Автор: Yuria-chu

Название: "Сердце "Звезды"

Фэндом: Блич

Персонажи: Ичиго, Рукия, Орихиме, Исида, Улькиорра, Татсуки, Чад, Гриммджоу, позже добавятся другие.

Рейтинг: пока PG-13

Жанр: АУ, гет, романтика (возможно еще хрень и бред)

Размер: пока мини, думаю

Дисклеймер: Кубо - Блич, мне трава.

От автора: первый раз пишу АУ. будьте со мной милосердны Т__Т

Посвящение: Посвящаю этот фанфик Стелле, которая так любит корейцев))) надеюсь, что полюблю их тоже)

Вступление.

«Признаться, и никогда не любила обласканных публикой, слащавых красавчиков. В особенности тех, которые пели на сцене в окружении полуодетых девиц. Каждый день, когда я ехала в школу, они улыбались с огромных билбордов, развешанных по всему Токио. Новая группа KISUJ  - наиглупейшее название которое только можно придумать, сложенное из первых букв их фамилий. Особо восторженные фанатки называли их Кису-джей, как бы "японский поцелуй", и о, да, они были действительно как поцелуй, более того, их песни изнасиловали мозг ни одной фанатки.

Но всему когда-то приходит конец, так пришел конец и их славе. Я бы и не узнала об этом если бы не мои одноклассницы, добрая половина которых были преданными фанатками этой пресловутой группы.

Их любимые KISUJ распались из-за какого-то конфликта с продюсером, двое из них взяли старое название и слегка изменив его, стали J-KISSU , а трое остальных образовали ICI. И именно последние сейчас смотрели на меня с плаката. Они раскрутились очень быстро и не только из-за былой славы, но и из-за внешности участников группы.
Ясутора "Чад" Садо - почти двухметровый брюнет атлетического телосложения со слегка смуглой из-за мексиканских корней кожей. Он был молчалив, носил длинную челку и маленькую бородку, отчего становился еще более загадочным и привлекательным для фанаток.
Исида Урюу - из-за привлекательной внешности утонченного принца, был солистом группы и главным героем большинства клипов. Мог легко изобразить и хулигана и соблазнителя и бизнесмена и президента школы. Из-за необычного имени, его кличкой стало сокращение фамилии - "Иши".
И последний член группы, бывший солист KISUJ, Куросаки Ичиго. Единственный из всей группы, у которого в договоре стояла фраза «Отказе о перемене цвета волос для чего бы то ни было». Видимо, это было для него как-то важно, потому что он имел ярко-рыжую шевелюру, мягко говоря – неестественный цвет для обычного японского парня. Я подозреваю, что она крашеная, но этот самодовольный красавчик всем утверждал, что это натуральный цвет волос. Более того, он был еще и самым младшим в группе! Ему в этом году должно исполниться семнадцать лет! Этот мелкий… Но он уже был солистом другой группы и самым крутым его достижением был фильм-клип о нем самом от журнала ELLE, видимо чтобы восторженные девочки... ах, я даже не буду думать об этом.

Я знаю почти все об их дурацкой группе, я видела все их клипы, я слушала их песни. Вы наверное думаете, это потому что я их фанатка? Нет, я их ненавижу!!

С самого моего поступления в старшую школу все девушки вокруг только и говорили об ICI, и это достало меня так, что я возненавидела эту дурацкую группу всем сердцем. Особенно этого идиота Куросаки, который, несмотря на то, что не был солистом, был самым популярным из группы.
Зачем? Почему? За что? Как я умудрилась запомнить все о них... Эта ненужная информация въелась в подкорку моего мозга и преследует каждый день когда я еду в школу и вижу билборд с этими петухами. Никогда, ни за что не хочу пересечься с ними в жизни!»

- С вами что-то не так, молодая госпожа? - водитель обернулся и участливо посмотрел на заднее сиденье.
- Нет. Все нормально. - Кучики Рукия закусила губу понимая, что снова бормотала себе под нос. Привычка, оставшаяся еще с детдомовских времен. - Ненавижу эту школу.
- Не мне вам напоминать, что вы должны быть благодарны. - водитель вздохнул и отвернулся.

"Да, я должна быть благодарной. Я, Кучики Рукия. Раньше моя фамилия была другой, но меня заставили ее забыть вместе, когда я вступила в мою новую семью. До 15 лет я росла в детском доме. Родители, мои и моей сестры, которая старше меня на 5 лет, умерли, когда мне не было и года.

Нас с сестрой отдали в детский дом, так как больше у нас родственников не было. Там Хисана и встретила его.

