[197x264]


Истоки САМБО и восточных единоборств в России. В.С.Ощепков
Василий Сергеевич Ощепков
(По книгам "И вечный бой…" Анатолия Хлопецкого и "Самбо довоенного периода в России")
… Зал перевернулся вверх ногами. "Бросок, - успел подумать Ощепков, - надо…" Острая, пронзительная боль прервала его мысль. "Встань!" - приказал он себе. Боль все не отпускала. И хотелось не двигаться - только лежать. "Встань!" Ему показалось, что он оглушительно выкрикнул это слово. На весь зал. С тревогой он открыл глаза и огляделся по сторонам. Никто не обращал на него внимания, Василий успокоился. Собрался с силами и встал.

В глазах опять потемнело от боли. Здоровый детина, швырнувший его на татами, усмехаясь, стоял напротив. Он явно не ждал, что русский поднимется. Ведь от такого броска ломаются рёбра - это он знал точно.

Японец не ошибся: ребро у Василия действительно оказалось сломанным. Но он стоял. И даже по дзюдоистскому обычаю смиренным поклоном поблагодарил соперника за науку. По обычаю. Ибо, по существу, благодарить должен был бы противник. Благодарить за тот урок, который преподнёс ему русский; главная победа - победа над самим собой, победа воли над болью и слабостью…


Осиротевший в 11 лет, сын политкаторжанки, сосланной на Сахалин, Василий Ощепков после русско-японской войны был направлен на учебу в Японию в православную миссию св.Николая. Перед ним открывалась завидная перспектива - стать православным священником в Японии. Однако судьба распорядилась иначе.

Учились юные миссионеры в обычной японской школе, где Василий успешно овладевал всеми предметами, в том числе японским и английским языками. Там же он показал себя чрезвычайно способным к борьбе дзюдо, включенной в общеобразовательную программу. Учитель Сато, симпатизировавший мальчику, рекомендовал его в Кодокан - высшее учебное заведение борьбы дзюдо. И сообщил - под большим секретом, конечно, - один из основных принципов отбора.

…В Токио творилось столпотворение. Молодые люди в одиночку и группами направлялись к знаменитому институту Кодокан - дзюдо, где должен был проходить традиционный отбор кандидатов. Туда же держали путь городские зеваки в надежде на любопытное зрелище. И они не обманулись. Небывалый случай - в числе претендентов на зачисление в институт оказался... русский. На него показывали пальцами и смотрели, широко раскрыв глаза и рты. А он, казалось, не замечал никого и ничего.

Наконец, претендентов позвали в зал. Все соискатели чинно расселись на соломенных циновках - татами. Сел и Василий.

Ноги почти сразу же затекли - он ещё не привык сидеть по-японски на одних пятках. Вытянуть бы ноги или пошевелить ими. Ну, хоть чуть - чуть, самую малость. Сразу бы полегчало. Но как раз этого сделать было нельзя никак. Любое движение во время речи основателя дзюдо доктора Дзигоро Кано расценивалось как проявление неуважения к "великому учителю". Преподаватели института не спускали глаз с каждого из претендентов. Василии знал об этом и не шевелился. Он даже старался затаить дыхание - на всякий случай.

Нравоучительная речь доктора Кано была необычайно длинной и скучной. Русский парень не особенно вникал в смысл произносимых слов. Он молил бога, чтобы всё это поскорее кончилось. Но основатель дзюдо продолжал монотонно бормотать предложение за предложением.

Некоторые молодые японцы не выдерживали испытания неподвижностью. Кто-то оглянулся, кто-то чуть изменил позу, кто-то даже пытался шепнуть пару слов на ухо соседу. Василий ничего этого не замечал. Он давно перестал слышать голос "великого учителя" и теперь уже даже не молился, а, стиснув до боли зубы, твердил себе: "Держись!" И держался.

