12–13 марта по новому стилю будет отмечаться 100–летие Февральской революции 1917 года, которая положила конец более, чем 300–летнему правлению Дома Романовых и знаменовала новую эру в истории в России. Я уже писал о причинах, которые, по моему мнению вызвали данный верхушечный переворот [1], писал я и о реформах Столыпина [2], которые, опять же по моему мнению, сделали возможным продлить существование империи на добавочные 11 лет. Причем эти годы были годами сравнительно успешного развития России. Мое мнение оказалось в противоречии с мнением известного российского политолога С.Г.Кара-Мурзы, который в своих книгах "Советская цивилизация", "Столыпин - отец Русской революции" и "Гражданская война" доказывает, что Февральская революция закономерно следовала из кризиса в социальной и аграрной сферах России. Он не утверждает прямо о наличии экономического кризиса в царской, но подбор и подача статистических данных из литературных источников свидетельствует о его намерении (скорее всего непроизвольном немерении, как делает это ученый, влюбленый в свою модель реальности и не видящий фактов, которые ей противоречат) внедрить в сознание читателя впечатление и о неразрешимых проблемах в эконoмике царской России, хотя конечно, это только мое впечатление.

Я согласен с тем, что некоторые ошибки царского правительства вели к нарастанию противоречий во взаимоотношениях сословий и царской власти, но категорически не могу согласиться с тем, что к 1913 году в России был аграрный, а тем более какой–либо экономический кризис и попытался доказать это в своих статьях [1, 2]. Между тем в работах С.Г.Кара–Мурзы доказывается, что аграрный кризис выражался не в том, что сельхозпроизводство вообще не росло, а в так называемом секторном разрыве между промышленностью и сельским хозяйством, который не мог быть решен в приемлемой для крестьянского мира форме Столыпинскими реформами, и не мог быть решен методами крестьянской кооперации на фоне глобальных вызовов новой эпохи. Замечу, что секторным разрывом С.Г. Кара–Мурза называет большое несоотвествие между уровнем промышленности и сельского хозяйства.

Сначала я решил проверить, а как и что пишут и писали историки о царской России для детей? Беру в руки две тома детской энциклопедии, разделенные во времени 31 годами. Вначале открываю том 8, изданный в 1975 году в Москве в издательстве Педагогика. Он называется "Из истории человеческого общества". Читаю историю царской России в начале 20 века и не нахожу ни одного слова об российском экономическом буме 1910-1913 годов. Понятно, тогда у власти в СССР были марксисты. Они не могли допустить, чтобы у людей возникло хоть малейшее сомнение в том, что жизнь в царской России не была такой уж и плохой, что она уверенно догоняла Запад, что я и попытаюсь показать ниже.

Затем я взял Детскую энциклопедию, но уже изданную в 2006 году в Москве в Издательстве Мир энциклопедий "История России и ее ближайших соседей", часть 3. Я пытался найти упоминание об экономическом буме 1910-1913 годов (как большинство историков и экономистов во всем мире характеризует этот период в развитии экономики царской России), и опять не нашел ни слова. Такое впечатление, что у авторов и марксистской и демократической детских энциклопедий стояла задача - показать русскую историю только в плохом свете.

С самого момента возникновения советского государства мнения историков относительно экономики царской России разделились. Понятно, почему советские историки и экономисты вслед за Лениным считали царскую Россию почти исчадием ада, доказывая, что перманентный кризис экономики и сельского хозяйства и вызвал Февральскую революцию. Грегори [8] пишет, что советские исследователи дореволюционного сельского хозяйства считали существование аграрного кризиса очевидным фактом. К ним примкнули и некоторые западные экономисты, например А. Гершенкрон [6].

ОСОБЕННОСТИ РУССКОГО СПОСОБА ПРОИЗВОДСТВА

Экономически Россия была единственной страной в мире, которая приближалась к автаркии, т.е. имела такой хозяйственный уклад, который позволял ей существовать самостоятельно, полнокровно и независимо от других государств. По отношению к внешнему миру Россия была автономна, обеспечивая себя всеми необходимыми товарами, и сама потребляла почти все, что производила. Импорт не играл для страны жизненного значения. В конце XIX века высокие заградительные пошлины на многие товары стимулировали внутреннее хозяйство. Доля России в мировом импорте в н. ХХ в. составляла немногим более 3%, что для страны с населением, равным десятой части всего человечества, было ничтожной величиной. Для сравнения отметим, что большинство западных стран, обладая незначительной численностью населения, имело долю в мировом импорте во много раз большую, т. е. экономически зависело от импорта.

Между тем, на протяжении почти всей истории России царская власть строила свою геополитику, находя зачастую единственно возможный путь, который существенно отличался от опыта других стран. Особенно это касалось постоянной выработки и адаптации системы налогообложения, поощрения развития и выполнения функций государственной безопасности. Экономическая политика России характеризовалась централизованной модернизацией с направлением на накопление значительной части национального дохода, изъятой силовым способом через налоги, а не добровольным направлением гражданами части своего личного дохода на накопление в ожидании последующего поступления ренты от наличия собственности. Догоняющее развитие в России могло и может быть успешным только при стимулирующей роли государства. Замечу, справедливости ради, что и на Западе в 20 веке многие современные отрасли промышленности развивались только при стимулирующей роли государства на бюджетные деньги.

