Несчастная любовь?
Хотите научиться управлять своей влюблённостью?

Тренинг для девушек «Управление влюбленностью»

      Современное просторное многоэтажное строение из стекла и бетона, со множеством лестниц, залов, холлов и т. п. — вроде Кремлёвского Дворца Съездов. Там проходит некое мероприятие: фестиваль, презентация, конференция — не знаю. Народ так и кишит, все празднично одеты, оживлённо и бессмысленно судачат друг с другом. Я оказываюсь в одной из отдельных группок, она расположилась на вместительном диване, покрытом искусственной кожей. Сзади, за диваном — прозрачная стеклянная стена. 

       Почему-то избираю из всей группки лишь одну девицу лет двадцати и обращаюсь к ней с речами. Она откровенно глупа и ничуть меня не привлекает: просто я намерен слегка просветить её. Пытаюсь объяснить ей соответствие звуков (точнее, музыкальных тонов) и цветов в индийской культуре. «Объяснения» мои, впрочем, предельно просты, даже примитивны. Что-то в таком роде: у европейцев, мол, ассоциации звуков или букв с тем или иным цветом традиционно считаются достоянием лишь наиболее художественно одарённых людей, вроде Рэмбо или Набокова, тогда как в Индии они издревле признаны, систематизированы даже... При этом верчу в руках «Автобиографию» Неру (въяве стоит у меня на полке), которую почему-то пытаюсь выдать за книгу Бонгард-Левина и Ильина «Древняя Индия» (тоже стоит на полке). Повертев книгу в руках, отправляю её в портфель.

      Покуда я объясняю, девица то и дело шикает на меня, приставляет палец ко рту: тише, мол! Послушавшись её, я перехожу на шёпот: первое (выставляю указательный палец) — красный цвет, второе (выставляю указательный и средний) — белый... Девица, однако же, вряд ли мне внемлет: она вдруг ложится на пол, привалившись спиной к мягкому креслу, высоко задирает стройные ноги в чулках (они видны до самых оснований из-под мини-юбки), затем забрасывает их за голову, демонстрируя завидную гибкость, и слегка поводит бёдрами из стороны в сторону. Меня такой поступок ничуть не удивляет, я понимаю, что она хочет отдаться мне, но сам не испытываю никакого желания, кроме одного: втолковать ей хоть что-нибудь, хоть самые азы... И вот девица уже стоит на ногах, она явно собирается уходить и призывно смотрит на меня, а я снова выбрасываю указательный и палец и с расстановкой талдычу: «Один — красный цвет» (и указываю на что-то красное поблизости: кажется, на чью-то одежду); выбрасываю указательный и средний и отчётливо произношу: «Два — белый цвет» (и оглядываюсь вокруг в поисках чего-нибудь белого, долго не нахожу ничего, пока, наконец, не довольствуюсь листком бумаги). Девица ещё раз улыбается и исчезает.