Решила выложить подборку моих любимых и просто классных вещей гения абсурда (Кстати, Вотт_ерс, мне твой стиль фиков чем-то напоминает Хармса местами. Не формой, но некотоыми лингвистическими оборотами)

1. Голубая тетрадь N 10

Жил один рыжий человек, у которого не было глаз и ушей. У него не было и волос, так что рыжим его называли условно.
Говорить он не мог, так как у него не было рта. Носа тоже у него не было.
У него не было даже рук и ног. И живота у него не было, и спины у него не было, и хребта у него не было, и никаких внутренностей у него не было. Ничего не было! Так что непонятно, о ком идёт речь.
Уж лучше мы о нём не будем больше говорить.



2. Случаи

Однажды Орлов объелся толчёным горохом и умер. А Крылов, узнав об этом, тоже умер. А Спиридонов умер сам собой. А жена Спиридонова упала с буфета и тоже умерла. А дети Спиридонова утонули в пруду. А бабушка Спиридонова спилась и пошла по дорогам. А Михайлов перестал причёсываться и заболел паршой. А Круглов нарисовал даму с кнутом и сошёл с ума. А Перехрёстов получил телеграфом четыреста рублей и так заважничал, что его вытолкали со службы.
Хорошие люди и не умеют поставить себя на твёрдую ногу.
<22 августа <1933>>

6. Оптический обман (мой самый любимый!)

Семен Семёнович, надев очки, смотрит на сосну и видит: на сосне сидит мужик и показывает ему кулак.
Семен Семёнович, сняв очки, смотрит на сосну и видит, что на сосне никто не сидит.
Семен Семёнович, надев очки, смотрит на сосну и опять видит, что на сосне сидит мужик и показывает ему кулак.
Семен Семёнович, сняв очки, опять видит, что на сосне никто не сидит.
Семен Семёнович, опять надев очки, смотрит на сосну и опять видит, что на сосне сидит мужик и показывает ему кулак.
Семен Семёнович не желает верить в это явление и считает это явление оптическим обманом.



7. Пушкин и Гоголь (вот этот мне очень тебя напомнил, Анна)))))

Гоголь (падает из-за кулис на сцену и смирно лежит).
Пушкин (выходит, спотыкается об Гоголя и падает):
Вот чёрт! Никак об Гоголя!
Гоголь (поднимаясь):
Мерзопакость какая! Отдохнуть не дадут! (Идёт, спотыкается об Пушкина и падает). Никак об Пушкина спотыкнулся!
Пушкин (поднимаясь):
Ни минуты покоя! (Идёт, спотыкается об Гоголя и падает). Вот чёрт! Никак опять об Гоголя!
Гоголь (поднимаясь):
Вечно во всем помеха! (Идёт, спотыкается об Пушкина и падает). Вот мерзопакость! Опять об Пушкина!
Пушкин (поднимаясь):
Хулиганство! Сплошное хулиганство! (Идёт, спотыкается об Гоголя и падает). Вот чёрт! Опять об Гоголя!
Гоголь (поднимаясь):
Это издевательство сплошное! (Идёт, спотыкается об Пушкина и падает). Опять об Пушкина!
Пушкин (поднимаясь):
Вот чёрт! Истинно что чёрт! (Идёт, спотыкается об Гоголя и падает). Об Гоголя!
Гоголь (поднимаясь):
Мерзопакость! (Идёт, спотыкается об Пушкина и падает). Об Пушкина!
Пушкин (поднимаясь):
Вот чёрт! (Идёт, спотыкается об Гоголя и падает за кулисы). Об Гоголя!
Гоголь (поднимаясь):
Мерзопакость! (Уходит за кулисы).
За сценой слышен голос Гоголя: "Об Пушкина!"
Занавес.


11. История дерущихся (Хармс любил брутальность!)

Алексей Алексеевич подмял под себя Андрея Карловича и, набив ему морду, отпустил его.
Андрей Карлович, бледный от бешенства, кинулся на Алексея Алексеевича и ударил его по зубам.
Алексей Алексеевич, не ожидая такого быстрого нападения, повалился на пол, а Андрей Карлович сел на него верхом, вынул у себя изо рта вставную челюсть и так обработал ею Алексея Алексеевича, что Алексей Алексеевич поднялся с полу с совершенно искалеченным лицом и рваной ноздрёй. Держась руками за лицо, Алексей Алексеевич убежал.
А Андрей Карлович протер свою вставную челюсть, вставил её себе в рот и, убедившись, что челюсть пришлась на место, осмотрелся вокруг и, не видя Алексея Алексеевича, пошёл его разыскивать.


13. Математик и Андрей Семёнович (сколько веселья доставлял нам этот рассказ в то далекое время, когда у нас математику в школе вел некий Федор Самуилович Кораблев!!!!!)))))