В подтверждение данного вывода можно привести следующую выдержку из книги известного экономиста-народника В.Воронцова: "Идя капиталистическим путём, мы не создадим у себя высокоразвитой механической промышленности. Но мыслим и иной путь промышленного прогресса. Первый способ приложим в настоящее время к тем производствам, которые легко доступны для артельной организации, к числу последних не принадлежит механическое дело, и потому к нему должен быть приложен второй способ. Для этого необходимо, чтобы производство находилось в руках учреждения, не столько заинтересованного в его сиюминутных материальных успехах, сколько заботящегося о прочной постановке дела и относящегося к вопросу с точки зрения общественной пользы. Таким учреждением является правительство; оно и должно заведовать интересующими всех в настоящее время промышленными предприятиями. В России так оно и было до последнего времени: наша крупная промышленность явилась на свет божий по желанию правительства, и некоторые её отрасли наполовину оставались в его прямом заведовании, другие оно поддерживало пособиями и заказами" [14].

А Гершенкрон [6] и многие другие считают, что государство в царской России взяло на себя столько функций, что российская экономика не была больше рыночной экономикой в нормальном смысле этого термина, что нормального капитализма в России не было и что именно эти экономические предпосылки и вызвали Февральскую революцию. Гершенкрон поддерживал А. Чаянова в его взглядах относительно сельского хозяйства, подчеркивая некапиталистические черты россисйкого селського хозяйства. Чаянов же доказал, что решение о размещении ресурсов принимались не на основе нормальных рыночных принципов, а на основе обычаев и традиций. Следовательно, процесс принятия решений отличался от рыночного [7].

В организации экономики царской России было много других нерыночных особенностей. Например, российские власти предпочитали в каждой отрасли выдавать разрешение одной, а не нескольким компаниям. Регистрация акционерных обществ должна была осуществляться исключительно по личному распоряжению царя [10]. Российское государство не торопилось поощрять создание корпораций с ограниченной ответственностью [9].

Многие признаки жизнеустройства, характерные для СССР, зародились ещё в царской России. Царская Россия и СССР имели очень похожие системы власти лидера: царь и генеральный секретарь партии. При внимательном рассмотрении можно найти абсолютную зависимость царя и генсека от элиты, а также идеократическое государство. Близким по методу и целям было руководство культурой. Так, например, оперы до своей постановки в театре проходили в царской России рецензирование в театральном комитете, аналоге Союза Композиторов СССР. Например, весной 1870 г. опера "Борис Годунов" была представлена в театральном комитете и забаллотирована им [11]. Прописка была не только в СССР, но и в царской России. Так, принадлежность крестьянскому сословию определялась припиской, формальной регистрацией семьи в крестьянской общине [12]. После стабилизации советской власти были восстановлены полицейские законы царской России. Так, Уголовный кодекс 1926 г. содержал санкции против антиправительственных преступлений, которые ни по широте трактовки, ни по суровости существенно не отличались от законов, принятых царским режимом [13].

В решениях царизма можно найти и другие основные черты советского строя: регулирование цен; низкие цены на энергоносители и государственное присвоение разницы внутренних и внешних цен при их экспорте; централизованные решения об индустриализации, мощное развитие военной технологии и промышленности не на рыночной основе, а на основе административно-командной системы.

Командно-административная система успешно функционировала на крупнейших, особенно оборонных, предприятиях царской России. Как пишет С.Г.Кара-Мурза [15], в 1988 г. на круглом столе в АН СССР историк К.Р.Шацило объяснял. "Совершенно ясно, что в крупнейшей промышленности, на таких жизненно важных заводах военного ведомства как Обуховский, Балтийский, Адмиралтейский, Ижорский, горных заводах Урала капитализмом не пахло, не было абсолютно ни одного элемента, который свойственен политэкономии капитализма. Что такое цена, на заводах не знали; что такое прибыль - не знали, что такое себестоимость, амортизация и т.д. и т.п. - не знали. А что было? Был административно-командный метод: постройте 4 броненосца и скажите, сколько заплатить, желательно построить за 3 года. Построили за 6, ну что же сделаешь." Командно-монархическая система управления крупной индустрией под руководством Александра III была весьма эффективна и по-своему прогрессивна, хотя и не избежала ошибок. На поверхности, для подпитки творчества идеологов, лежал капитализм, тогда как командно-административная система, составляющая основу Российского государства, была скрыта от посторонних глаз. Основные финансовые рычаги в виде экспортных пошлин и налога на землю находились в руках царя.

Если при Александре III регулирование цен не было обширным, то Николай II расширил его. Царский режим регулировал из центра цены на основные товары и услуги: хлеб, нефть, марганец, на железнодорожные и трамвайные билеты, почтовые и телеграфные тарифы. Немногие знают, что задолго до Октября домовладельцам было запрещено поднимать цены при сдаче квартир внаём (кстати, это часто практиковалось и в городах США). Царизм не только держал цены на энергоносители низкими, но, точно так же, как в СССР, использовал разницу внешней и внутренней цены на вывозимую нефть для модернизации страны (через экспортную пошлину). В целом, цари и Сталин делали абсолютно правильно, снижая цены на нефть - надо было подтолкнуть переход от гужевой тяги к машинам. Золотая привязка рубля и административные меры царского правительства вели не только к стабильности цен, но часто к их снижению.

