Оригинал: тут

Разрешение на перевод: получено

Переводчик: Dublin_Rabbit_Girl

Пейринг: Jon/Spencer

Тип: слэш

Рейтинг: PG

Жанр: Romance

Размер: мини (~1500 слов)

Статус: закончен

Саммари: Джон всегда видел в цвете, но все по-другому, когда дело доходит до Спенсера Смита.

Дисклеймер: Это целиком и полностью вымысел автора. Насколько я знаю.

Идея этого фика, как и он сам, принадлежат автору.

От автора: написано для сообщества joncerjumpstart на заявку “черно-белое”

От переводчика: Меня ужасно тянуло перевести что-нибудь ангстовое. Потом я наткнулась на эту работу, и планы пришлось срочно менять.

  Джон всегда видел в цвете. Он видит ярко-синий цвет неба Аризоны, цвет яйца малиновки, распространяющийся по безоблачному пространству в вышине. Он видит зеленые деревья, которые прижимаются друг к другу в своем пути вниз по вьющемуся шоссе на Тихоокеанском Северо-западе. Он видит желтизну рубашки Уильяма, закинутой за диван, цвет прожигает его сознание, и он просто хочет захватить его, так или иначе. 

Он видит розовые конверсы девушки на одном из шоу - те, к которым наклоняется Том, чтобы расписаться после выступления, его имя небрежно набросано поперек материи. Он видит сумрак с его чернильными оттенками синего, видит, как он переходит в рассвет, и синий превращается в белый и желтый, потом в золотой с розовым и, наконец, снова синий.

Джон видит в цвете, и он любит, что его жизнь идет таким чередом. Ему нравится, как все это приходит к нему, как радуга мира, вползающая внутрь через двери и окна, чтобы он мог увидеть все это. 

Но когда Джон встречает Спенсера, он видит черный, и он видит белый.

Тур где-то в Европе, и эти ребята слишком молоды, чтобы быть здесь, но на самом деле это вообще не имеет никакого значения. Что имеет значение, так это то, что Спенсер не в цвете.

Джон видит то, как жилет Райана покрыт розами цвета фуксии, каждая вырезает форму и новый цвет на его коже. Он видит синюю подводку, нанесенную на скулы Райана, утонченно и необыкновенно. Он видит синий, который вытекает из ручки Райана на пустые страницы блокнота, который тот оставляет в автобусах и раздевалках.

Брендон – это всегда взрыв цвета; синие толстовки, коричневая обувь, очки с красной оправой. Он – энергия, которой не являются остальные. Он полон энтузиазма, когда остальные отводят свои глаза и разглядывают обувь.

Джон видит, как Райан уставился на свой блокнот, фиолетовая ручка в его руках готова выплеснуть синие слова на страницу. Он видит, как Брендон ест розовые pop-tarts¹ с утра и после шоу приходит в автобус The Academy в своих оранжевых футболках. Он видит Брента с его голубыми рубашками и коричневым шарфом, волочащимися по земле синими джинсами, гитарой из красного дерева в руках на следующую ночь после выступления.

Но Спенсер. Джон не видит Спенсера.

Спенсер стоит поблизости, но сторонится. Джон не понимает.

Джон хочет увидеть Спенсера в цвете, хочет увидеть цвет его рубашек, узор на его обуви, бледность его кожи. Но Спенсер черно-белый.

В автобусе The Academy они пьют. Яркие бутылки с красными, синими, зелеными этикетками. Старый диван темно-синего цвета, в пятнах и ожогах от сигарет. Коричневый, прозрачный алкоголь, смешанный с оранжевым, розовым, красным.

Джон выпил слишком много, и автобус переполнен. Он ощущает, как цвета циркулируют вокруг него, когда он шатается на своих ногах, направляясь к двери.

Чернильно-синее небо, тенистые сумерки над темными деревьями, окружающими стоянку. Мигающий уличный фонарь, который роняет обширный круг оранжевого на тротуар, стоит примерно в двадцати шагах от автобуса. Джон спускается по ступенькам, падая к земле и протягивая руку к автобусу, чтобы выровнять самого себя.

