Фотогалерея героев русской революции
11-12-2007 00:09
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
[показать]
Sir George Buchanan
Британский лорд
Свободой горд
Упрям и тверд
Как патриот.
Он любит честь,
Он любит есть,
А после –
Сесть на пароход.
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
[показать]Sir George Buchanan
Британский лорд
Свободой горд
Упрям и тверд
Как патриот.
Он любит честь,
Он любит есть,
А после –
Сесть на пароход.
Дело было в апреле 17-го. За столиком в «Астории» сидел малоизвестный политик Николай Ленин и змеил губы в желчно-ядовитой германско-шпионской улыбке. Снова отхлебнув отвратительного пойла, которое в ресторанном меню стыдливо называлось La Compote (Николай Ленин, как известно, «без пива и водки за стол не садился»―©, а тут сухой закон,― компот был ужасного качества, не то, что товарищ Зиновьев гнал), он быстро застрочил изгрызанным карандашом на листке бумаги: «Если поражения в начале войны играли роль отрицательного фактора, ускорившего взрыв, то связь англо-французского империализма с октябристско-кадетским капиталом России явилась фактором, ускорившим этот кризис путем прямо-таки организации заговора против Николая Романова... Именно: заговор англо-французских империалистов, толкавших Милюкова и Гучкова с Кº к захвату власти в интересах продолжения империалистической войны... Англо-французский империалистический капитал в интересах продолжения и усиления этой бойни ковал новые дворцовые интриги, устраивал заговор с гвардейскими офицерами, подстрекал и обнадеживал Гучковых с Милюковыми, подстраивал совсем готовое новое правительство, которое и захватило власть...» (ПСС . Т. 31, с. 15-17.)
И ведь в чем-то он был прав, во всяком случае, он был далеко не одинок в своих подозрениях.
Княгиня Палей, вдова Великого князя Павла Александровича, в книге «Мои воспоминания о России» писала: «Английское посольство по приказу Ллойд Джорджа сделалось очагом пропаганды. Либералы — князь Львов, Милюков, Родзянко, Маклаков, Гучков и др. — постоянно его посещали. Именно в английском посольстве было решено отказаться от легальных путей и вступить на путь революции. Надо сказать, что при этом сэр Джордж Бьюкенен, английский посол в Петрограде, действовал из чувства личной злобы. Император его не любил и становился все более холодным к нему, особенно с тех пор, как английский посол связался с его личными врагами...» (Цит. по: Царственные мученики в воспоминаниях верноподданных. — М.: Сретенский монастырь, Новая книга, Ковчег, 1999.)
Генерал М.Д. Бонч-Бруевич писал, что о февральском заговоре «были осведомлены Палеолог и Джордж Бьюкенен» (Бонч-Бруевич М.Д. Вся власть Советам. Воспоминания. М: Военное издательство МО СССР, 1957, с. 107.)
Бьюкенен сам подтверждает, что еще за две недели до революции он был извещен о ее сроках. Английский посол пишет в свое оправдание: «Совершенно верно, что я принимал в посольстве либеральных вождей... так как моею обязанностью посла было поддерживать связь с вождями всех партий. Кроме того, я симпатизировал их целям и, как я уже упоминал, советовался с Родзянко об этих целях перед своей последней аудиенцией у Императора» (Бьюкенен Дж. Мемуары дипломата. - М.: ACT, Мн.: Харвест, 2001. с. 260)
Подозрения Палей поддерживали люди, составлявшие ближайшее окружение Царской семьи. А. Вырубова вспоминала: «Государь заявил мне, что он знает из верного источника, что английский посол сэр Бьюкенен принимает деятельное участие в интригах против Их Величеств и что у него в посольстве чуть ли не заседания с великими князьями по этому поводу». (Танеева (Вырубова) А.А. Страницы моей жизни. См. Эл. Публикацию)
Подозрения углублял и сам вождь кадетов, ведь именно на Бьюкенена, как на поставщика обвинений в измене Царской семьи, ссылался Милюков в своей знаменитой речи «Глупость или Измена?!» 1 ноября 1916 г. (Яковлев Н. Н. 1 августа 1914. — М.: Эксмо, 2003. с. 267-269)
Именно на одного из организаторов «министерской забастовки» Сазонова будет указывать позже в своих воспоминаниях английский посол Бьюкенен, как на основного проводника английский интересов в русском правительстве. Он будет даже защищать русского министра перед русским Царем, который пошлет Сазончика в отставку.
В. Воейков пишет о своих подозрениях относительно союзников: «Первого декабря 1916 года... (Николаем II) были обнародованы... переговоры о присоединении по окончании войны к России Константинополя и проливов. Англия волей-неволей подписала это соглашение. Но так как вопрос о Константинополе и проливах составлял ее больное место, она усилила поддержку русских революционных деятелей через своего посла сэра Дж. Бьюкенена, который даже испросил у Государя аудиенцию для того, чтобы доложить ему свои взгляды на внутреннее положение России и дать советы. По-видимому, этот день считался в либеральных кругах весьма знаменательным, так как до сих пор в календарях под 12 января стоит: «В 1917 году аудиенция английского посла Бьюкенена по поводу внутреннего положения России».