СИСТЕМА ДОКАЗАТЕЛЬСТВ С.Г.КАРА-МУРЗЫ

А теперь посмотрим, что пишет С.Г.Кара–Мурза об аграрном кризисе в царской России, будто бы приведшим к Февральской революции. Для доказательства тезиса об аграрном кризисе С. Г. Кара-Мурза использует тексты некоего С. В. Онищука, "который (цитирую - АВТ.) в большой работе приводит обзор этих показателей, опирается на данные, сведенные в известном фундаментальном труде А. Финн-Енотаевского «Современное хозяйство России» (СПб. 1911) (Обратите внимание на год издания книги. Ясно, что данных о 1910-1913 годах в книге быть не может - АВТ.), а также в ряде подробных региональных исследованиях по ряду областей Центральной России. Он пишет: В России возникает невиданное в странах индустриального мира явление - секторный разрыв между промышленностью и сельским хозяйством. Данный феномен выражается в долговременном прекращении перекачки рабочей силы из сельского хозяйства в промышленность вследствие снижения производства в расчете на одного занятого в земледелии... Возникновение секторного разрыва между промышленностью и сельским хозяйством явилось решающим фактором, обусловившим буржуазно-крестьянскую революцию 1905-1907 гг. [17].

За 1870-1900 гг. площадь сельскохозяйственных угодий в Европейской России выросла на 20,5%, площадь пашни на 40,5%, сельское население на 56,9%, а количество скота - всего на 9,5%. Таким образом, на душу населения стало существенно меньше пашни и намного меньше скота. Прокормиться людям было все труднее. В 1877 г. менее 8 десятин на двор имели 28,6% крестьянских хозяйств, а в 1905 г. - уже 50%. Количество лошадей на один крестьянский двор сократилось с 1,75 в 1882 г. до 1,5 в 1900-1905 гг.

(Замечу в скобках, что, как показывает П. Грегори [4], анализируя статистику России и в частности указанную С.Г. Кара–Мурзой книгу А. Финн-Енотаевского "Современное хозяйство России" (1911 г.), многие цифры в указанной книге, видимо, взяты с потолка. По данным, вычисленным П. Грегори и сопоставленным с другими статпоказателями, количество фуражного зерна выросло с 1890 по 1913 год в 1,6 раза. Эти и другие цифры говорят, что на самом деле никакого уменьшения поголовья лошадей на душу населения не было. Грегори пишет. "Подушевой показатель владения скотом был в целом постоянным в сельском хозяйстве" вплоть до 1913 года, но об этом ниже).

Это - значительное сокращение тягловой силы, что еще больше ухудшало положение. Одна из важных причин того, что потерпела неудачу реформа Столыпина, заключалась в том, что не было ресурсов, чтобы материально поддержать крестьян, выделявшихся на хутора или переселявшихся в Сибирь. С. В. Онищук пишет: Эффект столыпинской кампании был ничтожным. Падение всех показателей на душу населения в сельском хозяйстве продолжалось, обостряя секторный разрыв. Количество лошадей в расчете на 100 жителей Европейской России сократилось с 23 в 1905 до 18 в 1910 г., количество крупного рогатого скота - соответственно с 36 до 26 голов на 100 человек... Средняя урожайность зерновых упала с 37,9 пуда с десятины в 1901-1905 гг. до 35,2 пуда в 1906-1910 гг. Производство зерна на душу населения сократилось с 25 пудов в 1900-1904 гг. до 22 пудов в 1905-1909 гг. Катастрофические масштабы приобрел процесс абсолютного обнищания крестьянства перенаселенного центра страны. Избыточное рабочее население деревни увеличилось (без учета вытеснения труда машинами) с 23 млн. в 1900 г. до 32 млн. человек в 1913 г. В 1911 г. разразился голод, охвативший до 30 млн. крестьян."

Этот отрывок, взятый мною из электронной версии книги С.Г. Кара-Мурзы "Гражданская война" воспроизводится и в книге "Советская цивилизация" на стр 188 первой книги и в книге "Столыпин - отец Русской революции" (стр. 202). Мне бы думается, что за 2 года можно было бы и посмотреть данные об урожае в 1912-1913 годах. Хотя С.Г. Кара-Мурза на 68–й стр. 1-го тома “Советской цивилизации” все же пишет “Россия в рекордный 1913 год имела 471 кг. зерна на душу населения - и вывозила очень много зерна за счет внутренненго потребления", но я так и не нашел там цифр об урожаях, собранных в 1911–1914 годах.

(В скобках замечу, что на самом деле, питание крестьян, как показал П. Грегори [4], улучшалось. Если с 1907 по 1913 год население России увеличилось с 149 до 171 млн человек – на 15%., то душевой национальный доход вырос на 27%. ВНП же вырос на 46%, а душевое потребление зерна выросло на 76%, а мяса – на 26%. См. ниже)

С.Г.Кара–Мурза также сообщает, что в 1913 году в г. Киеве прошел Первый Всероссийский сельскохозяйственный съезд, в решении которого было сказано:” Группы мельчайших хозяйств включают в себя главную по численности часть сельскохозяйственного населения… Создание устойчивости в материальном положении этих групп составляет вопрос первейшей государственной важности, развитие обрабатывающей промышленности не дает надежды на безболезненное поглощение обезземеливающегося населения”.

(Отмечу в скобках, что делегаты съезда лукавят – в России оставались огромные незаселенные территории, которые надо было осваивать и осваивать.)

