Старания Николая Алексеевича вызывают недоумение. Он с упорством ведет перепроверку того, что уже было проверено с предельной в тогдашних условиях тщательностью. Представляется, что он то ли не доверяет братьям Шереметевским, то ли пытается склонить их к переосмыслению того, о чем они уже свидетельствовали. Кстати, когда Царское Дело находилось в ведении И.А. Сергеева, поиски тел продолжались с конца лета 1918 года до начала зимы. Поисковыми работами активно занимался представитель следствия Н.Н.Магницкий. В составленном им представлении от 30 декабря 1918 года на имя прокурора Екатеринбургского Окружного суда изложены результаты проведенных розысков в местности открытой шахты Четырех-Братского (такая теперь принята форма именования) рудника. Приводим интересующие части этого документа в качестве стороннего свидетельства.

К этой работе Магницкий привлек профессионалов: «Исследование таких полуразрушенных шахт сопряжено с большой опасностью, и поэтому для исследования пришлось организовать небольшой отряд, состоящий из специалистов горных работ — штейгеров и местных уроженцев Урала, по преимуществу охотников, привыкших ходить по такого рода местам и сознающих опасность такого хождения. Мне удалось найти двух штейгеров, как раз ранее заведовавших разработкой этих шахт, и им-то я и поручил быть руководителями при осмотре.».

В представлении рассказывается, как откачали воду из озерка Ганиной ямы и наиболее подозрительной открытой шахты, в которой, по словам Магницкого, найдены были осколки брошенных туда бомб и лопата, вымазанная свежей глиной. Весь ил из шахты и близлежащего озерка, а также грунт возле шахты, снятый «на пол-аршина». были промыты. О дальнейшем ходе поисков Магницкий пишет: «При промывке грунта найдены были пряжки от дамских подвязок, кусочек жемчуга от серьги Императрицы, пуговицы и другие мелкие вещи, а на дне шахты, в иле, оказался отрубленный палец и верхняя вставная челюсть взрослого человека. По высказанному тогда же мнению придворного врача Деревенки, палец этот и челюсть принадлежат доктору Боткину».

Казалось бы, искать больше нечего. Все, что могло быть найдено – было найдено.

Но спустя всего неделю, как Николай Алексеевич столь тщательно расспрашивал Шереметевских, в ходе поисков произошел давно чаемый перелом. То, что пропустили многоопытные штейгеры Магницкого, обнаружил заместитель ген. Дитерихса – ген.-майор Сергей.Алексеевич Домонтович.

По этому поводу Соколов победно заключает: «Рудник выдал тайну Ипатьевского дома...».

Вот как описывает это событие современный российский автор – пропагандист «соловьевского следствия»: «В новых поисковых работах весны—лета 1919 года открытая шахта опять подверглась тщательному осмотру. Из обоих ее колодцев выкачали воду (т.е. воду, вновь накопившуюся там за прошедшие осень, зиму и весну – Ред.), а из одного вынули деревянный пол (который уже вынимали – Ред.). В грунтовой массе на дне малого колодца был найден труп Джемми — собачки великой княжны Анастасии, Пролежав целый год в ледяной воде шахты, он практически не разложился. Это обстоятельство, характеризующее состояние шахт в уральском климате, хорошо было известно и первому исследователю рудника, занимавшемуся поиском тел убитых, — Магницкому: Предположение, что из шахты, если там находятся трупы, будет запах — неосновательно, так как в большинстве шахт все лето есть лед и разложение трупов произойдет не скоро, а тем более в глинистой почве.»

Тогда же была сделана прекрасного качества фотография мертвой собачки.