Сегодняшний сон, настолько странный по ощущениям, что я даже не уверена, стоит ли его записывать. Просто боюсь забыть.

Я в деревне, где росла до семи лет. Встречаю девушку, которая живет одна в доме на окраине деревни (на самом деле такого дома у нас даже нет, но во сне он стоит постоянно - красивый, ухоженный, но безлюдный).Так я не помню, кто там живет, мы знакомимся, и она вдруг приглашает меня в гости. Я немного волнуюсь, потому что четко помню, что в этот дом мне запрещено ходить, причем запрещено не родителями, а вообще. Потом я думаю, что это все детские ерундовые запреты, теперь-то я взрослая и вполне могу зайти туда, куда хочу.

Мы заходим в дом, о чем-то говорим, девушка странно робкая, но при этом нервно-порывистая. Сыпет цитатами из прочитанных книг, говорим о музыке, в какой-то момент оказываемся перед книжным шкафом. Имя девушки я уже знаю, но сейчас вспомнить не могу. Она хочет дать мне какие-то книги, но я их смотреть не хочу, мне нужна книга, которая стоит отдельно. Девушка это понимает, видно, что ей это неприятно, но книгу она дает.

Внутри книги - тексты полусветского-полурелигиозного содержания. Точнее, это явно религиозная книга, но большая ее часть написана простым языком. Про каких-то двух великих богов - то ли братьев, то ли просто хороших друзей, с незапоминающимися именами. Меня тут же начинает смешить, что одного из персонажей зовут Гей, а некоторые диалоги - просто верх абсурда. Я начинаю смеяться, девушка просто свирепеет, видно, что ей это жутко неприятно, и тут я вспоминаю, что уже в детстве ходила в этот дом, брала эту книгу, читала взахлеб, помню наизусть некоторые диалоги. Рассказываю об этом девушке, она соглашается, говорит, что я даже написала на книгу пародию -я вспоминаю и пародию - и из-за этого ее муж запретил мне появляться в этом доме. Причем в детстве мне действительно снился сон, где я с этой девушкой общалась, она, кстати, внешне ничуть не изменилась.

Мы начинаем читать книгу вдвоем - она через мое плечо. Она совсем уже не злится, что я вижу смешные моменты, действительно указывает на них. Мы что-то вспоминаем из того времени, когда общались. Я спрашиваю ее, не одиноко ли ей постоянно жить одной в этом нелюдимом доме - я почему-то знаю, что мужа почти никогда не бывает. Она долго думает, потом отвечает, что не одиноко. Я спрашиваю, что, наверное, этим вопросом ей уже надоели. Она отвечает, что ни с кем не разговаривает, причем явно удивлена. Я делаю замечание, что ей должно быть неприятно говорить со мной о своей священной книге, она говорит, что нормально, но сейчас неподходящий момент - и убирает книгу. На обложке написано, что это священная книга культа Зальдеца/Зайнуса - какое-то такое слово, вспомнить его я не могу, но точно на букву З и такой примерной формы.

Она сажает меня на пол за столик у телевизора и уходит на кухню. Я удмаю, что она сейчас, должно быть, будет готовить угощение, потому что она всегда так делала, когда я приходила в гости в детстве. Скоро она возвращается, но очень смущенная и растерянная. Утверждает, что приехал муж, и мне пора уходить, он его не ожидала. Я только собираюсь вставать, как входит муж, а с ним еще один очень приятный молодой человек. Мужа в детстве я жутко боялась, сейчас я отнеслась к нему отстраненно. Он подошел к девушке, стал чесать е за ухом, поздоровался со мной на каком-то непонятном языке, потом на русском сказал жене: "О, да у нас гости". Девушка очень смутилась и попросила его говорить со мной по-русски, отчего он перестал обращать на нее внимание, удивленно уставился на меня - тут я испугалась, что он вспомнит меня и выгонит - но он вспомнил и просто согласно кивнул, может быть несколько заинтересованно. Было странное ощущение, что они с ним на одной на волне, но он гораздо сильнее ее, а друг был как бы немного другой.

Я попрощалась заветным: "Вижу, я не вовремя", подняла свою торбу, и тут друг мужа радостно завопил: "Ой, какая прелесть!", трогая на моей торбе какую-то висюльку. Это была здоровая такая медная штучка с узорами и каким-то животным, привязанная к торбе коричневым шнурком. Я начала утверждать, что это не мое, чтобы меня не обвинили в воровстве, но девушка смущенно сказала, что это ее подарок мне, очень важный, но этот друг испортил сюрприз. Впрочем, друг был такой приятный, что на него нельзя было сердиться.

Я ушла. Дальше шел обычный сон с какими-то бреднями про гастарбайтеров на чердаке, которых надо было выгнать. Вдруг ко мне во сне пришел батька и сказал, что мне скоро просыпаться, поэтому надо собрать вещи и до конца сна успеть из деревни уехать. Не помню почему, но это было важно. Я засуетилась, побежала за вещами, а когда уже подходила к машине, то в толпе моих родственников увидела странные штуки. Больше всего это было похоже на висящие прямо в воздухе мерцающие сосульки, раздвоенные на конце. Одна - ослепительно-золотая, одна темно-красная и одна чернильно-фиолетовая. Я сразу поняла, что это люди из того дома, а мои родные видят их как-то совсем по-другому. Они пришли попрощаться. Я сразу поняла, что золотая сосулька - это их друг, и очень боялась перепутать двух остальных, но потом как-то легко поняла, что она - красная, а он - фиолетовый. Они померцали и исчезли, а мы загрузились в машину и уехали.