Вот еще один интересный отрывок из книги "Гражданская война". "Принесенное капитализмом техническое средство, как железные дороги, вело к разорению крестьянского хозяйства и к резкому ухудшению материального положения крестьян. Виднейший специалист в области хлебной торговли П. И. Лященко писал: Железные дороги вместо того, чтобы служить клапаном, вывозящим избыток, стали постепенно служить способом для более легкого и полного выжимания из хозяйства последнего пуда хлеба, последней копейки [18]."

Естественно, Лященко только так и мог писать, ведь книга издана в 1925 году, когда марсисты не допускали в печать иных сведений, кроме порочащих царскую Россию. На самом деле, протяженнность железных дорог в России росла, а цены на перевозки постоянно снижались. Тарифы за проезд в поезде не повышались в течение 10 лет перед 1913 годом (стоимость проезда в расчете на версту с 1907 по 1913 год не изменилась), а если взять динамику с 1885 года то даже снижались – например, если же считать начиная с 1894 года, то тарифы снизились на 20% (Таблица В в П. Грегори, 4). Кроме того, П. Грегори [19] критикует Лященко за то, что тот не приводит источник своих данных по министерству путей сообщения.

С.Г. Кара–Мурза пишет: "За 60 дореволюционных лет самым урожайным в России был 1909 г. В этот год в 35 губерниях с общим населением 60 млн. человек (что составляло почти половину населения России) было произведено зерна, за вычетом посевного материала, ровно по 15 пудов на человека, что составляло официальный физиологический минимум." Это неверная информация. Самый высокий урожай получен в 1913 году.

На странице 202 книги о Столыпине снова цитируется тот же С. Онищук и тот же отрывок текста, который уже я находил в "Советской цивилизации". Снова речь идет о непонятном секторном разрыве (что это такое, я так и не смог понять, хотя перечитал все три книги С.Г. Кара–Мурзы).

На стр 190 книги о Столыпине С. Г. Кара–Мурза рассказывает о ситуации с финансами в Росии в 1906 году, хотя опять без ссылки на источник. Он пишет. "Дефицит госбюджета в России составлял почти 1/4 доходов и покрывался займами. Финансовое положение государства было очень тяжелым". Действительно, в 1906 году в России возник финансовый кризис, но был тот кризис связан с действиями Петроградского Совета рабочих депутатов, который призвал граждан России бойкотировать финансовые институты страны. Для того, чтобы понять, что почему это произошло, надо вспомнить, что случилось в декабре 1905 года. А случилось вот что. 3 декабря 1905 года Петербургский Совет был арестован почти в полном составе. Основанием для ареста послужил так называемый Финансовый манифест, с которым Совет выступил в печати 2 декабря 1905 года и которым он призвал население страны к финансовому бойкоту правительства. В результате основанной на золотом стандарте финансовой системе страны был нанесен колоссальный ущерб, о котором я подробно рассказал в своей статье.

Но какое отношение 1906 год имел к периоду российского экономического бума 1910-1913 года остается неясным. Между тем данный факт ложится в ряд аргументов, которые С. Г. Кара–Мурза использует для доказательства, что революция 1917 года была закономерной в том числе и из-за дестабилизации финансовой системы.

На стр. 192 книги С.Г.Кара–Мурзы о Столыпине приводится справка из книги М. Галицкого Иностранные капиталы русской промышленности перед войной, изданной в 1922 году, когда у власти в России были марксисты. СГКМ пишет. "В руках иностранных обществ было свыше 70% общей добычи угля в Донбасе..." На странице 193 снова делается вывод, который никак не связан с приведенными фактами - "с этим положением царское правительство справиться не могло". Я лично не понял, почему сделан такой вывод и что именно доказывало, что правительство не могло...

Между тем в книге есть факты, показывающие поразиотельные успехи царкой России в области экономики. Например, на стр 197 книги о Столыпине приведены данные о росте выпуска продукции машиностроения со 102 млн рублей в 1910 г до 175 млн в 1913 году. Это среднегодовой прирост в 14,5% в год. Это лишь чуть меньше, чем в годы второй сталинской пятилетки. Но при этом шел рост и сельскохозяйственного производства.

На стр 104 книги о Столыпине С. Г. Кара–Мурза пишет без ссылки на источник, что прирост продукции в сельскохозяйственном производстве в результате реформы [Столыпина - АВТ.] упал. В 1901-1905 г. он составлял 2,4%, а в 1909-1913 г. снизился до 1,4%. Между тем П. Грегори не подтверждает эту разницу.

В книге о Столыпине С.Г. Кара-Мурза пишет, правда опять без ссылки на источник, что к 1915 году посевные площади крестьян под хлеба возросли на 20%, а в частновладельческих хозяйствах уменьшилось на 58%. Что такое эти хозяйства, остается не ясным.

В главе 5 в книге о Столыпин. опять нет ни слова об огромных экономических успехах России, а только муссируется тема иностранной собственности [стр. 189]. Между тем на стр 104 есть данные, что производство в 1911-1915 годах выросло по сравнению с периодом 1901-1905 годов пшеницы на 12%, ржи - на 7,4%, овса - на 0,6%, ячменя - на 33,7%.

