Пост родился с подачи tat135, однако не знаю, что из него получится. Так уж вышло, что в истории допетровской Руси XIII-XIV века мне намного ближе века XV.
Но попробую.

8 февраля 1433 года играли свадьбу московского великого князя Василия Васильевича II и дочери боровского князя Марии Ярославны. На празднике отсутствовал звенигородский князь Юрий Дмитриевич, но приехали его старшие сыновья Василий (вошедший в историю под прозвищем Косой) и Дмитрий (вошедший в историю под прозвищем Шемяка).
Один из бояр (по одним летописным сведениям Захарий Иванович Кошкин, по другим – Петр Константинович Добрынский) узнал на Василии Косом роскошный золотой пояс, который якобы был должен принадлежать самому Дмитрию Донскому, но в руки ему так и не попал.
Историю пояса связывают с другой свадьбой. В 1366 году будущий победитель Мамая женился на дочери нижегородского князя Дмитрия Константиновича Евдокии. Пояс входил в приданное невесты, но на него польстился тысяцкий Василий Протасьвич Вельяминов и подменил на другой, менее ценный, а настоящий передал своему сыну Микуле, женившемуся на другой дочери новгородского князя.
В свою очередь Микула отдал пояс боярину Ивану Всеволожскому, когда выдавал замуж собственную дочь. А Всеволожский обручил собственную внучку Анастасию (дочь князя Андрея Владимровича Радонежского) с Василием Косым. И передал ему пояс…
История этого приданного Дмитрия Донского вызывает у историков много сомнений. Но в 1433 году мать великого князя Софья Витовтовна решила восстановить справедливость и прилюдно сорвала с Василия Косого злополучный пояс.
Оскорбленные Василий и Дмитрий Шемяка уехали со свадьбы и отправились к отцу в Галич (который в Костромской области), по дороге пограбив Ярославль и ярославских князей.
Так свадьба ознаменовалась грандиозным скандалом (и если бы только этим!).

Сначала все-таки о раскрытии темы в изобразительном искусстве. Мне, к сожалению, известны только две работы, посвященные истории с «поясом Дмитрия Донского».
Первая – одна из иллюстраций известного российского графика Бориса Артемьевича Чорикова (1802-1866) к изданию «Живописный Карамзин или Русская история в картинах», вышедшая в 1836 году.

[627x700]

Чориков работал в классической академической манере, поэтому к его иллюстрациям можно выдвинуть не одну претензию, следую моде. Но зачем?
Возможно, ошибаюсь, но когда смотрю на эту иллюстрацию, у меня создается впечатление, что это не величественная Софья Витовтовна срывает с Василия Косого пояс, а он ей его брезгливо отдает. Стоящий за его спиной брат выглядит скорее сконфуженным, чем разгневанным. Жених делает лишь вялый жест, чтобы замять скандал, а невеста и вовсе теряет к нему интерес.
Но это мое субъективное впечатление…

Иные эмоции вызывает картина Павла Петровича Чистякова (1832-1919) «Великая княгиня Софья Витовтовна на свадьбе великого князя Василия II Темного в 1433 году срывает с князя Василия Косого пояс, принадлежавший некогда Дмитрию Донскому», за которую художник в 1861 году получил золотую медаль.

[700x508]

Здесь хочется процитировать небольшой отрывок из книги Нины Молевой «От великой княгини до императрицы. Женщины царствующего дома»:

«Об этой картине говорили, что с нее началась настоящая, освободившаяся от формул академизма и неоклассицизма историческая живопись, что в ее ряду появились полотна Сурикова и Репина, живое ощущение человеческих чувств и страстей.
Софья Витовтона Чистякова предвещала и суриковскую боярыню Морозову и репинскую царевну Софью.
Немолодая обрюзгшая женщина вскинула над головой усыпанный драгоценными камнями золотой пояс. В дикой ярости рванулся к выхваченной у него драгоценности молодой мужчина – Василий Косой.
С трудом удерживают бояре кинувшегося ему на помощь брата Дмитрия Шемяку. Вскочили из-за праздничного стола гости и тщетно пытается вмешаться в ссору забытый под своим свадебным шатром великий князь с молодой своей княгиней. Картина так и называлась – «Великая княгиня Софья Витовтона на свадьбе великого князя Василия II Темного в 1433 году срывает с князя Василия Косого пояс, принадлежащий некогда Дмитрию Донскому».
Все зависит от того, что понимать под исторической правдой. Не было при Василии Темном изукрашенных в стиле Ропета резьбой палат да еще с балдахинами и галереями. Не таким обычаем накрывались великокняжеские столы, не так сидели за ними на свадьбах гости. Придуманными были костюмы вплоть до княжеского венца на голове у Софьи Витовтовны. Академии художеств, предлагавшей подобную программу, нужна была обстановочная картина, где бы молодой художник показал свое умение писать различные материалы, изображать людей в движении, в самых разнообразных позах, строить перспективу.
Чистяков добивается совсем иного. Он безошибочно передает смысл случившегося. Его правота в главном – торжестве старой княгини, страстном, нерассуждающем порыве к власти, к которой стремилась она всю жизнь, у которого любой ценой хотела сохранить мелочного характером хилого своего сына. Это мгновенье, которое предрешило слишком многое: слепоту Василия Темного – обиженные князья выколют ему глаза, неслыханные усобицы в семье Калиты, дорого стоившие русской земле, треволнения и опасности собственной жизни, вплоть до ссылок и плена».

