На одной из академических выставок в Санкт-Петербурге в 1836 встретились два художника - художник пера Александр Сергеевич Пушкин и художник кисти Иван Константинович Айвазовский. Знакомство с Александром Сергеевичем Пушкиным произвело неизгладимое впечатление на молодого Айвазовского. "С тех пор и без того любимый мною поэт сделался предметом моих дум, вдохновения и длинных бесед и рассказов о нем", - вспоминал художник.
Пушкин с большим одобрением отозвался о работах талантливого студента Академии художеств. Айвазовский всю жизнь преклонялся перед талантом величайшего русского поэта, посвятив ему позже в 1880-х годах целый цикл картин. В них он соединил поэзию моря с образом поэта. Самой знаменитой из этих картиной цикла стало, пожалуй, «Прощание Пушкина с морем», над которой Айвазовский работал в содружестве с Репиным. Репин писал в этой картине фигуру Пушкина, Айвазовский - пейзажный фон.

[481x700]

Прощание А.С. Пушкина с морем. 1877


[554x700]

А.С. Пушкин в Крыму у Гурзуфских скал. 1880


[680x467]

А.С. Пушкин и Раевская в Гурзуфе


[528x700]

А.С. Пушкин на берегу Черного моря. 1897


[680x432]

А.С. Пушкин на вершине Ай-Петри при восходе солнца. 1899


[680x445]

Пушкин на берегу Черного моря. 1887


Прощай, свободная стихия!
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые
И блещешь гордою красой.

Как друга ропот заунывный,
Как зов его в прощальный час,
Твой грустный шум, твой шум призывный
Услышал я в последний раз.

Моей души предел желанный!
Как часто по брегам твоим
Бродил я тихий и туманный,
Заветным умыслом томим!

Как я любил твои отзывы,
Глухие звуки, бездны глас,
И тишину в вечерний час,
И своенравные порывы!

Смиренный парус рыбарей,
Твоею прихотью хранимый,
Скользит отважно средь зыбей:
Но ты взыграл, неодолимый,-
И стая тонет кораблей.

Не удалось навек оставить
Мне скучный, неподвижный брег,
Тебя восторгами поздравить
И по хребтам твоим направить
Мой поэтической побег.

Ты ждал, ты звал... я был окован;
Вотще рвалась душа моя:
Могучей страстью очарован,
У берегов остался я.

О чем жалеть? Куда бы ныне
Я путь беспечный устремил?
Один предмет в твоей пустыне
Мою бы душу поразил.

Одна скала, гробница славы...
Там погружались в хладный сон
Воспоминанья величавы:
Там угасал Наполеон.

Там он почил среди мучений.
И вслед за ним, как бури шум,
Другой от нас умчался гений,
Другой властитель наших дум.

Исчез, оплаканный свободой,
Оставя миру свой венец.
Шуми, взволнуйся непогодой:
Он был, о море, твой певец.

Твой образ был на нем означен,
Он духом создан был твоим:
Как ты, могущ, глубок и мрачен,
Как ты, ничем неукротим.

Мир опустел... Теперь куда же
Меня б ты вынес, океан?
Судьба людей повсюду та же:
Где капля блага, там на страже
Уж просвещенье иль тиран.

Прощай же, море! Не забуду
Твоей торжественной красы
И долго, долго слышать буду
Твой гул в вечерние часы.

В леса, в пустыни молчаливы
Перенесу, тобою полн,
Твои скалы, твои заливы,
И блеск, и тень, и говор волн.