорецкой со своей обычной тщательностью: после того как угроза красных войск Сорокина была устранена, дивизия ген. А.А.Боровского атаковала Тихорецкую с юга; дивизия ген. И.Г.Эрдели окружила Тихорецкую с севера, отрезав связь Калнина с Сорокиным.
Когда Тихорецкая пала 14 июля, результаты были необычно велики. Белые захватили место самой крупной концентрации большевистских войск, овладели оружием, амуницией, подвижными составами, а также получили контроль над главной железной дорогой центральной области. Войска Сорокина оказались зажаты между немцами — на севере, Добрармией — на юге. Большевики запаниковали. 15 июля Калнин появился на заседании Центрального исполнительного комитета Северо-Кавказской республики и признался, что он не знает, как остановить Деникина. Еще бы, Карлу Иванычу удалось бежать из своего штабного салон-вагона в Тихорецкой пешком в одиночку (пригодился опыт подпольщика), но уж страху он натерпелся. Так что больше со всем этим связываться он не хотел — и посоветовал, что пост командующего должен занять Сорокин.
Прежде чем Деникин смог захватить Екатеринодар, ему пришлось столкнуться с отдельными отрядами большевиков на юге и северо-западе. Боровский с 3 тысячами солдат атаковал Кавказскую и захватил ее. В то же самое время Деникин направил основные силы Добровольческой армии — около 10 тысяч человек под командованием Эрдели, Покровского, и Кутепова — против Сорокина.
Белогвардейцы образовали широкий фронт против армии Сорокина и заставили ее отступить к Екатеринодару. Так как Екатеринодарская операция обещала быть успешной по всем показателям, 27 июля Деникин направил ядро войск в город. Но Сорокин перехватил инициативу. Ему удалось реорганизовать свою побежденную армию в Тимашевской и занять Кореновскую, что стало сюрпризом для Добровольческой армии. Этот маневр разделил белые войска на две части, так как передовые отряды под командованием Дроздовского уже были на пути к Екатеринодару. Сражение в Кореновской длилось одиннадцать дней. Разделенная Добровольческая армия была на грани развала; некоторые дивизии потеряли более 30 % состава. Большевики уже считали себя победителями и еще в разгаре битвы назначили Сорокина командующим всеми красными войсками на Северном Кавказе. Но белые неожиданно выиграли сражение, и 7 августа Сорокин сдал Кореновскую и начал отступать к Екатеринодару.
Большевики не имели возможность вновь перегруппировать свою армию, чтобы защищать кубанскую столицу; некоторые приказы Сорокина не были выполнены, несколько отрядов отступили без разрешения. 16 августа белогвардейцы вошли в Екатеринодар. Деникин тактично ждал на железнодорожной станции, пока Кубанская рада и правительство не вошли в город, и лишь потом последовал, за ними. На церемонии празднования победы военные руководители и кубанские политики твердо решили вместе продолжать борьбу с большевиками. Там мы их и оставим. И вернемся на развернувшийся к июлю 1918-го злосчастный Царицынский фронт.