На стр. 98 книги о Столыпине указано, что сторонники Столыпинской реформы не предполагали никаких вложений в сельское хозяйство. Но это не так. Вложения в село были. Например, финансирования переселенцев осуществлялось из казны [2]. Другой вопрос, что государством очень много средств тратилось на оборону, а состоятельные люди прогуливали народные средства за границей, на туризм. Например, за 1909-1913 годы чистые туристические расходы российских граждан за рубежом составили 1111 млн руб. [20] от всего 6915 млн расходов центрального правительства за эти годы или 16,1% [21]. И царизм ничего сделать не смог. Почему? Об этом я уже писал [2].

Таковы статистические сведения, которыми оперирует С.Г. Кара-Мурза. В целом, повторяю, они подобраны таким образом, чтобы создалось впечатление, что сельское хозяйство царской России хромало на обе ноги, об экономике же написано очень туманно.

ЭКОНОМИКА ЦАРСКОЙ РОССИИ

А теперь попробуем сравнить данные С.Г. Кара-Мурзы с результатами других исследователей, в частности с выводами П.Грегори и А. Ноува. Отмечу, что основой анализа П. Грегори стала именно россиская статитика, а не иностранная. Она противоречит взгляду марксистов, которые считали царизм неудачей русского народа. П. Грегори все эти работы подробно разбирает и, используя другие русские работы, показывает, что марксисты подгоняли статистические данные под модель катастрофы. Например, П. Грегори [22] пользуется данными русского исследователя Прокоповича [23], который опубликовал их в 1918 году. Это было время, когда идеологическое давление на исследователей–обществоведов было еще слабым, да и не хватало тогда у большевиков экспертов, чтобы оценить "реакционность" цифр. На самом деле, царская Россия была одной из самых удачных стран. Не забудем, что Россия – это полюс холода. Точно также оценивают успехи царской России в 1913 году Г. Вернадский [41] и А. Ноув [5].

Большинство опубликованных статистических данных свидетельствует, что 1913 год - год наивысшего подьема экономики царской России. Среднегодовые темпы роста российской экономики на протяжении целой четверти века опережали развитие всех других развитых стран, составив 8% в 1889-1899 гг. и 6,25% в 1900-1913 гг. (снижение темпа объясняется войной с Японией и попыткой "первой революции"). В большинстве исторических научных работ период 1910-1913 годов называют экономическим бумом. Успехи экономики России были настолько впечатляющи, что много лет назад Алекс Ноув [16], признанный специалист по изучению Советской экономической системы, поставил вопрос Был ли действительно необходим Сталин?

С 1876 по 1913 год Россия неизменно сохраняла активный торговый баланс. Это убедительно показано П. Грегори [24]. Данные о национальном доходе в таблице 1, приведенные П. Грегори, не свидетельствуют об охватившем всю страну экономическом или аграрном кризисе до начала века [25]. Среди крупнейших экономик мира, данные для которых имеются, в 1913 году по доходу на душу населения Россия превосходила только Японию и сильно отставала от Испании, Италии и Австро-Венгрии [26]. В 1913 году Российская империя на душу населения имела доход, составлявший 40% немецкого и французского [27]. В период с 1870 по 1913 год средний темп роста обьема производства на душу населения в Западной Европе составлял 1,6% и был равен российскому, но в России гораздо быстрее росло население [28].

Итак, финансовая ситуация в царской Росссии была очень и очень неплохой, однако, как я уже писал [1], действовавшая тогда золотая привязка рубля была чрезмерно чувствительна к любым государственным потрясениям.

РОСТ ПРОМЫШЛЕННОСТИ

В период между 1890 и 1913 гг. русская промышленность учетверила свою производительность. Её доход не только почти сравнялся с поступлениями, получавшимися от земледелия, но товары покрывали почти 4/5 внутреннего спроса на мануфактурные изделия.

В 1913 году по объему производства "Россия почти сравнялась с Англией, значительно превзошла Францию, в 2 раза обогнала Австро-Венгрию и достигла 80% объема производства в Германии Русская империя выпускала почти такой же объем промышленной продукции, как и Австро-Венгрия, и была крупнейшим производителем сельскохозяйственных товаров в Европе [39].

Если сравнить Россию с Англией и США.. Если в период 1885-1913 гг. промышленное производство в Англии увеличивалось в год на 2,11%, в Германии - на 4,5, в США - на 5,2, то в России - на 5,72%. Невероятный промышленный рост в капиталистической России в течение 18 лет без всяких кризисов и при высшем показателе в 9% в год (этот показатель был в 1913 г., в другие годы - меньше) и все это при уровне налогов на душу населения только в 9%. Меньше было только у Франции - 6,5% [40].

В 1860 году добывалось 160 000 тонн нефти в основном в области Баку. В 1907 году 7 000 000 тонн (или 27% от обшемировой добычи). В 1913 году 9 000 000 тонн (16,5% обшемировой добычи) [41]. Рост нефти составил с 338 в 1895 году до 560 млн пудов в 1914 году. И все эти энергоресурсы потреблялись по дотационным ценам. Высший пик добычи нефти был достигнут в 1901 году 706 млн пудов, но после спровоцированных социалистами беспорядков ее рост так и не смог востановиться [42].

Добыча каменного угля выросла с 853 млн пудов (13,6 млн т.) в 1899 году до 2214 млн пудов (35,2 млн т) в 1913 году [120]. Только в Донецком угольном бассейне в 1900 году добыли 11 000 000 т угля, а в 1913 году - 25 000 000 т. [43]. И это все потреблялось и еше не хватало - Россия не только активно потребляла добываемый уголь, но и его импортировала завозя до 15% от обшего потребления. Значит уровень жизни рос.