Математик (вынимая из головы шар):
Я вынул из головы шар.
Я вынул из головы шар.
Я вынул из головы шар.
Я вынул из головы шар.
Андрей Семёнович:
Положь его обратно.
Положь его обратно.
Положь его обратно.
Положь его обратно.
Математик:
Нет, не положу!
Нет, не положу!
Нет, не положу!
Нет, не положу!
Андрей Семёнович:
Ну и не клади.
Ну и не клади.
Ну и не клади.
Математик:
Вот и не положу!
Вот и не положу!
Вот и не положу!
Андрей Семёнович:
Ну и ладно.
Ну и ладно.
Ну и ладно.
Математик:
Вот я и победил!
Вот я и победил!
Вот я и победил!
Андрей Семёнович:
Ну победил и успокойся!
Математик:
Нет, не успокоюсь!
Нет, не успокоюсь!
Нет, не успокоюсь!
Андрей Семёнович: Хоть ты математик, а честное слово, ты не умён.
Математик:
Нет, умён и знаю очень много!
Нет, умён и знаю очень много!
Нет, умён и знаю очень много!
Андрей Семёнович: Много, да только всё ерунду.
Математик:
Нет, не ерунду!
Нет, не ерунду!
Нет, не ерунду!
Андрей Семёнович: Надоело мне с тобой препираться.
Математик:
Нет, не надоело!
Нет, не надоело!
Нет, не надоело!

(Андрей Семёнович досадливо машет рукой и уходит. Математик, постояв минуту, уходит вслед за Андреем Семёновичем)

Занавес



15. Четыре иллюстрации того, как новая идея огорашивает человека, к ней не подготовленного

I
Писатель:
Я писатель!
Читатель:
А по-моему, ты говно!
(Писатель стоит несколько минут, потрясённый этой новой идеей, и падает замертво. Его выносят.)
II
Художник:
Я художник!
Рабочий:
А по-моему, ты говно!
(Художник тут же побледнел, как полотно,
И как тростинка закачался
И неожиданно скончался.
Его выносят.)
III
Композитор:
Я композитор!
Ваня Рублев:
А по-моему, ты говно!
(Композитор, тяжело дыша, так и осел.
Его неожиданно выносят.)
IV
Химик:
Я химик!
Физик:
А по-моему, ты говно!
(Химик не сказал больше ни слова и тяжело рухнул на пол.)


20. Неудачный спектакль

На сцену выходит Петраков-Горбунов, хочет что-то сказать, но икает. Его начинает рвать. Он уходит.
Выходит Притыкин.
Притыкин:
Уважаемый Петраков-Горбунов должен сооб... (Его рвёт, и он убегает).
Выходит Макаров.
Макаров:
Егор... (Макарова рвёт. Он убегает.)
Выходит Серпухов.
Серпухов:
Чтобы не быть... (Его рвёт, он убегает).
Выходит Курова.
Курова:
Я была бы... (Её рвёт, она убегает).
Выходит маленькая девочка.
Маленькая девочка:
Папа просил передать вам всем, что театр закрывается. Нас всех тошнит.
Занавес


28. Анекдоты из жизни Пушкина

1. Пушкин был поэтом и всё что-то писал. Однажды Жуковский застал его за писанием и громко воскликнул:
- Да никако ты писака!
С тех пор Пушкин очень полюбил Жуковского и стал называть его по-приятельски Жуковым.
2. Как известно, у Пушкина никогда не росла борода. Пушкин очень этим мучился и всегда завидовал Захарьину, у которого, наоборот, борода росла вполне прилично. "У него растет, а у меня не растет", -- частенько говаривал Пушкин, показывая ногтями на Захарьина. И всегда был прав.
3. Однажды Петрушевский сломал свои часы и послал за Пушкиным. Пушкин пришёл, осмотрел часы Петрушевского и положил их обратно на стол. "Что скажешь, брат Пушкин?" - спросил Петрушевский. "Стоп машина", -- сказал Пушкин.
4. Когда Пушкин сломал себе ноги, то стал передвигаться на колёсах. Друзья любили дразнить Пушкина и хватали его за эти колёса. Пушкин злился и писал про друзей ругательные стихи. Эти стихи он называл "эрпигармами".
5. Лето 1829 года Пушкин провёл в деревне. Он вставал рано утром, выпивал жбан парного молока и бежал к реке купаться. Выкупавшись в реке, Пушкин ложился на траву и спал до обеда. После обеда Пушкин спал в гамаке. При встрече с вонючими мужиками Пушкин кивал им головой и зажимал пальцами свой нос. А вонючие мужики ломали свои шапки и говорили: "Это ничаво".
6. Пушкин любил кидаться камнями. Как увидит камни, так и начнет ими кидаться. Иногда так разойдется, что стоит весь красный, руками машет, камнями кидается, просто ужас!
7. У Пушкина было четыре сына, и все идиоты. Один не умел даже сидеть на стуле и всё время падал. Пушкин-то и сам довольно плохо сидел на стуле. Бывало, сплошная умора: сидят они за столом; на одном конце Пушкин всё время падает со стула, а на другом конце - его сын. Просто хоть святых вон выноси!

ГЫ!