Очнулся он от прикосновения чьей-то руки. Преподаватель института сообщил ему о принятии в Кодокан. Василий попытался встать. Но совершенно онемевшие ноги не послушались, и он без сил повалился на татами…

Даже в наши дни японские специалисты считают тренировки дзюдоистов у себя на родине непосильными для европейцев. Тогда же система обучения была особенно жесткой и безжалостной. К тому же это было время, когда нет-нет да слышались отголоски недавно закончившейся русско-японской войны. Поэтому Василию было гораздо труднее, чем остальным новичкам: его постоянно выбирали в партнеры более опытные дзюдоисты. В нем еще видели совсем не спортивного, а реального противника.

Сколько раз его швыряли на татами, душили отворотом кимоно, выламывали руки. Василий не считал. Только заметил как-то, что схваток в ним стали избегать. И это стало первым признаком его мастерства. Посла окончания института строгие экзаменаторы Кодокана подпоясали его кимоно черным поясом. Василий стал первым русским, кому был присвоен этот знак отличия. И всего-навсего четвертым европейцем. Нужно учесть, что японцы необычайно ревностно относились тогда к присуждению мастерских данов, тем более иностранцам. Однако вскоре они единодушно присвоили Ощепкову и следующую степень - второй дан.



В 1917 г. в газете "Далекая окраина" была опубликована статья, рассказывавшая об уникальном по тем временам событии:

"16 июня в помещении Владивостокского общества "Спорт" состоялось весьма интересное состязание по дзюу-дзюцу, прибывших из Японии во главе со своим представителем господином Хидетоси Томабеци экскурсантов - воспитанников японского высшего коммерческого училища в Отару и местного спортивного кружка дзюу-дзюцу, организованного его руководителем В.С. Ощепковым, при личном участии самого господина Ощепкова, привлекшее массу публики. …Некоторые приемы самозащиты были продемонстрированы самим господином Ощепковым, причем нападения на него делались не только при встрече лицом к лицу, но и сзади".

Это были первые шаги восточных единоборств вообще, и дзюдо в частности, по Российской земле. Вскоре в России стали появляться и другие кружки новой экзотической борьбы дзюу-дзюцу (или джиу-джицу). Но кто еще мог похвастаться маркой Кодокана ! Василий Ощепков был здесь вне конкуренции.

Вскоре Ощепков приказом Реввоенсовета СССР был зачислен на кадровую службу в Красную Армию и назначен военным переводчиком в штаб Сибирского военного округа. Его блестящие знания японского языка оказались востребованными. К его помощи не раз прибегали даже крупные специалисты-востоковеды. Но главная цель его жизни состояла в другом...

Собрание ячейки ОСОВИАХИМа при штабе Сибирского военного округа получилось захватывающе интересным: на нём с докладом об искусстве самозащиты выступил Ощепков. Но не зря говорится, что лучше один раз увидеть, чем сто - услышать. Помня об этом, Василий Сергеевич тут же в зале продемонстрировал несколько приёмов. Прямо на собрании организовали для сотрудников штаба кружок по изучению приёмов самозащиты. Услугами специалиста поспешила воспользоваться и местная школа милиции.

А затем Ощепкова пригласили в Москву. Начиная с приезда Ощепкова в Москву в 1929 году и по 1937 год в дзюу-до произошли коренные изменения, и она всё чаще стала именоваться борьбой вольного стиля. Журнал "Физкультура и спорт" в декабре 1929 года так отреагировал на приезд Ощепкова:

"На днях при спортивном секторе при ЦДКА открываются двухмесячные курсы. В программу занятий войдут:

1) броски, рычаги, удары руками и ногами и удушения

2) приёмы самозащиты невооружённого против вооружённого винтовкой, револьвером, саблей, ножом или другим холодным оружием блйжнего боя;

3) приёмы рукопашной схватки двух невооружённых. За основу будет принята японская система самозащиты дзюу-до.

Для желающих совершенствоваться по этой системе будут созданы специальные группы, которые будут проводить тренировку и выступать в соревнованиях, намечающихся к проведению в будущем. Курсами будет руководить инструктор т. Ощепков, окончивший институт Кодокан - дзюу- до в Японии ( в Токио )".

