[478x480]
Я, что называется, в растрепанных чувствах. Никогда не думала, что это возможно. Или что это возможно со мной. Наверное, это и называется "щелкнуло".
Если бы не его отпуск, он бы торчал там, у себя, и я, зная. что сейчас не встретиться, сидела бы ровно, занимаясь своими делами. Но осознание того, что он здесь, в Птз, и только звонок отделяет от встречи, сводит меня с ума.
Звонить не буду ни за что.
Мама говорит, что я как с цепи сорвалась. А я просто не могу. Не могу и все тут. Не могу работать, не могу учиться, не могу заниматься делами, все валится и рук, если я знаю, что мы увидимся.
На той неделе приползала домой далеко за полночь: и в два, и в три ночи, только потому, что никак не могла себя заставить встать и уйти. И Момоко, конечно, имеет право теперь меня не принимать, в конце концов, ее квартира - не дом свиданий. Она работает, Данко учится, ему к девяти на лекции, а тут я сижу. Да меня еще, того доброго, отвозить надо. И Лекс это прекрасно понимает, начиная меня уговаривать и подталкивать уже заранее. И я сама все это прекрасно осознаю, понимаю, что я свинья, но ничего не могу с собой поделать. С цепи - это точно.
Сегодня мне было мягко намекнуто, что неплохо бы мне выспаться хоть раз. На мое робко-ехидное: "когда это?", прозвучало: "сегодня, например". И я упала духом. Все, доигралась. Даже Момоко, когда я ей позвонила, сухо ответила на мой выдуманный с ходу вопрос и сказала, что у нее работы много, дескать, вечером созвонимся. "Созвонимся" сразу означает, что "не встретимся". То бишь сегодня меня никуда не звали. Достаточно того, что в пятницу я сама напросилась, а вчера приперлась вообще просто так.
Мне кажется, я становлюсь слишком занудной и навязчивой. Поперлась на даче смотреть, как они устанавливают ворота. Конечно, не только для того, чтобы находится рядом. хотелось еще и смыться от Снусмумрика, который меня своими "а давай играть в пиратов" задолбал по самое не хочу, но факт остается фактом - я не могу перестать к нему липнуть. И сегодня как будто получила по носу. Конечно, вряд ли кто-то из них имел в виду то, что я услышала, они нормальные откровенные ребята и говорят все напрямик. Лекс и Данко - самые прямые ребята, которых я знаю, намеки понимают с трудом, предпочитают все решать прямым путем, а Момоко вообще никогда за словом в карман не лезла. Но вчера она была со мной ласкова и приветлива, даже спихнула мне кой-чего из Эйвона, что ей самой не подошло. Лекс довез и проводил, все было путем.
Но я сегодня услышала то, что продиктовал мне мой пресловутый комплекс неполноценности.
Мне надо очень мало, чтобы засомневаться в себе. И не только в себе. Я весь вечер прометалась по квартире в ожидании "а вдруг?..", дополнительно накручивая себя неловко оброненными фразами, своими оговорками и проступками. Там я не то ляпнула, тут как-то не очень хорошо ответила (посмотрела, села, встала, сделала, не сделала)...
Начинаю представлять, что все это - теория 2х2, просто замкнутый квадрат и ровным счетом ничего не значит. И что я поторопилась, давая этому определение "щелкнуло". И даже то, что он носит мой подарок, ничего не означает...
Уже полночь. Разговаривали мы в одиннадцать утра...
В итоге это "пораньше лечь спать" выиграло мне час от силы. И то я сейчас лягу и еще долго не усну, продолжая накручивать. Хочется плакать, смеяться и бить посуду.
Но я знаю, что Лекс никогда этого всего не узнает. Женская гордость - очень глупая вещь, но сегодня это единственное, что у меня осталось.