Темная фигура прислонена к автобусу, в самом его конце, и Джон замирает. Если он присмотрится немного лучше, он сможет узнать изгиб спины у металла, обувь, подпирающую колесо. Человек не двигается, когда Джон подходит ближе, ведя рукой по автобусу, по волнам фиолетовой краски на боку, смешанной с серебристой.

- Эй, - произносит он, когда подходит достаточно близко, и Спенсер пристально разглядывает его, тело выглядит уставшим и до сих пор темным.

- Что ты делаешь? – если слова и произносятся немного нечленораздельно, Джон не обращает на это внимания, прислоняя тяжелое плечо к автобусу и наблюдая, как отодвигается Спенсер. 

- Ничего.

На Спенсере футболка, хотя уже октябрь, и с каждым днем становится холоднее. Она - черного, а обувь белого цвета, обувь, которую он разглядывает вместо того, чтобы смотреть на Джона.

- Ты можешь зайти внутрь и ничего не делать там, - предлагает Джон, делая шаг ближе, и Спенсер не двигается.

Он ссутулится, видимо, ему холодно, нога поднята к шине, руки втиснуты в карманы его узких джинсов, и он почти не поднимает головы.

- Почему ты говоришь со мной? – наконец спрашивает Спенсер, и Джон улыбается, хоть и не собирался. Глаза Спенсера перемещают свой взгляд на Джона, и все, о чем думает Джон, это черный.

Джон  прослеживает линию фиолетового цвета, затемненного ночью, и слова вырываются из его рта, прежде чем он осознает, что они означают.

- Ты черно-белый.

Он видит, что Спенсер колеблется, выражение его лица мерцает замешательством.

- Что?

Джон замирает, в поисках слов, которые, кажется, не существуют, цветов, которых нет, как бы долго он ни смотрел.

- Цвет, - наконец нечленораздельно произносит он, и в этом смысла не больше, чем было до этого, Спенсер хмурится еще больше в тени.

- Хорошо, - соглашается Спенсер после секундной паузы, но выражение его лица закрывается, он шагает назад от автобуса, и Джон наблюдает за ним, пытаясь выяснить, что сказать.

- Ты не в цвете, - быстро произносит Джон, когда Спенсер поворачивается, и он видит, что тот почти останавливается, голова дергается, как если бы он хотел оглянуться назад, но он не делает этого и начинает идти в обратную сторону через стоянку.

На мгновение, когда он проходит под фонарем, все тело Спенсера становится оранжевым, но сам он не оранжевый. Джону нужно сказать что-нибудь еще, но сказать нечего в то время, как Спенсер проходит через круг и исчезает, снова черный.

*

После этого ничего не меняется. Спенсер до сих бесцветен, и Джон не понимает этого. Вещи вокруг Спенсера имеют цвет. Джон видит его в дубовых барабанных палочках, который он вращает в перерывах между песнями, нервное постукивая по своему бедру, в то время как Брендон поддразнивает толпу. Он видит его в красном его барабанной установки, сияющих и сверкающих красных оправах вокруг малых барабанов и басс-гитары. Он видит его в солнечной меди тарелок и в том, как они дрожат каждый раз, когда в них ударяют.

Но Спенсер остается таким же.

Брент изменяется, и у Джона уходит довольно много времени, чтобы заметить, как он начинает бледнеть, переходя в течение тура от синего и коричневого к все более и более светлым тонам.

Джон не спрашивает, в порядке ли они. Он просто наблюдает, как Райан переходит от синей к красной пасте, заполняя страницы чистой бумаги блокнота, выцветшие синие строки исчезают под набросанными красными словами. Он наблюдает, как Брендон пьет из серебряных и синих бутылок, сминая каждую, закончив, расцарапывая этикетку.

Спенсер ничего не говорит и ничего не делает. Иногда он ловит взгляд Джона через заполненную комнату автобуса или позади сцены, когда Джон волочит футляр гитары. Каждый раз Спенсер замирает на секунду, покусывая свою нижнюю губу, прежде чем отвернуться.

Джон продолжает смотреть, но Спенсер не оглядывается назад.