Каждый раз Василий Сергеевич начинал свою тренерскую работу с впечатляющей демонстрации своего искусства. Теперь он вышел на сцену Зала Центрального Дома Красной Армии во время специально устроенного по этому случаю спортивного вечера. На него нападало одновременно по нескольку "противников" - рубили шашкой, кололи штыком, били палкой, стреляли в упор из пистолета. Всё это было отнюдь не "демонстрационно", а на полном серьезе: штык был боевым, шашка - остро отточенной. И даже пистолет заряжался гильзой. Из нее удалялись пуля и порох, но капсуль сохранялся. Проверяющий становился позади Ощепкова и мог точно сказать, успел ли демонстратор отбить оружие раньше выстрела "нападающего".

После такой демонстрации: в ЦДКА немедленно были созданы две секции для военнослужащих и работников Дома Красной Армии. Начали записываться борьбой и женщины. А через некоторое время Василий Сергеевич уже вёл уроки самообороны со специальной группой высшего комсостава Красной Армии.

…На ковёр вышел М. Тухачевский. Обладая недюжинной силой, он не сомневался в успехе. Но на этот раз прославленный полководец проиграл схватку. Проиграл своему учителю - Ощепкову. Но не огорчился, а ещё с большим удовольствием стал посещать занятия. Вместе с ним приходили в спортзал И. Якир, С. Буденный и другие советские военачальники.

В те годы задачей номер один было укрепление обороноспособности страны. И Василий Сергеевич прилагал немало усилий для её решения. В конце 1929 года были организованы курсы и для руководящего состава Московского гарнизона. Вёл занятия на них Ощепков.

В самом начале тридцатых был учреждён знаменитый физкультурный комплекс "Готов к труду и обороне". В качестве одной из норм второй ступени в него были введены приёмы самозащиты и обезоруживания. Разрабатывал эти нормативы Ощепков.

Перечислить все его дела тех лет сложно: энергия Василия Сергеевича была поистине неисчерпаема. Он несколько лет преподавал в Центральной Высшей школе рабоче-крестьянской милиции, на различных военных и гражданских курсах, в школе ВЦСПС имени Н. М. Шверника, во Дворце физкультуры завода № 1 "Авиахим", вёл секционную работу сам и приобщал к ней наиболее способных своих учеников. И, наконец, работал в Центральном институте физической культуры.

Чему же учил своих воспитанников Ощепков?

В начале преподавательской деятельности - дзюдо. Но только в самом начале.

Наследующем этапе работа Василия Сергеевича и его учеников стала той творческой лабораторией, в которой родилось наше самбо - новый интернациональный в своей основе вид спорта, объединивший лучшие достижения многих международных видов единоборств, в том числе, разумеется, и дзюдо.

Прежде всего Ощепков несколько изменил условия поединка. Татами у наших спортсменов отсутствовали - их заменили мягким борцовским ковром. Вместо японских кимоно были введены приталенные куртки, боролись не босиком, как японцы, а в "борцовках" - специальных лёгких ботинках.

На первый взгляд может показаться, что изменения произошли незначительные. Это так. Но они повлекли за собой крупные перемены в технике борьбы.

Наличие мягкого ковра заставило спортсменов больше бороться лёжа. Сами японцы впоследствии отмечали, что этот раздел техники самбо более совершенен, чем в дзюдо.

А с национальными видами борьбы народов нашей страны Василию Сергеевичу впервые довелось столкнуться в Центральной Высшей школе рабоче-крестьянской милиции, где он работал преподавателем. Курсанты прибывали сюда со всех концов Советского Союза. И во время занятий случалось порой, что кто-нибудь из новичков обращался к Ощепкову: "А у нас борются не так".

Вызов курсанта сейчас же принимал ученик и безотказный помощник Василия Сергеевича - В. Сидоров. И, хотя энтузиасты национальной борьбы неизменно терпели поражение, Ощепков не мог не отметить присутствия в их технике весьма своеобразных и эффективных бросков.