В 1900 году было произведено чугуна 1,5 млн. т, а в 1914 году 3, 5 мнл т [44]. С 1861 по 1913 г. выплавка стали увеличилась в 2234 раза, добыча нефти в 14679 раза, добыча угля в 694 раза, проиводство продукции машиностроения в 44 раза, выпуск химической продукции в 4,8 раза [45].

Успешно реализовывалось импортозамещение. В начале XX столетия уже 63% оборудования и средств производства, используемных в проимышленности, производилось внутри страны и только немногим более одной трети ввозилось из-за границы [46].

В эти годы произошло резкое увеличение выпуска сельскохозяйственных машин и орудий русской промышленностью. С 1900 по 1909 год он удвоился. По статистике министерства финансов с 1910 по 1913 год производство машин в России выросло на 7%, а сельскохозяйственного назначения - почти на 40%, что привело к тенденции сокращения импорта сельскохозяйственных машин [47]. Закупалось много и зарубежной техники - например, в 1909 году на 31,8 млн. рублей. Плуг быстро и почти повсеместно вытеснял соху. В России было тогда 8 млн. деревянных сох, 3 млн. деревянных плугов и 5 млн. железных. Естественно, что болъшая часть сельхозмашин, а попадали к помещикам и кулакам, а на крестьянские дворы не попадали.

ТЕКСТИЛЬНАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

Благодаря большим работам по орошению в Туркестане, предпринятым ещё в царствование Императора Александра III, урожай хлопка в 1913 г. покрывал все годичные потребности русской текстильной промышленности. Последняя удвоила своё производство между 1894 и 1911 гг. [48].

В 1905 г. хлопчато–бумажная промышленность имела 7 350 683 веретена (прядильных станка) и 178 506 ткацких станка. К 1911 году эти показатели выросли до 8 448 818 и 220 000 соответственно [49]. Потребление х/б тканей на душу населения выросло с 2,31 пудов в 1890 г. до 4,56 пудов в 1910 году [50]. Русская хб промышленность успешно конкурировала на рынках Персии с хб промышленностью Англии [51].

ТРАНСПОРТ

 К 1914 году Росия имела 74,6 тыс км железных дорог – 2 место в мире, из которых Великий Сибирский Путь был самым длинным в мире. Железные дороги опбслуживало 846 тыс. железнодорожников. Средняя их зарплата была равна 416,5 рублей, что в 2 раза выше зарплаты фабричных рабочих [52].

В 1916 г., т.е. в самый разгар войны, было построено более 2 000 вёрст железных дорог, которые соединили Северный Ледовитый Океан (порт Романовск) с центром России. Количество перевозимых грузов ежегодно увеличивалось на 7%.

К 1917 г. в России находилось в эксплуатации 81 116 км. железной дороги и 15 000 км было в постройке. За период с 1880 по 1917 гг., т.е. за 37 лет, было построено 58 251 км., что даёт средний годовой прирост в 1 575 км. Для сравнения: за такое же время 38 лет при советской власти, с окончания гражданской войны до 1956 года, железных дорог было построено 36 250 км с ежегодным приростом в 955 км. Вообще из-за страшной разрухи в годы Гражданской войны СССР достиг дореволюционного уровня экономики лишь к 1930-м годам. Не следует, правда, забывать, что за 38 лет Советской власти только в 1928-1941 и в 1948-1956 годах страна мирно развивалась, а не залечивала раны жестокой войны на своей территории. Пересчёт на менее чем 22 года мирного развития даст 1 648 км в год. [53, 54].

Пароходный торговый флот за десять довоенных лет увеличился на 32,1%, его грузоподъемность на 41%.

Итак, рост промышленности и транспорта в царской России шел невиданными темпами и эти темпы сохранялись на протяжении десятков лет.

ВОЕННАЯ ПЕРЕСТРОЙКА

К 1914 г. был воссоздан русский океанский флот, была развернута долгосрочная судостроительная программа, которая вполне позволяла России самостоятельно (русские броненосцы русско-японской войны были наполовину импортными) побороться с западными державами.

Экономика России показала свою эффективность в годы Первой мировой войны, хотя, конечно, сталинская экономика оказалась в этом отношении более эффективной. Тем не менее в 1916 году по сравнению с 1914 годом ежегодное производство ружей удвоилось, выработка пулеметов увеличилась в 6 раз, снарядов - в 16 раз, самолетов - в 3 раза. Для доставки импортных вооружений из Мурманска была очень быстро построена железная дорога на Мурманск. Черчиль писал. "К лету 1916 года Россия, которая 18 месяцев перед тем была почти безоружной... сумела полностью вооружить 60 армейских корпусов против 35, с которыми она начала войну." К концу 1916 года общее число мобилизованных достигло 13 млн. Одновременно сохраняла жизнеспособность экономика страны. Выросла добыча угля с 1914 млн пудов в 1914 году до 2092 млн пудов в 1916 году, нефти с 550 мнл пудов до 602 млн пудов [55].

Резкое сокращение импорта в годы Первой мировой войны (были перерезаны главные пути ввоза через Черное и Балтийское моря) еще больше побуждало русских промышленников развивать отечественное машиностроение. Несмотря на войну, российская экономика продолжала расти: по сравнению с 1913 годом она составила в 1914 году 101,2%, в 1915 - 113,7%, в 1916 - 121,5% [56].

