В этом мире существует два типа людей: охотники и жертвы. Как ни странно, но по своему опыту убедилась, что жизнь жертвы намного больше полна радостью, нежели жизнь охотника. А причина этого кроется в том, что жертве позволено испытывать краткие моменты счастья и наслаждения, охотник же живет под властью инстинктов и все чувства и радости ему чужды.
Как не удивительно признавать, но родилась я в образе жертвы. Всю жизнь, подавляемая волей большинства, я жила и не знала горя. Не знала, до определенного момента. Когда-нибудь в жизни каждого наступает переломный момент, и вот мой момент истины наступил. Наверняка первопричиной послужил возраст, выброс гормонов и, конечно же, весна. В любом случае случилось то, чего не случалось ранее, а именно я влюбилась. Тогда мне было всего 14 лет и объект как я сейчас понимаю, был лучшим, из того, что вообще могло быть. Отчаянно верующий, презираемый обществом, он завоевал мое сердце не жалостью, не внешностью и не умом. В нем была Воля, воля позволяющая бороться против всех и если не побеждать, то хотя бы удерживать равновесие. Я восхищалась им. Восхищалась и любила. Подробности нашего общения не имеют значения, в данном случае имеет значение лишь то, что своей волей он поработил меня. Он не был жесток и поэтому сразу дал понять, что мне лучше будет уйти. Но я не ушла. День за днем я слабела, теряла свое Я, растворялась и становилась частью чего то большего, маленькой шестеренкой в огромном механизме чужой воли. Меня спасали стихи, которые я писала с невероятным упорством, как ни странно, именно лирика возвращала меня с небес на землю. Я думала, что выгораю, не замечая, как пустоты заполняются чем-то новым, доселе невиданным. И однажды он ушел. Ушел не потому что хотел, а потому что я уже не испытывала потребности в нем. Именно он научил меня думать самостоятельно, идти против всех, порабощать, но не быть порабощенной. Он не был ни Богом, ни Дьяволом, он был всего лишь человеком, моим наставником, моим проводником. Я безумно благодарна этому человеку и думаю, он отлично это понимает.
После того, как я ворвалась в настоящую жизнь, самоуверенная, сильная, все бывшие идеалы померкли, затмеваемые моей Волей. Я чувствовала себя непобедимой. Я крушила чужие идеалы и мечты, заставляя людей взирать на мир без розовых очков. И никому это не нравилось. Все предпочитали жить в своем маленьком мирке и очень не любили когда их оттуда вытряхивали. Я отделилась ото всех, отказалась ото всех чувств и провозгласила себя Охотницей. Но и веку моих охот не суждено было длиться вечно, рано или поздно я должна была встретить настоящего охотника, и это произошло. В отличие от моего наставника, преследовавшего лишь благие цели, этот человек жаждал лишь насыщения. Только сейчас я понимаю, что изначально силы наши были не равны, потому что имя ему было не благородный охотник, но подлый шакал. Не охотник, который, насытившись и удовлетворив свои потребности, уходил, а шакал, который обгладывал труп до последней кости. Выедал душу, что после него хоть трава не расти. Но я пошла на эту битву уверенная в своей победе, потому что еще никто не мог меня победить. Пошла и проиграла. Его тактика была в той же мере совершенна, как и подла. Для ударов он выбирал наиболее уязвимые и болезненные места. И после каждого его нападения оставались глубокие кровоточащие раны, которые не убивали, но ослабляли защиту, день за днем лишая меня сил. Все чаще у меня мелькала мысль о том, как хорошо бы было, если б он меня просто добил и ушел. И он ушел, но оставил меня в живых. Как стервятник, разграбивший гнездо и благородным жестом оставивший одного единственного самого чахлого, смертельно раненого птенца. Так я осталась на руинах когда-то гордого и непреступного города. Как бы мне того не хотелось, но он не добил меня, и я решила это сделать сама, совершив преступление своими руками. Но это история не имеет никакого отношения к рассказу, к тому же я не слишком люблю об этом распространяться.
Итак, очнувшись однажды от дремы, которая преследовала меня последние три месяца, я сказала себе: «Не бывать больше этому!». И началась новая жизнь, жизнь полная приключений. Я разучилась контролировать свои аппетиты, часто беря на себя больше, чем была способна унести. За несколько месяцев, я принесла в мир больше боли, чем за всю предыдущую жизнь, один за другим разбивая чужие сердца и руша надежды. С каждым днем я с ужасом замечала, что больше становлюсь похожей на Него, своего единственного врага. Я пыталась остановиться, успокоиться в своей безумной охоте, но я не могла, все больше очерняя свою душу. Я пыталась полюбить, но каждый раз добившись внимания, я понимала, что все не то. И опять чужая боль. Чужая обида. Чужое разочарование. Чужое, но не мое.
Постепенно кровожадная охота начала сменяться простоями, а наслаждение от удачной охоты апатией. Чем дальше, тем меньше удовольствия стало мне доставлять мое занятие. А в итоге весь интерес сменился полным равнодушием. Сейчас я живу, совершая редкие вылазки, которые не доставляют мне никакого наслаждения, в слепой надежде что рано или поздно я встречу человека, который с той же легкостью завоюет мою любовь, с какой я когда-то разбивала чужие сердца.