Развивать новую спортивную дисциплину можно было только при достаточном количестве тренеров. И Василий Сергеевич идёт работать в Инфизкульт, где и знакомится с национальной борьбой вплотную. Студенты сноровисто использовали на ковре знакомые с детства приёмы, и сами, еще не осознавая того, вносили свой вклад в новый, только ещё рождающийся вид спорта.

Василий Сергеевич даже специально устраивал поединки между представителями национальных видов борьбы, в первую очередь грузинской - чидаоба и узбекской - кураш, и своими воспитанниками. А ученику и помощнику Б. Сагателяну поручил привезти из поездки на Кавказ фотографии фаз исполнения приёмов грузинской борьбы.

Шли годы. Дзюдо, с которого когда-то начинал Ощепков, постепенно превращалось всего лишь в одну из составляющих нового прикладного единоборства. И чем больше проходило времени, тем сильнее расходились пути дзюдо и самбо.

Правда, тогда само это название ещё не употреблялось. По инерции новый вид борьбы ещё продолжали именовать "дзюдо", добавляя, однако, поясняющее слово "вольное". Затем называли борьбой вольного стиля. И лишь после войны появилось название "самбо". Но Василия Сергеевича к тому времени уже не было в живых. Как и для многих наших соотечественников 1937 г. стал для него роковым.

С 1938 года этот термин "борьба вольного стиля" (автор Ощепков) был полностью узаконен приказом Всесоюзного комитета физкультуры и спорта за № 633. Борьба вольного стиля дошла до наших дней под наименованием борьба самбо. Хотя этот термин не принадлежит Ощепкову. Его автором является Спиридонов, а сам термин получил распространение уже после войны. Спиридонов являлся одним из наиболее заметных разработчиков приемов борьбы основанных на системе джиу-джитсу. Уже в 1927 году он выпустил учебное пособие "Самозащита без оружия" с попыткой организации состязаний, но строго закрытых ведомственных. На титульном листе надпись: "Не подлежит оглашению", 80 фотографий. В те же 20-е и 30-е годы над приёмами защиты и нападения по системе джиу-джитсу работали: Спиридонов, Ознобишин, Солоневич, Короновский и Буценко (Украина). В своих разработках боевых приёмов спортивных задач они не ставили и тем более внедрение этих приёмов в широкие массы физкультурников. Цель этих разработок была одна: исключительно для служебного пользования в правоохранительных органах (ВЧК-ОГПУ-НКВД). Следует отметить, что ни деятельность перечисленных разработчиков, ни издаваемые ими пособия, не сыграли существенной роли в деле массового развития спортивной борьбы в одежде у нас в стране. Подтверждением этого служит отсутствие ещё в довоенные годы последователей школы Спиридонова, Ознобишина, Солоневича, Короновского и Буценко.

Этого нельзя сказать об Ощепкове, так как любой современный самбист является наследником его школы. Многочисленные архивные документы, собранные в совете ветеранов Всероссийского международного любительского самбо, наглядно это доказывают.


Те, кто видел фильм "Непобедимый", и кому знакомо имя Анатолия Аркадьевича Харлампиева, как основателя школы советского самбо, немало удивятся этому рассказу. Легенда, перенесенная на экран талантливыми актерами, стала одним из первых советских боевиков и казалось навсегда закрепилась в народном сознании. Но легенда бывает весьма далека от правды, а правда бывает драматичнее и выразительнее любой легенды. "Непредсказуемость нашего прошлого" нашла свое отражение и в развитии боевых единоборств в нашей стране. Харлампиев, будучи учеником Ощепкова, действительно немало сделал для развития самбо. Однако не существует ни одного документального подтверждения или свидетельства созданной им легенды о подвижнике, собиравшем приемы рукопашного боя по всей России по заданию Н. Подвойского.

Сегодня группой авторитетных спортсменов и общественных деятелей предпринята попытка возродить из небытия имя Василия Сергеевича Ощепкова и вернуть принадлежащее ему по праву историческое место в развитии боевых и спортивных единоборств в России - имя основоположника самбо.
[222x296]