Даже при всей моей любви к ряду картин далеко не каждую из них я бы мечтала повесить у себя дома и смотреть на нее каждый день, не рискуя возненавидеть. А вот с портретом Марии Лопухиной, написанным В. Л. Боровиковским, на такой осознанный риск пошла бы.
Жаль, что пока предложений о подобном щедром подарке от Третьяковски не поступало.

Это одна из тех картин, которые нравятся мне сами по себе, а не в силу стоящей за ней истории или выдающейся личности (не считая личности самого художника, разумеется).
В случае с Машенькой Лопухиной все достаточно просто и грустно. Она была дочерью отставного генерала И. А. Толстого, родной сестрой знаменитого русского авантюриста Федора Толстого-американца и женой ничем не примечательного офицера. Через пять лет после написания портрета скоропостижно скончалась от чахотки в возрасте 22-х лет. Но благодаря мастерству кисти Боровиковского многие знают и помнят о ней.

Боровиковский для меня – один из любимейших художников. Если рассматривать историю развития живописи в России, то он – первый по хронологии художник, которого я действительно понимаю и ценю душой, а непотому что чувствую себя обязанной испытывать подобные чувства к его творчеству (так у меня, например, с Рокотовым). Наверное, из-за минимальности парадности на портретах его кисти, без которой ты смотришь не на детали роскошного костюма, а на одухотворенные и вследствие этого красивые лица.

Есть посвященные портрету Марии Лопухиной стихотворные строки. В 1885 году Яков Полонский увидел его в доме московской губернаторши, приходившейся Марии дальней родственницей. Поэт тут же сочинил экспромт:

Она давно прошла, и нет уже тех глаз
И той улыбки нет, что молча выражали
Страданье - тень любви, и мысли - тень печали,
Но красоту ее Боровиковский спас.
Так часть души ее от нас не улетела,
И будет этот взгляд и эта прелесть тела
К ней равнодушное потомство привлекать,
Уча его любить, страдать, прощать, молчать.
[550x700]