Про Sibylle Berg
16-12-2007 14:38
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
[240x240]
Девушка, судя по всему, русскоязычному населению малознакомая – по крайней мере, Яндекс на вскидку её не нашел. Хотя Google сразу согласился – как же, как же, знаем, читали.
Я, как и Яндекс, ничего не слышала. Но мне летом нужно было разобрать книжки из библиотеке Гёте-института. К немецким книжкам у меня особое отношение – они какие-то другие… Не знаю, что это – бумага, шрифт, или что-то еще, но я не раз ловила себя на эстетическом (кроме всего прочего) удовольствии, когда читала изданные в Германии книжки…
Разумеется, не смогла устоять и отложила себе из коробки по одной книжке из списка «художественная литература» - так-то в коробке было больше учебно-методической. Но как-то до недавних пор всё руки не доходили. А когда дошли – в первую очередь потянулись к жёлтой книжечке…
На занятиях по практике устной и письменной английской речи Марина Дакарьена очень любила два задания (по нашему мнению) – старьё (в том числе Биттлз, но они хоть были радостным старьём) и переводить отрывки по учебнику Аракина. А Аракин, в свою очередь, очень любил Диккенса и Джерома. Вот уж не помню, что именно надо было переводить в тот памятный вечер, когда я провозилась часа три, адаптируя на русский язык какую-то рифмованную то ли считалочку, то ли частушку. Хотелось сделать не хуже других, как раз потому что с рифмами у меня напутано. Недавно в книжке Фрая узнала эти «муки творчества», когда героиня возилась над аутентичностью перевода «ненавистного нянькиного ризотто», а потом сбивчиво объясняла немецкому автору, что в России фраза будет непонятна, мало у кого из нас были няни, к тому же няни итальянки, а потому «манная каша с комочками» выразит мысль точнее… Потом оказалось, что я одна пропыхтела над переводом то ли считалочки, то ли частушки провозилась я одна, остальные решили, что раз стоит в тексте «ненавистное нянькино ризотто», то так тому и быть…
Иногда мне хочется работать переводчиком. Литературным. Не факт, что я была бы хорошим – любимый мне говорит, что я на русском-то пишу по-немецки, расставляя падежи и согласования так, что ему, сермяжному крестьянину, только удивляться и можно. (Учитывая то, что я взялась последнее время писать для журнала, право или обязанность первой редактуры ложится на любимого.) Желание быть литературным переводчиком связано с конкретными книгами. Первый раз себя на этом желании поймала когда читала Ремарка (да простит меня Володин за фразу «читала в оригинале» J). На русском он уже был читаный – перечитанный, а надо сказать, Ремарку повезло с русскими переводами. Но так захотелось самой прожить перевод того же «Чёрного обелиска»…
Я не уверена, что Сибиллу Берг вообще будут переводить на русский язык. Наверное, это было хорошее передивание как раз для меня.
********
Sibylle Berg
O-Ton
В стиле «о»
Они встретились.
(Это было как удар молнии, он / она со внешностью модели, по крайне мере, сразу думаешь, что он / она и есть модель.)
В стиле «о»: Я.. я… я бы сейчас мог обнять весь мир!!!
В стиле «о», весь мир: О-о-о-ох, давай попробуй…
Потом они переспали.
(Вау, ты такая красивая, дотронуться языком, нежно куснуть за шею, на стиральной машине, о, так клёво мне еще никогда не было. Ты лучшая. Правда? Просто супер.)
Потом они влюбились.
(Шаги совсем лёгкие, крылья за спиной, больше не быть одному, нашел свою мирную пристань, перелётная птица нашла приют, мама, папа, ты чувствуешь дыру у меня в животе, у меня было такое трудное детство, конечно, я чувствую.)
В стиле «о»: Такого еще никогда не было. Это большая любовь. По-любому.
Потом они начали жить вместе.
(Домашний фикус, секс где только можно, на стиралке, на посудомойке, на утюге – тоже, не спать, не есть, иногда плакать, всегда рука в руке.)
В стиле «о»: Раньше я просто не жил. Ничего, что у нас всего одна комната. Я больше не хочу быть один, это всё для других несчастных.
