[444x333]

         Ни одна  история из эпохи Ельцина не запомнилась так гражданам нашей страны, как ваучерная приватизация по Чубайсу. Это была операция, по сравнению с которой меркнут выдумки Остапа Бендера, Энди Таккера и графа Калиостро вместе взятых. Огромное богатство главной республики бывшего СССР «распилили» так ловко, что теперь остаётся только  то ли растерянно, то ли восхищённо кивать головой, как архивариус в «Двенадцати стульях». Нас, правда, в отличие от архивариуса, государство и раньше обманывало, но чтобы в таких масштабах! Я-то хоть на свой «драгоценный» ваучер успел купить хорошую бобровую шапку и носил её много лет, но ведь не все же догадались…  А начиналось всё, как и полагается в «лохотронах», весело, заманчиво и легко. Рухнула окончательно власть КПСС, победила демократия – и все застыли в ожидании:   «Что же теперь будет?» Недра страны, её заводы и фабрики ждали новых хозяев.  Хозяевами, конечно, считали себя все: ведь собственность, как ни крути, была общенародной. Многие, наверное, уже подсчитывали, сколько на каждого из нас достанется пароходов, станков и нефтяных скважин. Но были те, кто считали лучше, и те, кто считали хуже. К первым, как известно, относятся сотня тысяч «самых умных», которым в итоге всё и досталось. Ко вторым - все остальные.
      
         Любопытно, что вначале, то ли в приступе необъяснимой тяги к справедливости, то ли с перепугу - вдруг народ забунтует! - хотели и вправду всё разделить поровну. Летом 1991 года был принят закон «Об именных приватизационных счетах и вкладах в РСФСР». По этому закону  каждый гражданин России получал именной приватизационный счет, на который должны были зачисляться денежные суммы, предназначенные для оплаты приватизируемого государственного имущества. Закон не разрешал продажу приватизационных вкладов другим лицам. Если бы это было сделано, все имели бы фиксированную долю и в экспортном секторе, и в тяжёлой промышленности, и в лёгкой - кто уж что купил. Что было бы дальше с этой долей, за неимением имеемого остаётся только гадать. Но что-то бы было.  Сама по себе эта идея, конечно, тоже имела много недостатков. Совершенно неясно, как можно было  справедливо определить ту сумму, которую мог получить гражданин.  Да и акции потом точно так же можно было скупить, как и ваучеры. Но здесь было хотя бы рациональное зерно -  попытка действительно разделить богатства страны на всех.  Но потом правительство Ельцина, разглядев, что народ на диво спокоен и о бунтах не думает, одумалось, прежний закон отменило, и решило, что каждому - это уж слишком. И через год, 1 октября 1992-го года в обороте появились знаменитые ваучеры.  Причём сам указ, на основании которого ввели ваучеры, был проведён президентом России обманным путём.  Его издали на следующий день после того, как Верховный Совет ушёл в отпуск и никому из парламентариев даже не показали. Поэтому некому было его и опротестовывать. Символическое начало для всей этой грандиозной аферы! 

             
Имущество страны было условно оценено в 1 400 миллиардов рублей,  эту сумму как бы разделили поровну между всеми гражданами России - и на каждого выписали приватизационный чек.  Номинал ваучера составлял 10 000 рублей - 40 долларов по курсу на 1 октября 1992-го года.   И всё вроде бы на первый взгляд выглядело пристойно, если не считать бредового оттенка самой реальности. На самом деле у ваучера не было и не могло быть никакой конкретной  стоимости. Ваучер был лишь правом  покупать акции приватизируемых предприятий.  Ведь его же было нельзя предъявить в магазине! Он стоил ровно столько, сколько на рынке стоили те акции, которые на него приобретались .  Номинал ввели именно для того, чтобы ваучер можно было купить не за акции, а за наличные деньги. Ситуация массовой продажи ваучеров тем самым была заложена совершенно сознательно. Официально же, конечно, рекомендовалось ваучер не продавать, а держать при себе, пока рынок не начнёт давать за него приемлемую цену.  Господин Чубайс уверял, что со временем за один ваучер можно будет купить две автомашины «Волга». Ну кто же не будет радоваться такому богатству, нежданно-негаданно свалившемуся с небес! Если бы тогда знали, что на историческом минимуме продаж за ваучер в российских деревнях давали две бутылки водки.