Далеко не все мне нравится в книге Молевой, но вот характеристика картины Чистякова почему-то цепляет.

Теперь немного об истории.
За скандалом на великокняжеской свадьбе стоит очень многое.
Во-первых, вопрос о наследии великокняжеского статуса. В подробности вдаваться не буду, но еще с Киевской Руси шла традиция лествичного права, когда все переходило к старшему в роду ( а все Рюриковичи считались родственниками и фактически совладельцами!). Те из потомков, чьи отцы не успели побывать на великом княжении, лишались права на очередь… Великокняжеский статус мог уйти и от московских князей, если бы в борьбу за него не вступил Юрий Даниилович. С началом ига приходилось учитывать и волю ордынских ханов.
Однако Дмитрий Донской завещал великой княжение своему старшему сыну Василию без учета воли Орды. Но старший сын Дмитрия к моменту смерти отца еще не был женат, поэтому победитель Мамая отдельно отметил момент, что в случае смерти Василия великое княжение может отойти к старшему в роду.
Василий I умер в 1425 году, завещав власть малолетнему сыну. После его смерти старшинство в роду по лествичному принципу переходило к другому сыну Дмитрия Донского Юрию, княжившему в Звенигороде. Так появились два завещания и два претендента на власть.
Юрий не собирался уступать власть десятилетнему племяннику, хотя на стороне Василия был и митрополит Фотий, и его дед великий князь литовский Витовт. Борьба шла около шести лет, но после поездки в Орду в 1431 году ханский ярлык все же достался Василию, подтвердившему обязательства по выплате дани. Юрий Дмитриевич формально подчинился.

Вряд ли Софья Витовтовна не понимала, к чему приведет скандал на свадьбе, вызванный ее поступком. И есть различные трактовки мотивации оскорбления, нанесенного ею сыновьям Юрия. И существует ведь поверье, что человек считался униженным, когда с него прилюдно срывали пояс. Сложно не согласиться и с тем, что злополучный пояс символизировал преемственность великокняжеской власти от Дмитрия Донского…
Но, честно говоря, я так и не нашла пока для себя убедительного ответа на вопрос «Зачем?». Это был повод, а Юрий Дмитриевич являлся очень сильным и удачливым соперником.
Два раза Юрий, не простивший публичного унижения своих сыновей, занимал Москву. В том же 1433 году в руки к нему попал и сам Василий. Многие бояре, а также Василий Косой и Дмитрий Шемяка требовали смерти бывшего великого князя, но дядя не просто пощадил племянника, но и отдал ему в удел богатую Коломну, куда в итоге потянулись представители большинства московских знатных семей.
Затем было убийство боярина Семена Федоровича Морозова Василием Косым и Дмитрием Шемякой, которого они считали виновником милостей, проявленных к свергнутому внуку Витовта, приведшее к ссоре отца с сыновьями. А также добровольная (!!!) переда Юрием власти племяннику и возвращение в свой удел.
Вернувшись в Москву, Василий стал жестоко мстить тем, кто некогда поддержал его дядю, а также пытался захватить его сыновей. Снова возобновилась борьба. И снова весной 1434 года Юрию взял Москву (также попали к нему в плен Софья Витовтовна и Мария Ярославна), а Василий бежал и думал искать помощи в Орде. Об уделе для свергнутого в очередной раз племянника Юрий и не думал.
Неизвестно, как бы могла развиваться дальнейшая история Руси, но летом 1434 года Юрий Дмитриевич внезапно умер. Популярна версия об отравлении.
По лествичному праву, которое и отстаивал сын Дмитрия Донского, великое княжение снова должно было бы вернуться к Василию Васильевичу. По новому принципу – к Василию Косому.
Война, одним из поводов к которой послужила история с поясом, не закончилась…

Теперь вкратце о тех, кого мы видим на картине Чистякова.