Потом они разговаривали.
(Она говорила, он смотрел на её грудь, наговорили много, не сказали ничего.)
В стиле «о»: Меня еще никто так хорошо не понимал. Он / она совсем как я, бла-бла-бла.
Потом гормоны успокоились.
В стиле «о», гормоны: Ну всё, собираем вещички и едем дальше. Давай, дружище, труба зовёт.
Потом они узнали друг друга
(Если бы он иначе одевался, занимался бы чем-нибудь другим, она бы похудела, он был бы веселее, она бы хоть иногда затыкалась, не могу ничего с собой поделать, иногда я его просто ненавижу.)
В стиле «о»: В каждых отношениях есть место кризисам, над этим надо работать.
И они работали:
(Говорили, обсуждали, меняли, брюзжали, ругались, скучали друг с другом, торчали дома, молчали, уходили прогуляться, ездили закупаться, глазели на других, молчали, ревновали, не отпускали, шпионили, читали дневники, притворялись, ты не можешь со мной так поступать.)
В стиле «о»: Такова жизнь.
Потом они поженились.
(Завели ребёнка, построили дом, насадили деревьев, дерьмо не всегда дерьмо, может быть и удобрением.)
В стиле «о»: Так и должно быть.
Потом они разошлись.
(Юная плоть, другая плоть, потреблять, какая разница, что именно.)
В стиле «о»: У нас открытый брак.
Потом у них был открытый брак.
(Прохудившееся ведро – это всегда брак.)
В стиле «о», ведро: Я протекаю.
Потом они сошлись обратно.
(Страх перед одиночеством, перед жизнью, перед решениями, нет уж, брак – это вам не шутки, тем более сейчас, когда есть ребёнок.)
В стиле «о»: Так и должно быть.
Потом они умерли.
(Она раньше, лежала и ждала.)
В стиле «о», Бог: Вот дерьмо.
********
Наверное, я бы даже хотела написать этот рассказ. Хотя он и не про меня.
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
[240x240]Девушка, судя по всему, русскоязычному населению малознакомая – по крайней мере, Яндекс на вскидку её не нашел. Хотя Google сразу согласился – как же, как же, знаем, читали.
Я, как и Яндекс, ничего не слышала. Но мне летом нужно было разобрать книжки из библиотеке Гёте-института. К немецким книжкам у меня особое отношение – они какие-то другие… Не знаю, что это – бумага, шрифт, или что-то еще, но я не раз ловила себя на эстетическом (кроме всего прочего) удовольствии, когда читала изданные в Германии книжки…
Разумеется, не смогла устоять и отложила себе из коробки по одной книжке из списка «художественная литература» - так-то в коробке было больше учебно-методической. Но как-то до недавних пор всё руки не доходили. А когда дошли – в первую очередь потянулись к жёлтой книжечке…
На занятиях по практике устной и письменной английской речи Марина Дакарьена очень любила два задания (по нашему мнению) – старьё (в том числе Биттлз, но они хоть были радостным старьём) и переводить отрывки по учебнику Аракина. А Аракин, в свою очередь, очень любил Диккенса и Джерома. Вот уж не помню, что именно надо было переводить в тот памятный вечер, когда я провозилась часа три, адаптируя на русский язык какую-то рифмованную то ли считалочку, то ли частушку. Хотелось сделать не хуже других, как раз потому что с рифмами у меня напутано. Недавно в книжке Фрая узнала эти «муки творчества», когда героиня возилась над аутентичностью перевода «ненавистного нянькиного ризотто», а потом сбивчиво объясняла немецкому автору, что в России фраза будет непонятна, мало у кого из нас были няни, к тому же няни итальянки, а потому «манная каша с комочками» выразит мысль точнее… Потом оказалось, что я одна пропыхтела над переводом то ли считалочки, то ли частушки провозилась я одна, остальные решили, что раз стоит в тексте «ненавистное нянькино ризотто», то так тому и быть…
Иногда мне хочется работать переводчиком. Литературным. Не факт, что я была бы хорошим – любимый мне говорит, что я на русском-то пишу по-немецки, расставляя падежи и согласования так, что ему, сермяжному крестьянину, только удивляться и можно. (Учитывая то, что я взялась последнее время писать для журнала, право или обязанность первой редактуры ложится на любимого.) Желание быть литературным переводчиком связано с конкретными книгами. Первый раз себя на этом желании поймала когда читала Ремарка (да простит меня Володин за фразу «читала в оригинале» J). На русском он уже был читаный – перечитанный, а надо сказать, Ремарку повезло с русскими переводами. Но так захотелось самой прожить перевод того же «Чёрного обелиска»…
Я не уверена, что Сибиллу Берг вообще будут переводить на русский язык. Наверное, это было хорошее передивание как раз для меня.
