По стеклам – капли, как слезы по щекам ребенка. Советник вычерчивает тонким белым пальцем пути ручейков-малюток по стеклу. Он сидит на подоконнике, словно мальчишка. Бумаги разбросаны по полу, из-за сумерек они кажутся серыми, похожими на лужи на улице. Аккуратные прямоугольные лужи. А на их поверхности водомерки-буковки.
Глаза у советника тоже серые. Они холодны и смотрят внутрь, а может и сквозь. Ему не интересны люди, они одинаковы для него, ненавистны, как кошке ненавистны блохи (да-да «им лишь бы пить и жрать в три горла день и ночь, и пусть ты трижды гений, им нельзя помочь», прим. автора).
Но сейчас – тишина комнаты, пахнущая дождем, и реки по стеклу. А потому он сейчас просто усталый мальчишка. Нет советника со стеклянно-бесполезными глазами и высоко поднятой головой. Есть вечер, есть беспорядок в кабинете. А еще – звонкий смех сестры в дальних комнатах. Смех его рыжего котенка, искорки.
Но советник вздыхает, идее собирать лужицы-бумаги.
- Нельзя так, нельзя. Совсем ты расклеился. Плохо. Расшвырял бумаги, сбросил книги с полок. Нервы, нервы.. Тоже мне, зверь в клетке. Стоять, советник, стоять!
И словно солнечный луч по комнате – рыжая девушка с кошачьими глазами.
Думаю, можно немного побольше описывать действия и самих персонажей - слишком отрывочные мысли, составить которые в картинку сможет крайне редкий человечек.