Случайно наткнулась на электронную версию книги Дианы Левис Бургин «София Парнок. Жизнь и творчество русской Сафо». Почти также случайно книгу прочитала.
Если честно, то подробной биографией и поэзией Парнок никогда не интересовалась, хотя в некоторой степени знакома с ней. Но раньше ее имя в первую очередь ассоциировалось с другим, гораздо более известным и, наверное, любимым. Думаю, не только у меня. Теперь ассоциации должны быть иными.
Пока читала, возникло желание написать пост о жизни Софии Парнок. Все-таки интересная судьба. Фактически отсутствие признания при жизни. Обособленность от крупных поэтических авторитетов. Определенная доля новаторства. В общем, много тем, которые можно затронуть.
Дочитала и поняла, что не буду этого делать. По крайней мере, сейчас. Что-то из того, что узнала о Софии Парнок мне мешает. И это отнюдь не связано с нестандартной личной жизнью поэтессы, хотя в книге анализ творчества Парнок идет в первую очередь с точки зрения лесбийской поэзии.
Но на одном из моментов ее биографии все же хочется остановиться. И здесь снова не буду оригинальной, потому что меня заинтересовало, как биограф Парнок может осветить ее роман с Мариной Цветаевой.
До знакомства с книгой Бургин историю возникновения цветаевского стихотворного цикла «Подруга» я узнавала преимущественно с помощью тех, кто стремился писать биографию несравненной Марины. И роль Парнок в их отношениях нередко освещали как негативную. Думаю, это не совсем справедливо.
А книга интересная. Прочитать стоит.