Это произошло через 10 лет после того когда мы остались одни на этом свете. Ей было 15, ему 20. Он был наследником крупной корпорации и совершал визит в детский дом вместе со своим дедом. Позже я узнала, что в тот день он улыбался впервые со смерти отца. Моя любимая сестра вышла за него замуж когда ей было 20, и в тот же год они забрали меня к себе. Из меня, всю жизнь прожившей среди сирот, начали делать леди. И я была счастлива, глядя как счастлива моя сестра, я полюбила своего нового брата, но год назад, такой же весной как и эта, Хисаны не стало. И Нии-сама, раньше бывший веселым и жизнерадостным, закрылся от всего мира и начал опекать меня еще сильнее чем раньше. Видимо его смущало моё невероятное сходство с сестрой, которую он любил больше собственной жизни"

- Приехали, юная госпожа. - голос водителя оторвал Рукию от раздумий.

- Спасибо, - сказала она, выходя из машины и отбрасывая назад длинные черные волосы. - Сегодня церемония начала учебного года, я пойду в кафе с подругами, не забирайте меня.
- Как вам угодно. - мужчина поклонился и, сев в автомобиль, уехал.

"Ах, да. Я забыла сказать что я, студентка третьего курса старшей школы Чиёда, это самая престижная женская школа в Токио. Она находится недалеко от императорского дворца, и мы можем каждый день гулять в великолепном парке. Эта школа для девушек из богатых и знатных семей, или для очень умных стипендиаток. К несчастью для моей новой семьи, я не была так умна, как они хотели бы, и я даже не знаю сколько денег в год тратит Нии-сама на моё обучение"

- Рукия-тян!!! - веселый женский голос отвлек девушку от задумчивости. Навстречу ей бежала признанная королева старшей школы, мечта всех парней из соседних школ - Иноуэ Орихиме.

Высокая, длинные, вьющие на концах волосы светло-орехового цвета, добрые глаза с пушистыми ресницами и грудь пятого размера. Иноуэ отличалась от маленькой, плоскогрудой и темноволосой Рукии как небо от земли.

Они начали общаться и подружились в середине второго года обучения, а потом Рукия потеряла сестру, и Иноуэ, рано потерявшая родителей, а в скором времени и брата, поддержала её. Несмотря на то, что она, фактически была сиротой, её вырастила богатая тетка, которая души в ней не чаяла, из-за чего Орихиме вела себя как принцесса из детской сказки – такая же наивная и доверчивая, верящая в чудеса и прекрасного принца. Собственно говоря, это она и начала промывать Рукии мозги рассказами про поп-идолов и в частности ICI, а дошлифовали мозг раздражительной Кучики её одноклассницы, доставшие её так, что единственной кого Рукия могла терпеть, осталась Иноуэ.

Но во всей этой ситуации было одно маленькое "но", Орихиме была безнадежно влюблена в Куросаки.

Поэтому Рукия, ненавидящая "светлый образ Куросаки-куна" всей душой, раздражалась еще чаще. "Ну, действительно, что можно в нем любить?! Крашеный, заносчивый, явно самовлюбленный, младше меня почти на год, да и дурак скорее всего", думала Кучики, рассматривая очередной альбом с фотографиями кумира, который принесла ей восторженная Орихиме. "Хотя, возможно, он чуточку симпатичный..." странная мысль закралась в голову темноволосой девушки и тут же была убита на корню. Чтобы она, Кучики Рукия вдруг безумно влюбилась в какого-то певца?! Нет! И быть не может!

После скучной церемонии по случаю начала учебного года, Кучики как обычно пошла с подругами в кафе. Помимо Иноуэ из знакомых девушек с кем можно было бы приятно пообщаться, были Арисава Татсуки, дочь главы спортивного комитета Японии, которая знала Орихиме с самого детства, и взрослые приятельницы - жены бизнесменов с которыми сотрудничал брат. Но последних на после-школьные посиделки не звали, и девушки всегда были втроем, обсуждая насущные дела. К огромному счастью Рукии, Татсуки была совершенно равнодушна к поп-идолам, зато с не меньшей страстью фанатела по футболистам. И Рукия снова оказывалась единственной в компании у кого не было таких серьезных увлечений.

