Разговоры с внуками
Мне кажется, что нет ничего более интересного на свете, чем общение с детьми. Взрослый ни за что не догадается посмотреть на то, что происходит в мире, так, как смотрит ребенок. Неторопливый разговор и просто живой отклик на ситуацию или вопрос ребенка необходимы нашим детям как воздух. Слова, сказанные человеку в детстве, врезаются в память и могут сыграть огромную роль в жизни. С детьми надо разговаривать.

Новый танк
Коля с Ваней играют на детской площадке, а я сижу невдалеке от них на скамеечке, жмурюсь от яркого весеннего солнышка и думаю: “Какие они разные!” Коля – общительный, любознательный, но обидчивый, рассеянный и очень вспыльчивый, даже гневливый. Как старший, естественно, хочет и старается добиться, чтобы Ваня его во всем слушался, но для этого у него недостает твердости. Ваня более сосредоточен, с сильным характером, и в то же время добрый, подельчивый. И только небольшое дополнение портит все: он – маленький упрямый ослик. Ванины ответы на все наши предложения неизменно начинаются со слов “нет”, “не буду”, “не хочу”. При таких различиях у братьев часто вспыхивают ссоры, нередко заканчивающиеся откровенной дракой. Дело усугубляется еще ревностью со стороны Коли, которому, начиная с трех лет, приходится делить мамину любовь с младшим братом.
Мои раздумья прерываются громкими криками, доносящимися с площадки. “Ну вот, начинается!” – огорчаюсь я, бегу к песочнице, где братья, вцепившись руками в новенький, подаренный мною Ване танк, яростно тянут его каждый в свою сторону, как два цыпленка червяка. Увидев меня, Коля выпускает танк из рук, видимо, осознав свою неправоту: танк-то Ванин. Ваня шлепается на землю и, не раздумывая, с размаху бьет танком Колю по голове. Я ахаю, подскакиваю к Коле: у него на затылке буквально на моих глазах растет большая шишка, а из-под содранной кожи сочится кровь. Я в ужасе кричу Ване:
– Ты видишь, Ваня, что ты натворил?!!!
Ваня, увидев кровь, роняет танк, бросается к Коле с отчаянным воплем, протягивая вперед руки: “Коля, прости меня! Прости меня, Коля!” Коля, к моему несказанному удивлению, тоже вытягивает руки навстречу Ване – со стороны это выглядит немножко театрально – и кричит сквозь рыдания, роняя частые, крупные слезы: “Я прощаю тебя, Ваня!”
Потрясенная этой душераздирающей сценой примирения, закончившейся взаимными объятиями, я ограничиваюсь несколькими нравоучительными словами, достаю из сумочки носовой платок и бактерицидный пластырь, солидные запасы которого у меня всегда при себе, и залепляю Колину рану. Ввиду воцарившегося мира между братьями я разрешаю им еще немного побыть на улице, а сама в изнеможении опускаюсь на скамейку. “Два внука, – думаю я, – это не вдвое тяжелее, чем один, а вдесятеро. Такая вот неправильная арифметика”.
Когда мы собираемся уходить домой, выясняется, что Ваня потерял свой новый танк. После долгих совместных поисков я нахожу его в густой траве и в сердцах говорю:
– Все, Ваня, не видать тебе танка, как своих ушей, я его забираю насовсем! Оставил новенькую игрушку в траве и не помнит даже где!
Ваня поворачивается к нам спиной и медленно идет куда-то вдаль, время от времени отмахиваясь рукой и всхлипывая. Мы с Колей смотрим ему вслед. “Эдак он далеко уйдет. Как же быть?” – мелькает у меня в голове. И тут Коля тихонько говорит:
– Да отдай ты ему танк, бабушка.

Един без греха
– Коля, ну какой же ты непослушный! – ругаю я не в меру расшалившегося внука и от возмущения припечатываю: – Ты, наверное, и родился таким непослушным!
Некоторое время Коля удрученно сопит, но вдруг с воодушевлением, начисто забыв про обиду, говорит мне:
– А я знаю, бабушка, кто родился послушным!
– Кто? – бурчу я сердито, с трудом подавляя желание продолжить свои нравоучения.
– Бог, – торжественно оглашает свою догадку Коля.
Мы оба смолкаем…

Заступник
Идем с Колей и Ваней по улице. Я на все лады ругаю Колю, который в такой трескучий мороз забыл надеть варежки и теперь идет, засунув руки в карманы, что, во-первых, некрасиво, во-вторых, можно поскользнуться и упасть прямо на лицо, как это уже было однажды с Ваней, в-третьих...
И тут Ваня дрожащим голосом вступается за Колю:
– А зато, а зато... Коля умеет красиво рисовать!

Будни
Звонит телефон, я подхожу к трубке и слышу:
– Здравствуй, мамочка! Положи пряник на место! Я кому говорю? Это я не тебе, мам. Ваня, отойди от плиты! Ваня, отойди от плиты, там горячий чайник! Ваня, отойди от плиты, я кому сказала! Коля, отдай Ване машинку. Ты что, не слышишь? Ваня, ты зачем проткнул пальцем черничный пирог? Он теперь вытечет! Мамочка, у нас все нормально, я тебе потом еще позвоню. Пока!

Лариса КАЛЮЖНАЯ.
Журнал «Фома»