На выходных с сестрой предприняли еще одну прогулку с целью осмотра достопримечательностей нашего района. На этот раз бродили вокруг Петровского парка.
К сожалению, большая часть фотографий в этот раз вообще не получилась, а те, что получились, тоже не блещут качеством. Ну да ладно…
В этом доме ныне находится некий SPA-клуб «Дворянская усадьба». Как я ни присматривалась, но не увидела никаких табличек (хотя с чегой-то я вдруг о табличках размечталась?)), что это здание – некогда знаменитая вилла Николая Рябушинского «Черный лебедь».

[700x525]

Могу сейчас путаться в изложении информации, так как материала не так много, как мне бы того хотелось.
Вилла «Черный лебедь» была построена для Рябушинского известным московским архитектором Владимиром Адамовичем в 1907-1910 годах. Считается, что это неоклассицизм. Если смотреть прямо на фасад, в голову почему-то приходят ассоциации с усадьбами пушкинской эпохи. А вот если смотреть сбоку, то прекрасно узнается силуэт модерна.
Сам Николай Рябушинский – знаковая фигура для эпохи модерна. Человек любил и умел жить с размахом. Самый непутевый среди своих знаменитых братьев и транжира, промотавший немалое состояние еще до революции. Но вместе с тем меценат и коллекционер, обладавший неплохим для дилетанта художественным вкусом. Создатель журнала «Золотое руно» (считается, что именно это предприятие в итоге и разорило его окончательно) и инициатор выставки «Голубая роза».

Вокруг виллы «Черный лебедь» ходило множество слухов. Ее владелец умел эпатировать охочую до сплетен публику.
Мебель, которая изготавливалась для виллы по специальному заказу хозяина, была украшена знаком в виде черного лебедя. Такой же знак был изображен на всех салфетках, посуде, столовом серебре… Внутренним оформлением дома занимался известный художник Павел Кузнецов.
Дорожки виллы были засажены пальмами, орхидеями и другими экзотическими растениями. Били фонтаны. По ним гуляли павлины и фазаны, а на цепи у собачьей конуры сидел леопард.
У входа в сад был воздвигнут мраморный саркофаг, увенчанный бронзовой фигурой быка, – здесь должны были покоиться останки хозяина после его смерти. Увы, 1917 год решил все совершенно иначе.
На вилле устраивались роскошные экзотические приемы. Ходили слухи о каких-то афинских ночах с голыми актрисами. Но также у гостей была возможность полюбоваться великолепной художественной коллекцией Николая Рябушинского, в которую входили драгоценные фарфоровые вазы, фигурки драконов с устрашаюшими мордами, привезенные хозяином с Майорки, отравленные стрелы дикарей с Новой Гвинеи. И, разумеется, коллекция картин, как старых мастеров, так и молодых художников, и икон, которые после революции перейдут в залы Третьяковки.
В 1911 году на вилле случился пожар, погубивший почти всю коллекцию. В 1913 году саму виллу восстановил Измиров, только вот былого размаха уже не было – Николай Рябушинский разорился.
А сейчас, глядя на виллу «Черный лебедь»… Пардон, на, наверное, модный и дорогой SPA-клуб, как-то вообще с трудом верится, что когда-то здесь была такая сказочная роскошь и что среди посетителей «Черного лебедя» было множество знаменитых деятелей искусства.

[700x525]

Петровский путевой дворец вряд ли нуждается в представлении. Он был построен Матвеем Казаковым по приказу Екатерины Великой в качестве резиденции для отдыха знатных особ после долгой дороги из Петербурга в Москву. Павел I останавливался во дворце перед своей коронацией, что впоследствии стало традицией для российских императоров.
Кстати, в 1841 году по дороге из Санкт-Петербурга на Кавказ, последний раз посетив Москву, в Петровском замке останавливался Михаил Лермонтов, гостивший у своего однополчанина Дмитрия Розена, служившего адъютантом при генерал-губернаторе Москвы.
Но мои первые ассоциации, когда я смотрю на Петровский дворец, связаны с Наполеоном. И в голове всплывают пушкинские строки:

Вот, окружён своей дубравой,
Петровский замок. Мрачно он
Недавнею гордится славой.
Напрасно ждал Наполеон,
Последним счастьем упоённый,
Москвы коленопреклонённой
С ключами старого Кремля:
Нет, не пошла Москва моя
К нему с повинной головою.
Не праздник, не приёмный дар,
Она готовила пожар
Нетерпеливому герою.
Отселе, в думу погружён,
Глядел на грозный пламень он.

