Лето. Бабушкин дом на Плужной. Перегавкиваемся с дворовой активисткой, вешающей постирушки. Тётка продавливает идею собрания жильцов, где мы договоримся о дате другого собрания. А вот уже на том другом будем горланить по поводу капремонта водопровода.
      Стебусь, дескать, что это ещё за «справка о справке»?! И одного собрания достаточно. Приклеили на подъездах объявления, устно предупредили и собирайтесь. А я так заранее обеими руками «за». Дом довоенной постройки. В последний раз трубы меняли ещё, когда Брежнев бодрым был. Короче, не приду. Сами там за меня крестик поставьте.
      Однако, тётку такое не устраивает. Ей охота, чтоб «вече бурлило». Вот же, блин, любительница масштабных мероприятий. Ища сочувствия, играю на публику изо всех талантов. Народ улыбается, но молча. Короче, будем считать: ничья взяла.
       Интересно, кем же тётка работает, что одна половина её челюсти сплошь в коронках белого металла, а вторая – жёлтого? Кому она улыбается "золотым" профилем, а кому скалится сталью?