РОЛЬ ИНОСТРАННЫХ ИНВЕСТИЦИЙ И ЗАВИСИМОСТИ ОТ НИХ РОССИИ

Советские исследователи постоянно выпячивали высокую долю иностранных инвестиций в экономику царской России, что, по их мнению свидетельствовало о зависимости России от Запада. Между тем, известно, что финансовые средства перетекают из тех национальных экономик, где продуктивность капитала низка, в те, где она является высокой [29]. Многое зависит от стабильности общества. Так, общественное недовольство в 1904 и 1905 годах немедленно привело к пересыханию потока зарубежного капитала в Россию [32].

Ко времени падения царизма Россия была крупнейшим мировым заемщиком, на которого приходилось около 11% мирового объема международных долгов [33]. Средний ежегодный приток иностранных инвестиций в России после введения золотого стандарта увеличился почти в 4,4 раза [30]. Однако они составили только 11% всех чистых капиталовложений в России. Поэтому П. Грегори констатирует, что иностранным финансам приходилось играть лишь вспомогательную роль в повышении уровня накопления внетреннего капитала [31]. П. Грегори убедительно доказывает, что индустрия в России была построена в основном на капиталы российского происхождения. За двадцать лет с 1888 по 1908 год превышение вывоза над ввозом составило 6,6 млрд. золотых рублей. А это только торговля, без учета перевода прибылей и процентов за кредиты.

Россия стремилась избегать чрезмерной зависимости от иностранного капитала. Отечественная промышленность имела высокий уровень собственных накоплений [35]. В России валовые иностранные инвестиции составляли до 20% от внутренних накоплений [34]. По другим данным, в целом общий объем зарубежных вложений в промышленность составлял не более 9-14% от всех инвестиций в нее, т.е. не больше, чем в основных западноевропейских странах.

Таблица 1. Государственный долг России [121]

Из таблицы 1 мы видим, что хотя в абсолютном выражении внешний долг России рос, он почти не менялся в относительном. За 1900–1914 год внешний государственный долг возрос в 1,4 раза. При этом население выросло с 133 млн в 1900 г. до 175 млн человек в 1914 г. или в 1,32 раза. При этом ВНП тоже вырос в 2 раза. На 1 января 1913 г. государственный долг России составлял 53 рубля на одного жителя. Во Франции было 295, Германии 146, Англии 148 [37]. Доля государственного долга, принадлежащего иностранцам снизилась с 52% в 1907 году до 48% в 1913 году [38]. При этом процентные платежи за границу по государственному долгу в 1907-1913 годах оставались практически без изменений (см. таблицу 2) [36].

Таблица 2. Платежи царского правительства по госдолгу

Итак, никакой особой зависимости царской России от иностранного капитала не было.

СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО

В России не было проблем с необжитой землей. Даже Центральный Черноземный район считался относительно пустынной сельскохозяйственной зоной, что поощрялко быстрый рост населения в начале 19 века [57]. Это привело к тому, что Западная Сибирь во многом развивалась на основе свободного землевладения [58].

Постепенно, хотя и очень медленно улучшалась и социальная обстановка на селе. В период между 1885 и 1913 годами доля помещичьих хозяйств в обрабатываемой земле упала с 30 до 25%, тогда как доля общинных наделов  крестьянснкой земли в частном пользовании возросла с 60 до 66% [4. С. 33]. Согласно исследованиям Анфилова [59], прямые налоги составляли в 1901 году 6% от дохода крестьянского хозяйства. После революции 1905–1907 годов выкупная плата за землю вообще была отменена. Более того, если уж сравнивать с годами советской власти, то замечу, что в годы НЭПа налоговое давление на крестьян было существенно повышено [5].

По данным Г. Вернадского, в 1913 году было собрано 92 млн тонн зерна, показатель, который был повторен в СССР только в 1937 году [60]. Сходная цифра дается в учебнике Сахарова [61] - в 1913 году было собрано 90,2 млн т зерна. А в 1908-1912 годах в среднем собирали 72,9 млн т. зерна. По сведениям И. Пыхалова, динамика валового сбора хлебов (пшеница, рожь, ячмень, полба, гречиха, просо, кукуруза, овёс, горох, чечевица и бобы) по всей Российской Империи выглядела следующим образом [в тыс. пудов (млн т.)]:

1911 - 3 877 566,6 (62,0 млн т.)
1912 - 5 072 103,6 (81,2 млн т.)
1913 - 5.636.600,9 (90,2 млн т)
1914 - 4.489.750,0 (4 790 000 с польскими губерниями или 76,6 млн т)
1915 - 4.526.287,7 (4 830 000 с польскими губерниями или 77,3 млн т)

Данные за 1914 и 1915 годы приведены без 10 польских губерний, там собиралось около 300.000 тыс. пудов. Поэтому в скобках дан пересчет [64, эти же цифры приведены у 120].

Производство картофеля с 1906 по 1913 год выросло с 1258 до 1701 млн т., то есть в 1,35 раза [62]. В 1884-1885 г сахара собрали 0.48 мнл т, а в 1914 г. - уже 1,67 млн т [63].

