У неё внутри всё кипит
                                   от пронзительной нелюбви,
А он и хотел бы помочь -
                                       да только насильно ж не будешь...
А под окнами - вдрызг
                                    надрываются соловьи,
А по утрам за стеной
                                   вздохи соседей будят.
И сирень под балконом -
                                        пеной любовных волн,
Что затопили город
                               быстрой весною этой...
А ему так нужна она.
                                А ей - кто-нибудь, но не он.
И всё время у них -
                                в разные сны билеты.
Он раз в месяц звонит:
                                    Ну как ты? - Всё хорошо.
Что ещё можно сказать,
                                      если повсюду - стены?
У него на компьютере надпись
                                                 "Всё проходит. Уже прошло".
А у неё над зеркалом:
                                   "Будут ещё перемены".
Да, они встретятся. Но
                                    почти не поднимут глаз.
А если поднимут, то
                                 за жёсткой улыбкой скроют
Всю невозможность и
                                  неосторожность ласк,
Всю безуспешность игр
                                       на вылет вдвоём с судьбою.
И разойдутся вновь,
                                 не поднимая век,
Только спиною чувствуя,
                                      как растёт расстоянье,
И как свой дикий ритм
                                   всё убыстряет век,
Век двадцать первый.
                                   Век одиночеств и расставаний.