********
Sibylle Berg
O-Ton
В стиле «о»
Они встретились.
(Это было как удар молнии, он / она со внешностью модели, по крайне мере, сразу думаешь, что он / она и есть модель.)
В стиле «о»: Я.. я… я бы сейчас мог обнять весь мир!!!
В стиле «о», весь мир: О-о-о-ох, давай попробуй…
Потом они переспали.
(Вау, ты такая красивая, дотронуться языком, нежно куснуть за шею, на стиральной машине, о, так клёво мне еще никогда не было. Ты лучшая. Правда? Просто супер.)
В стиле «о»: Такого со мной еще никогда не было, это просто волшебно, просто блеск, ну в смысле, всё так просто, как две шестеренки совпали, ну вы понимаете, о чём я.
Потом они влюбились.
(Шаги совсем лёгкие, крылья за спиной, больше не быть одному, нашел свою мирную пристань, перелётная птица нашла приют, мама, папа, ты чувствуешь дыру у меня в животе, у меня было такое трудное детство, конечно, я чувствую.)
В стиле «о»: Такого еще никогда не было. Это большая любовь. По-любому.
Потом они начали жить вместе.
(Домашний фикус, секс где только можно, на стиралке, на посудомойке, на утюге – тоже, не спать, не есть, иногда плакать, всегда рука в руке.)
В стиле «о»: Раньше я просто не жил. Ничего, что у нас всего одна комната. Я больше не хочу быть один, это всё для других несчастных.
Потом они разговаривали.
(Она говорила, он смотрел на её грудь, наговорили много, не сказали ничего.)
В стиле «о»: Меня еще никто так хорошо не понимал. Он / она совсем как я, бла-бла-бла.
Потом гормоны успокоились.
В стиле «о», гормоны: Ну всё, собираем вещички и едем дальше. Давай, дружище, труба зовёт.
Потом они узнали друг друга
(Если бы он иначе одевался, занимался бы чем-нибудь другим, она бы похудела, он был бы веселее, она бы хоть иногда затыкалась, не могу ничего с собой поделать, иногда я его просто ненавижу.)
В стиле «о»: В каждых отношениях есть место кризисам, над этим надо работать.
И они работали:
(Говорили, обсуждали, меняли, брюзжали, ругались, скучали друг с другом, торчали дома, молчали, уходили прогуляться, ездили закупаться, глазели на других, молчали, ревновали, не отпускали, шпионили, читали дневники, притворялись, ты не можешь со мной так поступать.)
В стиле «о»: Такова жизнь.
Потом они поженились.
(Завели ребёнка, построили дом, насадили деревьев, дерьмо не всегда дерьмо, может быть и удобрением.)
В стиле «о»: Так и должно быть.
Потом они разошлись.
(Юная плоть, другая плоть, потреблять, какая разница, что именно.)
В стиле «о»: У нас открытый брак.
Потом у них был открытый брак.
(Прохудившееся ведро – это всегда брак.)
В стиле «о», ведро: Я протекаю.
Потом они сошлись обратно.
(Страх перед одиночеством, перед жизнью, перед решениями, нет уж, брак – это вам не шутки, тем более сейчас, когда есть ребёнок.)
В стиле «о»: Так и должно быть.
Потом они умерли.
(Она раньше, лежала и ждала.)
В стиле «о», Бог: Вот дерьмо.
********
Наверное, я бы даже хотела написать этот рассказ. Хотя он и не про меня.
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник Про Sibylle Berg | semyonova - Дневник Semyonova |
Лента друзей semyonova
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»