Много споров вызывает утверждение С.Г.Кара-Мурзы о том, что количество скота на душу населения в России падало, причем резко. П. Грегори [4] специально исследовал этот вопрос и обнаружил, что с 1890 по 1913 год количество фуражного зерна увеличилось в 1,6 раза. Сравнив имеющиеся стоимостные показатели по душевому владению лошадьми, крупным рогатым скотом и овцами в условиях сверхстабильных цен в государстве П. Грегори нашел даже небольшой прирост поголовья скота, приходящегося на одного крестьянина. Если судить по стоимостным показателям, то стоимость имевшегося в стране крупного рогатого скота увеличилась в 1907–1913 году на 22%, тот же показатель для лошадей – на 20%, а овец  – на 26%. [4, С. 159]. Замечу, что все это в условия сверхстабильых цен [4, С. 95]. Население же выросло только на 15%. Поэтому на основе тщательного сопоставлени всех цифр П. Грегори делает вывод [65] - "подушевой показатель владения скотом бы в целом постоянным в сельском хозяйстве." Об этом же свидетельствует постоянство потребления молока и рост потребления мяса (см. ниже). В целом, по словам Грегори [66], "Российское сельское хозяйство несмотря на серьезные институциональные проблемы росло также быстро, как и в целом по Европе." Даже ярый ненавистник царской России А. Анфилов [120] не находит существенного снижение численности скота в расчете на душу населения в 1907–1913 годах.

По мнению С.Г.Кара–Мурзы, на селе существовало аграрное перенаселение. Я задал себе вопрос, так ли это было на самом деле. Для ответа на этот вопрос, мне пришлось пересмотреть работы выдающегося американского экономиста, специалиста по сельскому хозяйству Советской России М.Таугера. Он пишет, что некоторые ученые отрицают само понятие аграрной перенаселенности. Т. Шульц (T. Schulz) [115] назвал это понятие сельскохозяйственной доктриной рабочей силы нулевой ценности. В качестве доказательства своей правоты Шульц разбирает пример эпидемии гриппа в 1918 году в Индии и показывает, что повышение смертности населения в указанном году уже в следующем году привело к снижению производства зерна. Он доказывает, что в традиционных обществах такая перенаселенность является необходимой в качестве резерва на случай непредвиденных обстоятельств. Если же брать так называемую аграрную перенаселенность царской России, то, действительно, во время Первой мировой войны резкое снижение количества рабочих рук на селе из–за призывов в армию миллионов людей, когда Россия потеряла около 11 млн крестьян трудоспособного возраста и 10% лошадей, не привело сразу к снижению производства зерна. Хотя на помещичьих землях возникли трудности при уборке урожая на 27 млн акров, сами же крестьяне добавочно заселяли 24,3 млн акров. Во многих областях площадь посевов даже возросла [116]. Скорее всего это было вызвано патриотическими чувствами. Но оказалось, что патриотический порыв не смог заметить нехватку рабочей силы в долговременном плане и к 1917 году возникли трудности с зерном, которые привели к голоду.

ПОМОЩЬ ПРАВИТЕЛЬСТВА КРЕСТЬЯНАМ

В 1913 г. в России работало 9000 сотрудников сельскохозяйственной информационно-консультационной службы. Организовывались учебные курсы по скотоводству и молочному производству, внедрению прогрессивных форм сельскохозяйственного производства. Много внимания уделялось и прогрессу системы внешкольного сельскохозяйственного образования. Если в 1905 году число слушателей на сельскохозяйственных курсах составило 2 тысячи человек, то в 1912 году - 58 тысяч, а на сельскохозяйственных чтениях - соответственно 31,6 тысяч и 1046 тысяч человек. В 1907-1913 годах стали вводиться прогрессивные аграрные методики. В 2,5 раза увеличилось потребление минеральных удобрений, импорт сельхозмашин увеличился в три раза [67].

Расходы казны по оказанию агрономической помощи населению возросли с 5702 тыс. руб. в 1908 году до 29055 тыс. руб. - в 1913 году [68]. Существенная помощь оказывалась переселенцам. Итак, царское правительство оказывало все же оказывало поддержку крестьянам, хотя и не такую, какую надо было бы.

Таким образом, вывод о существовании аграрного кризиса в 1913 году в  царской России не находит своего подтверждения.

НАСЕЛЕНИЕ

В 1907-1913 годах население Росии увеличилось с 149 до 171 млн человек [69], а с 1858 г. по 1914 г. населения е увеличилось с 74 млн. до 175 млн. Из 175 млн человек 17,5% проживало в городах [70]. Анфилов [120] дает цифру 178,9 мнл человек в 1913 год. Страна накопила много человеческого капитала. Рост населения России происходил в основном за счет русского населения и был самым быстрым в Европе и даже приближался к высокому, поддерживаемому иммиграцией уровню роста численности населения США [71]. В 1913 году население России было в 3 раза больше населения ее крупнейшего соседа Германии. В 1913 году единственной страной, которая могла соперничать с Россией по численности населения, были США, где население составляло чуть более половины российского [72].

Как я уже отмечал, за 1907–1913 годы душевой национальный доход возрос на 27%. ВНП вырос на 46-51% в зависимости от медота подсчета (таблица 3) [73]. Душевое потребление зерна выросло на 76%, мяса – на 26%, потребление молока не изменилось [74]. Конечно, жизненные стандарты русских крестьян в XIX веке различались в зависимости от региона, семьи, форм собственности... и найти можно самые разные единичные факты...

Таблица 3. Параметры душевого потребления в царской России [[1]].