В. Воейков продолжал: «Ответ Государя на советы сэра Дж. Бьюкенена мне неизвестен; но сохранился в памяти ответ в подобном же случае кардинала Бернетти лорду Пальмерстону, дававшему папе советы по управлению Ватиканом: «Когда английское правительство будет применять у себя в течение 15 или 20 лет предлагаемые меры, святой отец одобрит нововведения, которые Великобритания всегда предлагает другим, но не допускает у себя». (Воейков В. Н. С Царем и без Царя. — М.: ТЕРРА, 1995. сс. 268, 313, 144-145)
Надо ли напоминать, что вездесущий сэр стоял у истоков (и у колыбели тоже) «Белого Дела™». Мы еще вернемся к гордому свободой британцу.
Княгиня Палей, вдова Великого князя Павла Александровича, в книге «Мои воспоминания о России» писала: «Английское посольство по приказу Ллойд Джорджа сделалось очагом пропаганды. Либералы — князь Львов, Милюков, Родзянко, Маклаков, Гучков и др. — постоянно его посещали. Именно в английском посольстве было решено отказаться от легальных путей и вступить на путь революции. Надо сказать, что при этом сэр Джордж Бьюкенен, английский посол в Петрограде, действовал из чувства личной злобы. Император его не любил и становился все более холодным к нему, особенно с тех пор, как английский посол связался с его личными врагами...» (Цит. по: Царственные мученики в воспоминаниях верноподданных. — М.: Сретенский монастырь, Новая книга, Ковчег, 1999.)
Генерал М.Д. Бонч-Бруевич писал, что о февральском заговоре «были осведомлены Палеолог и Джордж Бьюкенен» (Бонч-Бруевич М.Д. Вся власть Советам. Воспоминания. М: Военное издательство МО СССР, 1957, с. 107.)
Бьюкенен сам подтверждает, что еще за две недели до революции он был извещен о ее сроках. Английский посол пишет в свое оправдание: «Совершенно верно, что я принимал в посольстве либеральных вождей... так как моею обязанностью посла было поддерживать связь с вождями всех партий. Кроме того, я симпатизировал их целям и, как я уже упоминал, советовался с Родзянко об этих целях перед своей последней аудиенцией у Императора» (Бьюкенен Дж. Мемуары дипломата. - М.: ACT, Мн.: Харвест, 2001. с. 260)
Подозрения Палей поддерживали люди, составлявшие ближайшее окружение Царской семьи. А. Вырубова вспоминала: «Государь заявил мне, что он знает из верного источника, что английский посол сэр Бьюкенен принимает деятельное участие в интригах против Их Величеств и что у него в посольстве чуть ли не заседания с великими князьями по этому поводу». (Танеева (Вырубова) А.А. Страницы моей жизни. См. Эл. Публикацию)
Подозрения углублял и сам вождь кадетов, ведь именно на Бьюкенена, как на поставщика обвинений в измене Царской семьи, ссылался Милюков в своей знаменитой речи «Глупость или Измена?!» 1 ноября 1916 г. (Яковлев Н. Н. 1 августа 1914. — М.: Эксмо, 2003. с. 267-269)
Именно на одного из организаторов «министерской забастовки» Сазонова будет указывать позже в своих воспоминаниях английский посол Бьюкенен, как на основного проводника английский интересов в русском правительстве. Он будет даже защищать русского министра перед русским Царем, который пошлет Сазончика в отставку.
В. Воейков пишет о своих подозрениях относительно союзников: «Первого декабря 1916 года... (Николаем II) были обнародованы... переговоры о присоединении по окончании войны к России Константинополя и проливов. Англия волей-неволей подписала это соглашение. Но так как вопрос о Константинополе и проливах составлял ее больное место, она усилила поддержку русских революционных деятелей через своего посла сэра Дж. Бьюкенена, который даже испросил у Государя аудиенцию для того, чтобы доложить ему свои взгляды на внутреннее положение России и дать советы. По-видимому, этот день считался в либеральных кругах весьма знаменательным, так как до сих пор в календарях под 12 января стоит: «В 1917 году аудиенция английского посла Бьюкенена по поводу внутреннего положения России».
В. Воейков продолжал: «Ответ Государя на советы сэра Дж. Бьюкенена мне неизвестен; но сохранился в памяти ответ в подобном же случае кардинала Бернетти лорду Пальмерстону, дававшему папе советы по управлению Ватиканом: «Когда английское правительство будет применять у себя в течение 15 или 20 лет предлагаемые меры, святой отец одобрит нововведения, которые Великобритания всегда предлагает другим, но не допускает у себя». (Воейков В. Н. С Царем и без Царя. — М.: ТЕРРА, 1995. сс. 268, 313, 144-145)
Надо ли напоминать, что вездесущий сэр стоял у истоков (и у колыбели тоже) «Белого Дела™». Мы еще вернемся к гордому свободой британцу.
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник Фотогалерея героев русской революции | Everstti_Rymin - Дневник Everstti_Rymin |
Лента друзей Everstti_Rymin
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»