Читаем аццкое свидетельство:
>«В июле 1918 года, когда я опрашивал агентов в здании ЧК, посыльный принес телеграмму, адресованную Дзержинскому, который находился рядом со мной. Он быстро прочитал ее, побледнел как смерть, вскочил на ноги и воскликнул: «Опять они действуют, не посоветовавшись со мной!» — и бросился из комнаты. Что случилось?
Вся ЧК была взбудоражена. Крики, возгласы, звонки слились в единый гвалт! Люди звонили куда-то, курьеры бегали по коридорам, автомобили громыхали и неистово гудели. Дзержинский поспешил в Кремль. Что же, ради всего святого, случилось?
На следующий день мы узнали новость. Императорская семья была расстреляна без ведома ЧК! Самовольно, по указанию Свердлова и кого-то из высших бонз в Центральном Комитете коммунистической партии...»
Нет, и еще раз нет. Это сильнее меня. Дошел до места, где "Дзержинский побледнел" — и решил повременить:)
Это из книжки: Орлов В.Г. Двойной агент. М., 1998. Автор, "убежденный монархист и антикоммунист", "по заданию ген. Алексеева" и "по рекомендации ген. Бонч-Бруевича" устроился в 1918 году на службу в ВЧК. Дальнейший его жизненный путь весьма и весьма извилист, потом как-нибудь попробую подробно описать. Пока можно почитать-ознакомиться ЗДЕСЬ.
Вот он, герой невидимого фронта д.ст.советник Владимир Георгиевич Орлов. Какие люди! Впрочем, у чем-то на него похожего и с ним дружившего педераста Манасевича-Мануйлова тоже лицо не дурака. И у Якова Агранова, или Артура Артузова.
Что касается его истории о побледневшем Дзержинском, фраппированной Лубянке и проч., то достаточно включить этот рассказ в исторический контекст, чтобы убедиться в его сомнительности.
Итак: "В июле 1918 года ... посыльный принес телеграмму, адресованную Дзержинскому, который находился рядом со мной. ... На следующий день мы узнали новость... "
Автор не указывает точной даты, но речь может идти исключительно о роковом 17-м июля. Потому что "следующий день" — датирован точно: это июля 18-го, четверг, когда было опубликовано официальное сообщение о расстреле Государя. Собственно, Орлов сам приводит воспоминания Милютина. Заседание, на котором Я.М. Свердлов известил о произошедшем, проходило именно 18-го. Все это прекрасно, однако чекисты (а затем ЦИКисты) оказались далеко не первыми лицами в Москве, узнавшими о событиях в Екатеринбурге.
В дневниковой записи от среды, 17-го июля, сделанной знаменитым Робертом Брюсом Локкартом, генеральным консулом Великобритании, одиноко сидящим в своей московской конторе в отеле "Элит", отмечен телефонный разговор со Львом Караханом, заместителем народного комиссара по иностранным делам: "Order out by Trotsky that no officers belonging to the British or French are allowed to trаvel on account of their counter-revolutionary tendencies ... news that the emperor has been shot at Ekaterinburg.".
Народный комиссариат иностранных дел, пренебрегая здоровьем Ф.Э. Дзержинскoго и других высокопоставленных особ, едва получив строго секретную депешу (от кого?), поспешил уведомить о ней злейшего врага молодой Советской республики, чтобы тот как можно раньше узнал о совершенном злодеянии.
Достойно внимания, что вздорное распоряжение Троцкого идет первым, а екатеринбургские события — напоследок. Такова была их значимость с точки зрения и т. Карахана, и мистера Локкарта.
Кстати, служебный дневник Локкарта - это не мемуары, но дипломатический документ. Да.