В городе как - то была свадьба, женили двоих молодых, девушка не знала о своем супруге и молодой человек тоже не знал о своей будущей жене. Вот так в слепую встретились они на своей свадьбе, посмотрели друг другу в глаза и все поняли. Когда свадьба была сыграна и Ваня был пьян, они остались одни. Оба уселись на кровать и муж спрашивает жену: "Тебя как зовут то?"
- Маша
- А лет сколько Маша.
- Семнадцать.
- А мне двадцать три.. Ваня я – икнув сказал Ваня, ему не хотелось дотрагиваться до невзрачной девочки.
- Ясно..- тихо прощебетала Маша.
- Что делать будем, Маша? – уныло спросил Ваня, и посмотрел в её глаза.
- Не знаю.
Так вот они жили год, два, три... Он не любил её, гулял Ваня по девицам, а Маша как женщина привыкала к нему и молчала. Однажды она вышла во двор к другим девушкам, села на скамейку и слышит оры, молодую девушку выдавали замуж, тоже по неволе, подбегает к ней мальчик и говорит, что та хочет за её Ваню, не хочет за неизвестного жениха. Маша молча встала и ушла к себе домой. Ваня вечером поднял ор, что не любит Машу и хочет жениться на соседской девице. Родители не давали согласия, тогда она сам ушел. Жила Маша одна, год жила, приезжал к ней другой жених, по желанию родителей, понравилась ему Маша, начал звать её замуж, богатый был парень, а та говорит ему: "Я же замужем Колечка, вы бы уезжали, у меня Ваня есть.."
Рассердился жених и уехал. Долга жила Маша одна, а Ваня приходил, уходил от неё, не любил он Машу, издевался над ней, обзывал, унижал перед своими девицами. Так шли годы, к Маше приходили мужчины, звали к себе, не шла Маша. "Любила наверно, а может дура она." - говорили о ней соседи. Не знали что Маша верная девушка, что выше любой из деревенских девиц, что верила она в то, что не просто так ей Ваня дан. И почему звала его "Ванечкой", а не Ванькой, как его девицы. Через двадцать лет после свадьбы их, Маша умерла от сердечной недостаточности. Ваня вернулся в тот дом где они жили и почувствовал ужасную тоску по Маше. Он так тосковал, что поседел, и у него стала расти борода, его не забавляло больше ничего, ни девицы, ни пиво, ни водка, ни веселье... Все стало для него равнодушным, ему нужно было только лицо и образ Маши, что бы она так же тихо сидела и что то делала, что бы она ему пьяному приносила воды и ухаживала. Кто теперь будет прощать его за его грехи? Кто теперь будет смотреть на него глазами наивными, чистыми и любящими? Кто простит его за грязное слово? Теперь никто. А дома все пахло Машей, было чисто и убрано, около окна была вышивка, там было вышито дерево на белом фоне, у которого не было ни плодов не листьев, было оно пустое и голое, но вокруг Маша перед смертью успела вышить лучи, желтые и прекрасные. Ваня понял, что Маша верила, что даже такая любовь прекрасна, и умерла она с уверенностью, что её дерево жизни ничуть не хуже тех, что дали плоды и насытились любовью и нежностью.