Он сидит у тебя на кухне и пьёт земляничный чай
И вдруг спрашивает : "Что ты делаешь по ночам,
Когда не спится. Пишешь стихи? Ты это любишь, я знаю".
Ты улыбаешься. Головой качнёшь :"Вот и не угадал,
По ночам, когда мне не спится, а всё вокруг затихает,
Я заглядываю в Подвал".

Удивился. "Какие подвалы - под самой крышей?
Может быть я что-то не так понял?"
Улыбаешься снова: "тише"
И - протягиваешь ему ладони.

На ладонях твоих - поперечные линии в зареве,
Капли алые - клюквенный сок.
"Кто поранил тебя?" - и глаза, золотисто-карие,
Взглядом пристальным простреливают висок,

Ты косишься: "Я скажу тебе, только это большой секрет;
Не хочу, чтоб его выдавали;
Ты не думай, что это выдумки или мой бред :
Но мечты мои - в том подвале".

"И когда я не сплю, веришь, тогда со скуки
Я спускаюсь вниз, нахожу их в дальнем отсеке,
И порой протягиваю в темноту к ним руки.
А они цепляются, бедные, брошенные там навеки,

Иногда я их боюсь. Мой приход лишь каприз,
а они корчатся от боли, а помочь им у меня сил нет ...
и я - вниз.
Возвращаюсь на кухню - а там уже и рассвет,

Странно время идёт в этом городе, правда?"
- и смотришь вбок.
Он раскачивается на стуле. А лунный свет
На седеющем небе сворачивается в клубок

Наконец он берёт кружку и допивает чай
Потягивается и говорит, как бы невзначай:
"Я теперь тебя буду звать - Атлантический Океан,
Почему, знаешь?

Сколько вот ни пытаюсь разгадать его глубину - так всё одно:
С каждым разом, казалось, всё глубже в него ныряю,
Но никак не могу найти,
Чёрт возьми,
Дно".
(с)