Казалось, сердце спокойно. Казалось, оно утратило былую чувствительность. Мерно отстукивает ритм жизни, просто выполняя свою биологическую функцию. Даже стука его не слышно, настолько он точен и привычен. Об эту механическую несокрушимость ломались жизненные страсти, невзгоды, порывы. И сердце словно оглохло.

     Казалось... Но оно внезапно забилось сильней, рванулось из груди, как испуганная птица. Оно начало беспокойно отбивать бешеные ритмы. И вспыхнуло в мозгу сознание того, что сердце не оглохло, не застыло. Вот оно, внутри, - бьется, вулканом клокочет, гоняет кровь по жилам с такой скоростью, что звон стоит в ушах и перехватывает дыхание. Живое сердце, способное чувствовать, способное страдать. Каждый его удар отдается острой болью в висках.

     И с ужасом понимаешь, что этот мучительный ритм внутри - стук твоего собственного сердца, стук твоей собственной жизни. Это страдающее, живое, человеческое сердце.