В эти дни только ленивый чиновник не высказывался в прессе о необходимости налоговой реформы для поддержки отечественного производителя в целом и технологичных отраслей в особенности. И все разговоры крутятся вокруг снижения налога на прибыль на какие-нибудь 3 – 4 процентных пункта.

Напомним, что в соседних с Петербургом странах (например, в Эстонии) подоходным налогом (именно так это называется в Скандинавии) облагается лишь та часть
прибыли, что идет на уплату дивидендов собственникам. Остальное – в производство! И это правильно: делать из налога на прибыль еще одну «оборотную подать», как происходит на Руси, кощунственно по отношению к любому производству в столь сложный экономический период.

И вот здесь-то возникает главный вопрос: за счет чего же живут скандинавские страны, наши соседи? С каких налогов? Ответ прост: основная база налогообложения там – крупная собственность (земля, недвижимость, дорогие автомобили) и высокие доходы. Подчеркнем: именно высокие. Для доходов поменьше предусмотрены всевозможные льготы, равно как и для небольшой собственности типа квартирки.

Почему же у нас крупная собственность остается практически нетронутой налогообложением? Почему в России можно скупить тысячи гектаров земли и держать их неиспользуемыми, пока цена на землю не вырастет? Ведь существующие налоги на землю для монополистов – мелочь. Ответ прост: на Руси законы пишут и принимают те, кто, собственно, и владеет крупной собственностью. Неужели они будут пилить сук, на котором сидят? Вот она, вторая сторона коррупционной медали, затрагивающей базис нашей экономики.

Увы, изменение налоговых приоритетов нам не грозит: в России монополизирована не только экономика, но и политика. Так что давайте продолжим жить старыми сказками, показывать друг другу баночки с песком и пеплом, как делает это один видный петербургский депутат, и смотреть телепередачи из Москвы. Нам непременно покажут много пахнущих нафталином шуток-прибауток. Ведь кризиса в энергетической сверхдержаве нет, а нефть «вот-вот» подорожает до 200 долларов за «бочку». Только доживем ли мы до эдакого счастья?