Василий Косой

[293x700]

После смерти отца Василий Косой объявил себя новым великим князем, но не получил поддержки собственных братьев, признавших Василия Васильевича. Однако он не уступил и продолжил соперничество, в ходе которого попал в плен и был ослеплен.
Умер, вероятно, в 1448 году. По всей видимости, в заточении.
Еще один вопрос, на который при множестве трактовок так и не нашла для себя ответа, - почему вдруг ослепление, столь популярное в Византии, но редкое для Руси (хотя невозможно не вспомнить истории. Василько Ростиславовича Теребовольского)… Страшное наказание, обрекающее человека на вечное пребывание человека во тьме и невозможность увидеть Божьего света… Средневекового человека с его определенными представлениями.
И почему эта идея родилась в голове Василия II? Не простил подстрекательства на собственную жизнь?

Дмитрий Шемяка

[323x700]

После смерти брата продолжил войну с Василием, шедшую с переменным успехом. Не стоит забывать, что Василий умел находить поддержку у ордынских ханов.
В 1446 году уму удалось захватил Василия в плен, приказал ослепить его ( в отместку за старшего брата?). Умер в Новгороде в 1453 году. Популярна версия об отравлении, к которой пришла и археологическая экспедиция Янина.


Василий II

[700x448]

Вопреки всему сумел после длительной борьбы сохранить за собой Москву и великое княжение. Сам ли или с помощью талантливого окружения – другой вопрос. В историю вошел под прозвищем «Темный». Существует даже целая летописная повесть о его ослеплении. Причастными к сему печальному событию помимо Дмитрия Шемяки считаются также князья Иван Можайский и Борис Тверской… Среди претензий к нему была и «любовь к татарам».
Без зрения он прожил еще 16 лет.

Мария Ярославна

Дочери боровского князя в период междоусобной борьбы выпала не самая легкая доля – две ссылки (сначала в Галич после победы Юрия, потом в Углич после одной из побед Дмитрия Шемяки), ослепление супруга… После смерти Василия она прожила еще 22 года (до 1484), а в 1480 благословляла сына Ивана на борьбу с ханом Ахматом.

Софья Витовтовна

[376x700]

Пожалуй, здесь соглашусь с Ниной Молевой, что мать Василия Темного по своему характеру принадлежала к числу таких женщин, как боярыня Морозова и царевна Софья.
Одна из немногих женщин допетровской Руси, принимавшая активное участие в государственных делах. Ее брак с Василием в первую очередь был заключен угоду политическим интересам. Был ли он счастливым, судить мы не можем. Не все дети в их браке выжили.
Сто лет спустя Сигизмунд Герберштейн передавал, что Василий Дмитриевич не любил своего единственного сына Василия, так как подозревал в свою жену прелюбодеянии, от которой тот и родился, поэтому, умирая, оставил великое княжение сыну, а своему брату Юрию.
Подтверждений этому у нас нет, но попадались мне и предположения, что Софья могла уничтожить завещание мужа, вредившего его сыну.
Она прилагала все усилия в борьбе за власть для своего сына, и эти усилия увенчались успехом. Именно ее подозревают в отравлении Юрия Дмитриевича и Дмитрия Шемяки, во время победы которого ей пришлось пережить ссылку сначала в Чухлому, а затем в Каргополь.
Умерла Софья Витовтовна в 1453 году в возрасте 82-х лет.
Не ей ли если не всем, то очень многим обязан сын?
Такая женщина могла позволить себе сорвать пояс с сына противника.

Чистяков не пошел против исторической правды, и на картине нет того участника событий, который наиболее интересен лично мне. Знакомясь с историческими событиями, все равно сложно до конца подавить симпатии или антипатии, возникающее к тому или иному человеку.
Почему-то в этой истории мои симпатии субъективно всегда принадлежали Юрию Дмитриевичу Звенигородскому.
Помимо борьбы за великое княжение с его именем связан успешный поход на Среднее Поволжье — первый поход, в котором русские разорили достаточно обширные татарские земли, разгромив 14 городов и приведя на Русь огромную добычу. По его приказу отстраивался Звенигородский кремль, Успенский собор которого расписывал, возможно, сам Андрей Рублев. При его поддержке был основан Саввино-Сторожевский монастырь.
Как-то мне попадались рассуждения о том, можно ли говорить о Возрождении на Руси, а Звенигород при Юрии сравнивали с Флоренцией Лоренцо Великолепного. Субъективно считаю подобные сравнения через чур натянутыми. Но наследие Юрия в Звенигороде действительно до сих пор впечатляет.
И это не все…
Личность Василия Темного особо положительных эмоций не вызывает.
С другой стороны, наследники Юрия, не умевшие и между собой договориться, вызывают еще меньше симпатий. А Василию наследовал Иван III.

Ну и история не терпит сослагательных наклонений=)