Я вновь поднимаю взгляд и вижу, как некоторые исповедатели христианства отпадают от веры. Многие люди, бывшие в своих деревнях членами церквей, отпадают от веры, приезжая в город. Они перенимают худшие привычки своих ближних и так относятся к богослужениям в день Господень, как будто им предоставлена воля творить все, что угодно. Если же они и приходят на богослужение, то снуют туда-сюда и начисто забывают все правила христианского собрания. Третьи довольствуются тем, что слушают известных проповедников, но не ради Евангелия, а лишь потому, что эти люди пользуются уважением в обществе. Раньше проповедников почитали за их проповедь здравого учения, помазание Божие и духовный опыт, теперь же людям нужны проповедники известные и красноречивые.
Многие из числа тех, кто называет себя христианами, приходят в церковь ради красивого пения и хорошей музыки. Однако если их душа ищет этого удовлетворения, почему бы им не посетить для этого гастрольный концерт какой-нибудь музыкальной группы? Дом Божий никогда не предназначался для того, чтобы быть превращенным в концертный зал, где музыкальные группы состязаются друг с другом, услаждая слух зрителей. Немало людей выбирают себе поместную церковь по оригинальности и пышности ее здания или потому, что ее богослужения посещает ряд людей из числа сильных мира сего. О, если бы они, стремясь к обществу знаменитостей и власти имущих, вместо церкви лучше направились туда, где собирается и формирует свои ряды элита общества! Но при поклонении Богу богатые и бедные собираются вместе, Господь соделал всех их одинаковыми. Плохо дело, если в наше время презираются нищие праведники. Предприниматели, сколотив даже небольшой капитал, настолько вырастают в своих глазах, что начинают чувствовать себя слишком великими для церкви, когда-то бывшей им родным домом, и обязательно ищут возможности присоединиться к одной из более знаменитых церквей. Эти события также приносят мне много скорбей, не потому, что в отдельных случаях подобное происходит и с членами моей церкви, а из-за того, что это движение становится все более заметным.

Также болезненно сжимается мое сердце и при виде того, как я вижу растущее распространение суеверий.

Одному Господу известно, куда катится наша страна, и тот, кто любит свою страну, чувствует, как она уступает натиску этих дел тьмы.
Вокруг нас растет зараза "новых идей", которые по сути своей нечто иное, как неверие, боящееся открыто назваться своим именем. С кафедр христианских церквей проповедуют пасторы, подвергающие сомнению божественный авторитет тех или иных книг Священного Писания и полностью отрицающие буквальную, словесную богодухновенность Библии.
Нет ни одной евангельской истины, которая бы не отвергалась теми или другими "мыслителями", которые дошли до того, что сомневаются в существовании Бога как личности. Но церкви терпят этих людей и позволяют им занимать кафедры, на которых когда-то стояли блаженные проповедники Христовы. Отвергнув веру и приложив все старания к тому, чтобы подрубить своим мечом важнейшие опоры евангельского учения, они все еще претендуют быть проповедниками Евангелия, при этом они очень желают избавиться от любого исповедания веры и духовных норм, так как те непрестанно свидетельствуют о их двуличии. Я бы нимало не заботился о том, что выйдет из всей этой грязи, если бы она не касалась наших церквей. Я вижу, как дрожжи неверия распространяются во все стороны, и многие уже имеют на себе пятна этой заразы. Она как рак въедается в душу наших церквей. Да избавит нас Бог от нее!
Что будет дальше, сказать сложно, потому что никто не хочет обвинять своих ближних, и все же мне кажется, что в воздухе витает что-то вроде духовной чумы, проникающей даже в самые охраняемые помещения. Мы слышим то об одном, то о другом из наших знакомых и ближних, что они проповедуют подозрительные идеи, и те, кого мы считали столпами наших церквей, вдруг оказываются шаткими камнями. Куда это все идет? Посреди этого всеобщего разлада наше сердце грозит предаться отчаянию. Разве на то нет причин? В опасности находится не наш родной дом, не наше имение, не наше физическое здоровье - если бы это было так, мы бы покорно склонились под ношей и понесли ее. Нет, неописуемо страдает домостроительство Божие, Царство Христово, Церковь Божия на земле, и потому все возлюбившие нашего Господа Иисуса Христа и Его истину должны содрогаться при мысли о том, что святой ковчег Божий находится в опасности, и это должно зажечь наши сердца святой ревностью. Как дорога нам в такой ситуации молитва Давида: "Возведи меня на скалу, для меня недосягаемую!" Убедимся же в том, как насущна эта просьба в нашем положении!
Во-первых, вспомним о том, что Господь живет вечно. Славная мысль! "Престол Твой утвержден искони; Ты - от века!" Он осуществляет Свои планы и претворяет в жизнь Свои намерения. Для нас было бы детской глупостью бояться, что луне повредит собачий вой, раздающийся каждой звездной ночью. Было бы глупостью бояться, что ветры поколеблют вершины покрытых шапками вечного снега гор, и так же глупо бояться, что что-либо сможет поколебать истину Божию. Твердые основания не поколеблются, а все, что не может устоять, падет. Жив Господь, и все, что от Него, пребывает вечно. Будем же полагать наше упование на эту скалу!
Далее мы вспомним о том, что Божия истина всегда пребывает неизменной. Она не меняется от того, сражается ли за нее пятьдесят тысяч воинов Христовых, пятьдесят воинов или лишь один. Божия истина утверждается не при вскрытии урны для сбора выборных бюллетеней и не через подсчет числа голосов, она пребывает вовеки. Все славословия людей и ангелов не могут сделать эту истину еще чище, и бессильная ярость дьявола и вой скептиков не могут обратить ее в ложь. Честь и слава Богу за это! Христос вчера, сегодня и вовеки тот же. Вечные истины возвышаются над их хулителями, потому что те - как прах, возметаемый ветром. "Где мудрец? где книжник? где совопросник века сего? Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие?"