Ничего не происходит до того момента, когда тур почти закончен, когда все с нетерпением ждут своего возвращения домой.

Джон не видел Брента несколько дней, и, когда бы он ни проходил мимо остальных ребят, они тихи. Даже Брендон немного выцветает. Спенсер такой же, как и всегда, вот только он наблюдает, как Джон проходит мимо, вместо того чтобы отвести взгляд.

Джон просто хочет увидеть Спенсера в цвете. Он хочет увидеть цвет его джинсов, ушиб на его руке в том месте, куда на днях упала часть оборудования, его волосы, спадающие на глаза.

Тур почти закончен, и Джон стоит в поле, автобус припаркован далеко позади, и остальные смеются на расстоянии, наслаждаясь свежим воздухом и свободой дня без забот.

Трава почти слишком зелена под ногами, и желтые бабочки случайно пролетают мимо, сдуваются бризом. Грязь вокруг корней деревьев темно-коричневого цвета, и маленькие красные муравьи ползут вверх по коре.

Его фотоаппарат свисает с шеи, но он не фотографирует, просто разглядывает поле, коричневый стол для пикников вдалеке, ярко-красную шляпу, кувыркающуюся на ветру.

- Что ты имеешь в виду, говоря, что я не в цвете?

Голос удивляет его, и он оборачивается, видит позади себя Спенсера, его руки скрещены на животе, на лице неловкость.

Джон замирает, не зная, что сказать. Он пожимает плечами:

- Ты не в цвете.

Спенсер немного хмурится, покусывая свою нижнюю губу:

- Что ты имеешь в виду?

Джон вздыхает.

- Трава зеленая, - говорит он, обводя рукой вокруг них. – То дерево, оно коричневое. Моя рубашка темно-красная.

Спенсер до сих пор выглядит запутанным, и Джон не знает, как объяснить.

Джон делает шаг вперед, дотрагиваясь до ремня своего фотоаппарата, маленького синего квадрата, на котором написана марка. Его вьетнамки темно-синие на зеленой-презеленой траве, упругой под ногами.

- Ты просто не в цвете, - наконец произносит Джон, и Спенсер выглядит сбитым с толку и немного обиженным. – И я не знаю, почему.

- Как я могу быть не в цвете? – спрашивает Спенсер, пристально разглядывая свои руки, его брови нахмурены. – Я… Я в цвете.

- Но это не так, - настаивает Джон, несмотря на насупленность Спенсера. – Ты черно-белый. И всегда был, и Брент, он тоже блекнет.

На одну секунду тень набегает на лицо Спенсера, и его рот напрягается.

- Да.

- Я хочу, чтобы ты был в цвете, - произносит Джон, прежде чем может остановить себя, делая шаг навстречу Спенсеру. – Я хочу видеть румянец на твоей коже, когда люди делают тебе комплименты. Я хочу видеть, как твой рот становится темнее, когда ты, как всегда, закусываешь свою губу. Я хочу видеть, какого цвета твоя обувь.

- Я не… - произносит Спенсер, затихая со вздохом и качая своей головой.

- Я хочу увидеть твои цвета, - произносит Джон, почти шепотом, когда глаза Спенсера находят его.

Джон не может сказать, почему он делает это, потому что он действительно не знает, но Спенсер не останавливает его, когда он наклоняется вперед, прижимая свой рот ко рту Спенсера.

Они слишком выделяются на открытой местности, солнце ярко светит вниз над их головами, синие птички мелькают среди деревьев, и Джон медленно целует Спенсера, едва ли больше простого прикосновения одних губ к другим. Когда он отступает, глаза Спенсера закрыты, и он медленно их открывает.

Джон улыбается и поднимает палец, легко касаясь мягких, розовых губ Спенсера.

*

Несколько дней спустя, когда Райан, Брендон и Спенсер усаживают Джона в свой автобус и просят его стать их басс-гитаристом, ему требуется только взглянуть в глубокую синеву глаз Спенсера, прежде чем сказать да.

¹- pop-tarts – это известный в Америке брэнд, который изготавливает тосты с различными вкусами и начинками. Например:  [250x188]