Бабушка русской революции Елена Константиновна Брешко-Брешковская и
Гамлет Русской революции Александр Федорович Керенский
А дедушка русской революции Дж. Бьюкенен в марте 1917 г. доносил: «...Положение очень далеко от нормального, и в надвигавшейся борьбе с Советом требовался человек действия, способный воспользоваться первой благоприятной возможностью для подавления этого соперничавшего и незаконно образовавшегося собрания. В правительстве не было ни одного такого человека».(Бьюкенен Дж. Мемуары дипломата. - М.: ACT, Мн.: Харвест, 2001. с. 271)
Зато Палеолог нашел «такого человека»! Когда было создано новое правительство, он был «разочарован его составом. Хорошие люди эти Львовы, Гучковы, Милюковы: серьезные, честные, разумные, незаинтересованные». Но... «ни у кого из них нет политического кругозора, духа быстрой решительности, безстрашия, дерзания, которых требует грозное положение». Палеолог сравнивает их с Моле, Одилоном Барро Июльской революции 1830 г., тогда как «нужен по меньшей мере Дантон». «Однако мне называют одного из них, навязанного Советом как человека действия, — Керенского (!)». «Именно в Совете надо искать людей с инициативой, с энергией, со смелостью... Вот истинные протагонисты начинающейся драмы». Все это записано 4(17) марта, два дня спустя после появления Временного правительства.(Maurice Paleologue, La Russie des Tsars pendant la Grande Guerre, tome III. Цит. по Милюков П. Н. Воспоминания. - М.: Вагриус, 2001. с. 599-600)
«На первом приеме, устроенном Временным правительством, западные дипломаты имели возможность впервые воочию рассмотреть правительство, пришедшее на смену царским сановникам...» Даже вполне благоволящий к ним Палеолог сбивается в рассказе об этой встрече на саркастический тон: «Какой у них безсильный вид! Задача, которую они взяли на себя, явно превосходит их силы. Как бы они не изнемогли слишком рано! Только один из них, кажется, человек действия: министр юстиции Керенский... Он, по-видимому, самая оригинальная фигура Временного правительства и должен скоро стать его главной пружиной». (Палеолог М. Царская Россия накануне революции. М., 1923, с. 394. Цит. по: Уткин А.И. Забытая трагедия. Россия в первой мировой войне. Смоленск: Русич, 2000. с. 317)
Вскоре и британский посол приходит к аналогичному выводу: «Керенский был единственным министром, чья личность, пусть и не во всем симпатичная, останавливала на себе внимание. Как оратор он обладал магнетическим влиянием на аудиторию... Владея этим рычагом воздействия на массы, в отсутствии подлинного квалифицированного соперника, Керенский стал единственным человеком, способным, по нашему мнению, удержать Россию в войне». (Buchanan G. My Mission to Russia and Other Diplomatic Memories, Boston, 1923, vol. II, p. 109. Цит. по: Уткин А.И. Забытая трагедия. Россия в первой мировой войне. Смоленск: Русич, 2000. с. 309)
Вот до чего доводит кадровое безрыбье.