Уверен, голова среднестатистической японской школьницы не нуждается во вскрытии. Нам совершенно не обязательно делать в ней теплую скважину и бросать туда пару сахарных кубиков LSD, чтобы увидать что-нибудь интересное. Наркотики, безусловно, умеют рожать интересную культуру, но подлинный праздник странностей возможен лишь в случае эволюционно сформированной перекособоченности органа «мозг».
Обыватель дядя Вася говорит: «Поп-культуру придумали американцы». Обыватель в черной маске поддерживает: «Американское влияние губительно и вредоносно». Обыватель Кирилл, сведущий в послевоенной истории Японии, добавит: «Япония познала невероятное влияние американской поп-культуры».
Но что это означает? Что такое влияние американской поп-культуры?
Полагаю, это влияние не следует оценивать топорно и поверхностно, утверждая, что оно существует лишь в форме навязывания конкретных символов и образов развлекательного рынка Америки. Дело не в обилии сумочек с изображением Бритни Спирс, ковбоях и попкорне с надписью «I love Hollywood» на коробке. Дело в навязывании определенного типа мышления; конкретных механизмов организации рыночного идолопоклонничества; конкретных способов трансплантации символов и образов в сознания юных масс. Иными словами, важно не то, ЧТО инсталлирует в конкретный контекст американская поп-культура, но то, КАК эти механизмы инсталляции наследуются и работают.
Слабые культурные пространства, разумеется, растворяются в ситуации американской культурной оккупации и превращаются в культурные колонии, ретранслирующие эстетику и образы колонистов. С сильными культурными пространствами все иначе. Несмотря на мощное американское влияние на послевоенную Японию, она [Япония] не стала культурной колонией. Да, она переняла американские способы организации поп-рынка и методы управления молодежными группами», научилась превращать товар в религию, но содержание этого культурного пространства не лишилось своего уникального, неизменно странного, японского колорита, не утратило лица.
Это действительно потрясающе. Япония стала еще одним доказательством того, что поп-культура может быть разной – пускай глобальной, но не всегда глобально-американской, не одноликой, не тоскливо предсказуемой, но национально-характерной.
Мы привыкли воспринимать молодежную поп-культуру, как нечто неоспоримо отупляющее, простое, понятное и незамысловатое, но японский опыт говорит о, мягко говоря, некорректности подобного восприятия. Взять хотя бы иллюстрации Мари-Чан (Mari-Chan) из Осаки. Мари-Чан создает модненькие красивости для школьниц; красочных персонажей, которые покрывают пеналы и платьица, рюкзаки и маечки. Это невероятно характерная японская подростковая попса. Но она, в тот же миг, не лишена умения потрясать своей странностью. Если поп-культура – это повесившаяся звездочка, кровоточащая фея и ядерный медвежонок, то поп-культура, признаем, не лишена Прекрасного. Порой, она и вовсе становится территорией, где Прекрасное обретает благую массовость.