В 20-е годы XX века дворец передали Военно–воздушной инженерной академии имемни Николая Егоровича Жуковского. Жуковский считается основателем аэродинамики и одним из отцов русской авиации. Но принято считать (да я в этом и не сомневаюсь), что Петровскому дворцу академия только повредила.
В 97-м году Петровский путевой дворец у академии забрали. Сейчас это Дом приемов мэрии Москвы. Реконструкция идет полным ходом. О советском славном прошлом напоминают бюсты Жуковского и Циолковского.

[350x467] [350x467]

А вот церковь Благовещения в Петровском парке.

[700x525]

Ее основала местная дачевладелица Анна Дмитриевна Нарышкина. Здесь, на даче в Петровском парке, умерла ее тринадцатилетняя внучка Анна Булгари, а перед тем она похоронила свою единственную дочь, графиню Марию Булгари. Женщина в скорби дала обет построить на месте смерти девочки церковь и в 1842 году подала соответствующее прошение святителю Филарету, митрополиту Московскому и государю Николаю I.
Сначала строить церковь должен был Евграф Тюрин (архитектор Богоявленского собора в Елохове и Татьянинской церкви Московского университета), но в итоге строил Федор Рихтер, которого мы лучше знаем не столько как самобытного архитектора, но как талантливого реставратора. Освятили храм в 1847 году.
В 30-е годы храм был закрыт и полуразрушен. Кажется, использовался под склад или что-то в этом роде. Когда мы переехали в этот район, его только-только начали восстанавливать. Сейчас стоит во всей красе.

[350x467] [350x467]

А вообще я раньше даже не обращала внимания на то, сколько интересных построек рядом с Багоявленской церковью.
Вот это, кажется, считается отдельной церковью крещения.

[700x525]

А это за церковью и фактически рядом с забором, отгораживающим виллу «Черный лебедь».

[700x525]

Вид виллы «Черный лебедь» сзади.

[700x525]

Ну и еще

[700x525]
[525x700]
[700x525]

В конце XIX века Петровский парк превратился в одно из любимых мест для гуляния московской публики. Здесь было множество ресторанов, слава которых гремела на всю Москву. Конечно же в первую очередь в голову приходит «Яр», но наше внимание остановилось на двух других «осколках былой роскоши».
Здание бывшего ресторана «Апполо».

[700x525]

Рассказать о нем пока ничего не могу. Знаю только, что в 1924 году здание передали «Аэромузею», а затем оно стало Центральным домом авиации и космонавтики с музеем, опять же, авиации и космонавтики музеем.

Меня всегда гораздо более интриговало здание, находящееся напротив бывшего «Апполо». Я помню его еще в руинах. В темноте из-за огромных пустых окон-дыр оно производило на меня гнетущее впечатление.
А сейчас смотришь и глаз радуется.

[700x525]

Это здание бывшего ресторана «Эльдорадо», основанного Ильей Арефьевичем Скалкиным. Скалкин обладал красивым тенором. Поначалу сам пел в ресторанах, потом собрал собственный хор, купил трактир и вскоре разбогател. Возможно, из-за богатства и такое экзотическое название ресторана?
Считается, что здание построено Львом Кекушевым или по его проекту. Опять модерн=))) И модерн, связанный с именем известного архитектора. Но памятной таблички не найти.
После революции долгое время в здании располагался клуб офицеров. Потом была реставрация (интересно, сколько здание потеряло от первоначального облика?).



А что там сейчас располагается, я не знаю. Но охране очень не нравятся попытки это здание сфотографировать.

На этом пока все.
[350x467] [350x467]