           
Разница между первоначальным подходом и ваучерами была принципиальной. Во-первых, ваучеры нельзя было применить для приобретения доли в ключевых предприятиях страны. Через много лет Чубайс признался, что в обороте ваучерной приватизации реально находилось не более 20 процентов основных богатств страны. Это была, наверное, самая удачная выдумка приватизаторов. Сейчас та доля, которая прошла мимо ваучеров, оценивается самое меньшее в 500 -700 миллиардов  долларов. От 80 процентов  основного национального богатства население России сразу было отрезано! Во-вторых, ваучеры не были деньгами. Их стоимость определялась покупателем, то есть рынком. Между тем экономика страны находилась тогда в плачевном состоянии. Естественно, что рыночная цена предприятий в этих условиях была занижена по отношению к их реальному потенциалу на два порядка. И в-третьих, даже к тем предприятиям, который «легли» под ваучеры, подпустили на самом деле только часть населения - тех, кто на этих предприятиях работал . Все бюджетники, пенсионеры, домохозяйки, люди, занятые  в сфере обслуживания и торговле,  имели право обменять свои ваучеры на долю в этих предприятиях только после тех, кто на них работал. Вот это был фокус! Такого ограбления народа страна не знала со времён массовой коллективизации. И ведь всё получилось.
          
Началась лихорадка тотального обмана одних и стремительного обогащения прочих.   Да, номинал ваучера на старте составлял 10 000 рублей, но это не значит, что их можно было при продаже получить. В обществе сознательно насаждались слухи, что ваучеры могут резко подешеветь, почти до нуля.  Судите сами, только за первый месяц оборота ваучеров – октябрь 1992-го года -  в результате инфляции 10 000 рублей из  40 долларов превратились в 25!  Такой скачок инфляции отнюдь не был случайным, ведь ситуацию на валютном рынке определяло государство. Всё делалось для того, чтобы заставить побыстрее расстаться с приватизационными чеками. Что должны были думать люди, многие из которых хорошо помнили хрущёвские облигации, пачками валявшиеся в каждом доме?  Ваучеры скупались едва ли не тоннами.  Кто скупал? Теневики, владельцы партийных касс, бандиты, коммерсанты, чиновники всех рангов ( за бюджетные деньги!), ловкачи из-за границы. Ходили смутные слухи об огромных деньгах, вырученных в залог за  внезапно вывезенное  правительством Ельцина за границу  всё российское золото – 800 тонн. Деньги эти вроде бы все вернулись обратно и были очень удачно вложены в ваучеры и акции предприятий. А как иначе? Не свои же платить! 
          
                                  Альтернатива.
          
Была ли альтернатива? Конечно, была, ведь мировой опыт к тому времени накопил уже много моделей приватизации, в том числе удачных. Наиболее рациональным выглядело следующее предложение. Раз собственность не выкупается, а раздаётся бесплатно, значит, речь не идёт о привлечении инвестиций.  Развитие экономики здесь вообще не при чём. Инвестируется, скорее, само население.  Но определить стоимость доли каждого в условиях неразвитого рынка в принципе невозможно: все оценки условны, и носят явно заниженный характер. Поэтому  никакого смысла в  ваучерах нет вообще. Государство должно продавать акции предприятий по реальной цене на свободном рынке и ежегодно поровну распределять вырученные средства среди граждан своей страны.  Да, подготовка к акционированию и продажа всех акций займут немало лет, но чему это мешает? Экономика при правильном подходе неизбежно будет расти - и будет расти стоимость продаваемых акций. 
           
