В продолжение темы о моём имени. Довольно часто в различных советских фильмах встречались героини (чаще всего старушки) с таким же именем, как у меня. Случайно как-то услышала, что эксцентричную мамашу из сериала «Кто в доме хозяин» (шедшего на СТС не так давно) тоже зовут Тоня. Давненько уже узнала, что в романе «Доктор Живаго» Пастернака есть героиня Тоня. А вчера вот наткнулась в интернете на рассказ «Тонкая Тоня и ее фантазии» автора с ником Леда Бархатная. Рассказ очень необычный, какой-то даже на грани сумасшествия – сюрреалистический. Однако, мне понравилось. Вот несколько цитат из этого рассказа, опубликованного в литературно-художественном журнале:

[420x279]
…Тоня стала сочинять фантастику. «Во все времена, в любой части ощутимого пространства существовало Оно. Оно не отвечает на вопросы, а лишь порождает их. Мы задаемся вопросом: почему все не так, как должно быть, почему сновидения прекраснее действительности, и отчего во сне мы свободнее? Мы виним в этом себя или окружающих, молимся Богу или жалуемся на него, ходим к знахарям или плачемся в жилетку своим друзьям. Это тоска по некой субстанции, которую мы можем ощутить, и потребность в которой испытываем, но какую не в состоянии пока до конца понять. Это и есть Оно». Придумав несколько предложений, Тоня высунула голову в окно и утонула в небе… «Оно неумолимо заставляет нас тосковать и искать. Искать то, что мы должны искать. Оно неумолимо». – Эти строчки и мысли подобного рода теперь повсюду преследовали ее…

…Тоня скинула ботинки. Оставив их посреди коридора, ушла в свою комнату, тихо закрыла дверь.
– Мир физических объектов так сложен… Как люди в нем живут?.. – говорила она, искренне удивляясь. Потом включила психоделик, подошла к окну и закрыла глаза. Через несколько минут она раздумывала, что ей дороже: Елисей или отвлеченная идея возвышенности. Так и не разобравшись в этом, Тоня вспомнила, что они с Елисеем три недели не ходили в дупло. Елисей говорил по телефону, что лежит в горячке и читает Эдгара По, где тоже написано о лихорадке. Он не плакал, но был особенно чувствителен и воспален. Голос звучал надорванно, нежно, и дрожал как струна. Тоня поняла, что хочет видеть его, но, вместо того, чтобы пойти к Елисею домой, она отправилась во двор и забралась в дупло. Она заснула в своем убежище и, выглядывая оттуда, наблюдала мир…

…«Есть форма, но нет содержания», – пришло в голову Тоне. Содержание, как ей казалось, наполняло лишь ее собственные мысли и чувства, но Тоня не знала, в какую форму их облечь. Желательно было бы облечь их в формы уже существующие, но являлось сдавливающее горло ощущение, что всему бытующему содержания не требуется…