думаешь, главная проблема начинающего скульптора в одном только поиске внутренней идентичности? Главная проблема – то же «неохота» и то, что раковину на кухне вечно забивает глиной и скульптурным пластилином

Ничто так не губит настоящего мужчину, как слишком полный расцвет сил

чем симпатичнее зло, тем меньше поводов ему доверять

– Угадайте с нуля попыток, можно ли разбить очки подушкой? – спросил он и тотчас сам ответил: – Нет? А вот и ни фига! Очень даже можно, если в наволочку засунуть детскую машину

как только человека хотя бы на миг оставит свет, его тотчас наполнит тьма

Чтобы в тебе что-то хорошее проросло, вскапывать себя надо, рыхлить как землю, лопатой бить, голодом морить, сапогом себя пинать. Без этого ничего не будет. Совсем ничего.

Делать на кого-либо ставку и возлагать надежды никогда нельзя впритык. Всегда надо оставить запас на глупость и непредсказуемые поступки. Чем больше запас, тем надежнее защита от разочарований.

Эдя протянул руку и озабоченно потрогал сестре лоб. Лоб был прохладный, однако это ничего не значило. Многие помешанные имеют нормальную температуру.

Три тысячи фотографий одной-единственной горы, которая успела надоесть всем еще до того, как открыли альбом

Если мужчина не раскрылся до тридцати лет – значит, он бракованный.

Есть такая интересная штуковина – психологическая вовлеченность. Уронил на улице пятьдесят копеек и все ищешь-ищешь. Просто интересно, куда монетка закатилась. А что у тебя в этот момент сто рублей из заднего кармана джинсов свистнут, не суть важно. Тут-то психологической вовлеченности нету

за красивые зубы порой прощаются даже гнилые мозги.

Девушка в серьезном мужском разговоре так же нежелательна, как летящий в лицо торт в постановке шекспировской трагедии

Занятное наблюдение! Чем громче кто-то вопит на домашних, тем тише пищит среди ровесников

Граф Дракула, по непроверенным слухам, тоже начинал с относительно невинной привязанности к сырому фаршу

Косы до пояса, румянец до диатеза

Вроде я им ничего не сделал, а они смотрят на меня, как свора голодных псов на охамевшую сосиску!

Его девиз: если не хочешь, чтобы день прошел впустую, – отруби кому-нибудь голову. Путь самурая, мол, – это путь смерти, и всякая прочая мелкодемоническая лажа для зомбиков-самоучек!

Что такое «нельзя», она хотела бы понять, но пока не в состоянии. Слово новое, буковок много, значение туманное. Ну а Праша аутистка, глубинная такая, замкнутая. Рвущаяся наружу из своих недр, но совершенно себя не осознающая. Вроде наивной дикарки, которая ножом разжимает в метро зубы какому-нибудь дяде, потому что ей хочется посмотреть, какого цвета была жвачка, которую он засунул в рот.

Один мальчик нашел на улице амулет. К амулету была привязана бумажка, а на бумажке написано: «Амулет счастья». Мальчик надел амулет на веревочку, принес его домой, и ночью у него умерли мама и папа. Мальчик подарил амулет другу. Друг надел амулет и попал под машину. В больнице доктор снял амулет и спрятал в карман. Той же ночью у доктора в квартире случился пожар. Пожарные нашли на пепелище только амулет. Один пожарный взял его себе. На обратном пути пожарная машина врезалась в столб и взорвалась.
Амулет упал на дорогу. К нему была привязана бумажка: «Амулет счастья».

Конфеты – лучший друг стоматолога! Если бы их не было, многим из нас пришлось бы искать другую работу

Видимо, преимущество в росте затуманило ему мозги и он забыл, что в бытовой драке побеждает обычно не самый сильный, а тот, у кого в большей степени отвинтились тормоза.

Сидеть на корточках в редком кустарнике, рождая у нездоровых людей нездоровые ассоциации

Ирка надула губы, как ребенок, которому объяснили, что, несмотря на всю любовь к своему замечательному потомству, папуля не может свинтить часики с башенки, которая стоит на Красной площади. И вообще не захватил с собой отвертки.

«Никогда не повторяй того, что тебе нравилось в детстве! Потеряешь прекрасное воспоминание!»

Меф и прежде сталкивался с пятым измерением и примерно догадывался, что можно сотворить с его помощью, однако, на его взгляд, спальня размером с футбольное поле была явным перебором.

если свету и мраку показать одну и ту же изгаженную, залитую кислотой картину, мрак увидит следы кислоты, свет же то, что от картины еще сохранилось и что можно восстановить

А как же выход к Балтийскому морю? – осторожно спросила Ирка, в мозговой копилке которой забренчали излишки образования.

Он приехал на старенькой, очень аккуратной «шестерке» и ехал медленно-медленно, до того дотошно соблюдая все правила, что на всяком пешеходном переходе стоял по пятнадцать минут, терпеливо ожидая, пока люди, собиравшиеся перейти дорогу, выйдут из дома.

Он говорит, что это не его заботы и лучше, если я сдохну на тренировке, чем от меча Гопзия… Так я хоть его, учителя, не опозорю.