Кто купит акции? Те, у кого есть деньги.  Если бы сразу были введены европейские правила «честной игры», российские предприятия неизбежно привлекли бы внимание зарубежных инвесторов, ведь потребительский рынок России носил тогда остродефицитный характер. Россия была страной, в которой всего не хватало. Создатели ваучерной приватизации уверяли, что их идеи сохраняют национальный характер экономики. Вот только нация к этой экономике почему-то в итоге не относилась. Инвестиции в экономику действительно вплоть до последнего времени носили по преимуществу национальный характер: инвестировались деньги российских предпринимателей. Стало ли это плюсом? Нет. И вот почему. Инвестировались  не личные накопления ( откуда они могли взяться в больших объёмах?),  а деньги, отнятые у общества: взятые из бюджета, уведённые от налогов, накопленные за счёт колоссальных недоплат в  чудовищно заниженные зарплаты. В конечном счёте общество не только практически ничего не получило от приватизации, но и само почти полностью оплатило развитие предприятий, создавая не национальное богатство, а богатство верхушки.   Более того, широкое привлечение иностранного капитала означало бы быстрый переход российских предприятий на современные технологии, ведь  устаревшими никто не стал бы их оснащать - невыгодно. О потенциале экспортного сектора нечего даже говорить: 250 миллиардов долларов сегодняшнего дня, если бы не было потеряно время, давно бы удвоились. Вот только зачем всё это было нужно тем, кто находился и сейчас находится у власти в Москве?
                                      
                                      Эпилог.                
             
Не все продали ваучеры  за 6 000 рублей, как это сделал я. Кто-то их продал  дороже, кто-то дешевле. Но и те, кто продал в 2, 3, 5 раз дороже, не обогатились. В условиях острого дефицита на товарном рынке и галопирующей инфляции эффективно применить эти деньги было крайне трудно.  К маю 1993-гог года стоимость ваучеров на свободном рынке упала до 3 000 рублей. Для тех же, кто не хотел продавать свой ваучер, ожидая, что в будущем станет кататься на «Волге», создали  чековые инвестиционные фонды. Они обменивали ваучеры на акции предприятий. Но ваучер-то у каждого был один! Много ли за него можно было получить?  С акциями тоже быстро разобрались. Стали скупать их так же, как ваучеры. Разумеется, недорого.  А в середине 1994-го года, сразу же после  продажи акций крупнейших предприятий, большинство этих фондов внезапно исчезло.  Администрация предприятий тогда по закону получила от 17-ти до 21-го процента акций . К этим акциям докупались другие, к другим - ваучеры.  Шаг за шагом - и вот уже контрольный пакет. Но у кого-то же акции остались? Да, конечно. Небольшое количество психологически устойчивых граждан акции сохранило до сих пор. Их средняя оценка на сегодняшний день составляет около 500 долларов. Для этой «космической» суммы надо было всего-навсего подождать 15 лет…  В итоге мечта о новом собственнике сбылась, только совсем не так, как думали в 1991-м году.  

Теперь у России почётное второе место после США по количеству долларовых миллиардеров. Всё в порядке.  Есть только одна деталь. Во времена Французской революции 18-го века была очень похожая «ваучерная» история. Конфискованные у церкви и дворянства земли – основное тогда богатство страны - превратили в так называемые «ассигнаты», что-то вроде российских приватизационных чеков. Раздали гражданам, а потом одни граждане продали другим гражданам почти все эти ассигнаты на аукционах. Разумеется, продали недорого. Разумеется, тем, у кого было достаточно денег, чтобы скупать ассигнаты пачками.  Вот поэтому в одном замечательном  фильме о Французской революции, который называется  «Чёрный тюльпан»,  герой Алена Делона говорит :  « Знаете, что такое свобода? Свобода - это кость, которую бросают народу, чтобы он ей подавился». Как жаль, что это сбылось и в России…