[показать]
МУЖИКЪ.
Въ чащахъ, въ болотахъ огромныхъ,
У оловянной рѣки,
Въ срубахъ мохнатыхъ и темныхъ
Странные есть мужики.
Выйдетъ такой въ бездорожье,
Гдѣ разбѣжался ковыль,
Слушаетъ крики Стрибожьи,
Чуя старинную быль.
Съ остановившимся взглядомъ
Здѣсь проходилъ печенѣгъ...
Сыростью пахнетъ и гадомъ
Возлѣ мелѣющихъ рѣкъ.
Вотъ уже онъ и съ котомкой,
Путь оглашая лѣсной
Пѣсней протяжной, негромкой,
Но озорной, озорной.
Путь этотъ — свѣты и мраки,
Посвистъ разбойный въ поляхъ,
Ссоры, кровавыя драки
Въ страшныхъ, какъ сны, кабакахъ.
Въ гордую нашу столицу
Входитъ онъ—Боже, спаси!—
Обворожаетъ царицу
Необозримой Руси
Взглядомъ, улыбкою дѣтской,
Рѣчью такой озорной,—
И на груди молодецкой
Крестъ просіялъ золотой.
Какъ не погнулись—о горе!—
Какъ не покинули мѣстъ
Крестъ на Казанскомъ соборѣ
И на Исакіи крестъ?
Надъ потрясенной столицей
Выстрѣлы, крики, набатъ,
Городъ ощерился львицей,
Обороняющей львятъ.
—,,Что жъ, православные, жгите
Трупъ мой на темномъ мосту,
Пепелъ по вѣтру пустите...
Кто защититъ сироту?
Въ дикомъ краю и убогомъ
Много такихъ мужиковъ,
Слышенъ по вашимъ дорогамъ
Радостный гулъ ихъ шаговъ’’.—