Свет вообще не рассматривает тело как самоценность. Тело надо использовать утилитарно, как одолженный на время велосипед. Ездишь себе и ездишь. Нужно что-то смазать – смазал, нужно колеса накачать – накачал, но душой не прикипаешь, потому что знаешь, что все равно отдавать. Жить же надо в состоянии крайних нагрузок. Есть, когда живот прилипнет к позвоночнику. Спать, когда веки станут свинцовыми. Работать, пока лопата не выпадет из рук.

Эй, хомяк, замри сусликом! Посмотри на северо-запад! Еще севернее, я сказала! Песочницу видишь? Это твой огневой рубеж! Начинай окапываться!

И вообще, скажи, ты часом не дурак? А то больно успешно притворяешься!

В общем, расслабься и дыши как контуженный йог: одна ноздря вдыхает, другая одновременно выдыхает!

Любовь как зрение. Невозможно сфокусировать ее сразу на дальнем предмете и на ближнем, если это не особая, чуждая избирательной низости любовь, которой люди обучаются годами, переламывая эгоистичные рамки плоти.

В конце концов, не факт, что если бы у нее самой все родственники были домовыми, кикиморами и русалками, то собственный ее характер был бы многим лучше.

– Может, Лигул и все просчитал, но кое-чего не учел, – сказала Ирка.
– И чего не учел? – усомнился Антигон.
– Фэ-Тэ-Тэ.
– Что за Фэ-Тэ-Тэ?
– Фактор тети Таамаг.

Ритуал брачного ухаживания у народов Крайнего Севера, проживающих на крайнем юге

Гнев может быть оправдан только в том случае, если он направлен на себя самого и на ту закисшую грязь, которой мы полны до ушей. Ну и, разумеется, на мрак.

– Этот-то? Да в нем три дня скальпелем ковыряйся – ни одного нерва не найдешь… и мозгов, если разобраться, тоже,

А ты ожидал, что тебя здесь будут кормить, холить и лелеять? Запомни: холят, кормят и лелеют только бройлерных цыплят, и то жизнь их коротка, а финал печален.

Здоровенький мальчик! Спорю, кашку в детстве он съедал вместе с ложкой и рукой мамы

Вот, взгляни на этих мальчиков! – продолжал мечник, обращаясь к Мефу. – Вначале они себя накручивали, а теперь драться им резко расхотелось. Но драться они все равно будут, потому что у большинства включится механизм: «А мне что, слабо?» А там в дело вступит адреналинчик, и, если повезет, кому-нибудь вышибут мозги

Ну наблюдение такое: чем чаще мужик повторяет, что он вернется, тем реже возвращается

Я сторонница традиционной медицины. Гелате тоже, конечно, покажемся, но потом. У Гелатки на все какие-то свои взгляды. Радулга ей, например, на почки пожаловалась, а она ей говорит: тебе не почки надо лечить, а голову. Это ж надо такое ляпнуть! У человека почки болят, а она – голову!

«А сейчас люди дробные. Вроде и убивают реже, зато гадят чаще. И любят, точно дохлую кошку гладят, и сердятся половинчато, и прощают в треть сердца. И все как-то вяло, без силы, без желания… И кому мы такие нужны? Эх, зажег бы кто нас!» – подумала Ирка.

Поверь тете, ничто так не портит зрение, как нож, вошедший в глазницу и торчащий из затылка

люди, которым доверяешь, постепенно становятся достойными доверия

У меня есть внутренний барометр. Как только в моей душе шевельнется и вскипит досада или раздражение – значит, передо мной хороший человек или в чем-то хороший человек. На действительно плохих людей не раздражаются по определению. И еще признак: если чудовищно не хочется браться за какое-то дело – значит, именно оно тебе сейчас необходимо

Тебе плохо? Жить не хочется? Присядь сто раз! Уже чуточку захотелось? Если нет, пробеги километра два в быстром темпе, пока сердце не запрыгает во рту, или, если ты человек практический, сходи на рынок, купи 50 кг картошки и принеси домой по картофелине. Если же и бежать в лом и приседать неохота, значит, и глобальной тоски никакой нет, а есть только дурно пахнущая кучка лени.

Кто лучше храбреца от рождения? Не трус ли, который сам сделал себя смелым? Волевым усилием изменил характер? Смелого от рождения еще можно сломать, ибо не исключено, что его просто мало били. Сломать же перековавшегося труса нельзя, потому что воля у него победила начальный темперамент

Кокетство! Глупость и рисовка! Гораздо честнее было бы повеситься на проводе от лампы, написав себе на пузе фломастером: „Я сдох!“

Депресняку вздумалось вспрыгнуть на стол, пройтись у Дафны перед носом и разлечься на открытой книге. На его исполосованной шрамами морде было написано: «Если хочешь чего-нибудь читать – читай меня!»

При этом он незаметно скорчил Мефу такую рожу, что тот понял: если его убьют, рыдания хана будут более чем умеренными

Ой, извините! Я думала: тут пустое место!
Старайтесь не думать. Вам вредно