-Рукия-чан, я уже говорила с Татсуки-чан, и она согласилась. В субботу в клубе на Гиндзе пройдет закрытый концерт ICI, мне тетя достала билеты. Пойдем, ну пожалуйста, пожалуйста! - Орихиме молитвенно сжала руки, обращаясь к Рукии.
- Это так важно для тебя? - Кучики ласково улыбнулась.
- Еще бы, она ведь без ума от Куросаки. - усмехнулась Арисава, потягивая молочный коктейль.
- Татсуки-чан! - принцесса покраснела и опустила взгляд.
- Я иду, не волнуйся, как же я тебя брошу. - ответила Рукия и погладила подругу по голове, ведь она действительно не могла отказать, когда та сильно просила.
- Спасибо-спасибо-спасибо! - Иноуэ чуть не плакала. - Я так рада, я так волновалась! Я же знаю, что ты их ненавидишь!
"Ненависть", в тот день Рукия думала, что это ее чувство никогда не изменится, но нет ничего настолько переменчивого, как чувства молодой восемнадцатилетней девушки.

Глава первая.

Тетка Орихиме была очень обеспеченной женщиной, потому что достать билеты в самый крутой клуб Гиндзы, да и не просто билеты, а билеты за столик прямо возле сцены - это было по карману далеко не всем. Но госпожа Иноуэ настолько любила племянницу, что поощряла все ее капризы.

Хотя разве можно было назвать милые, детские просьбы Орихиме капризами? Она была лучшей студенткой в классе, заместитель старосты, глава кулинарного кружка, и школу никогда не прогуливала - в общем, идеальный ребенок и мечта любой матери. И госпожа Иноуэ, у которой не было собственных детей, души в ней не чаяла и с радостью выполняла любые ее просьбы, которые были очень редки.

Рукии всегда было неуютно в гостях у подруги, потому что, по мнению тети Мегуми, "эта детдомовская девчонка", была сущим наказанием. Непослушная, плохо учится, прогуливает школу... На самом деле все это началось после смерти Хисаны, когда Рукии надоело все - разговаривать, улыбаться людям, да и просто жить. Бьякуя, замкнувшийся в себе, не мог не заметить разительную перемену в настроениях названой младшей сестры, и это пугало его даже больше чем потеря любимой.

Только после встречи с жизнерадостной Иноуэ, Рукия начала оживать, стала чаще улыбаться, но осталась такой же нервной и раздражительной. Тогда Бьякуя осознал, что будет вечно благодарить того, кто сможет вернуть его сестру к нормальной жизни.

И эта жизнь начинала потихоньку стучаться в двери ее закрытого мирка.

Прохладным апрельским вечером, девушка стояла с подругами на пороге Music club Ginza, где должны были играть ICI.

Заказанный тётей столик, находящийся прямо возле сцены, оправдал все желания Орихиме, она пищала от восторга, трясла за плечи скучающую Татсуки и Рукию, которая, того и гляди, могла упасть. Молодая госпожа Кучики была всего 144 сантиметра ростом и когда перед ней покачивался огромный бюст подруги, становилось немного страшно.

- Рукия-тян, Татсуки-тян... Они... Они будут петь прямо перед нами! Я смогу коснуться их рукой! - принцесса вся раскраснелась и то и дело проверяла в порядке ли её макияж и одежда. Рукии были чужды ее переживания - так сохнуть по какому-то глупому мальчишке, который даже и не взглянет на нее... Уму не постижимо! А тем более одеваться так, будто она хочет соблазнить его своим вызывающим видом... Да куда там Орихиме! Зал постепенно стал наполняться зрителями, а точнее зрительницами, занимавшими столики кто ближе, а кто дальше от сцены. И все они были одеты так же как Орихиме! Самые красивые платья, самые дорогие украшения и тонны косметики, девушка и вообразить не могла как их лица выдерживали столько штукатурки, пожалуй соперничать с ними могли только гангуро с Харадзюку. И даже Татсуки, которой всегда было плевать на музыку, накрасилась и одела вечернее платье, будто ей есть какое-то до этого дело! Только она, Рукия, была в простых блузке и юбке, а из косметики использовала только легкую тушь для ресниц. В таком разукрашенном и разодетом обществе пищащих от восторга девиц, она была словно белая ворона.

Но общество не обращало на нее внимания, потому что когда маленький зал заполнился и погасли лампы, началось ОНО. Сцену заволокло легкой дымкой и появились те, кого эта толпа девушек желала больше всего на свете - брюнет в обтягивающем кожаном костюме, смуглый атлет в небрежно одетой тройке, и рыжий в пиджаке на голом торсе. Их отрешенные взгляды с поволокой, алая роза, брошенная в зал брюнетом, и их голоса, когда они начали петь... Как бы Рукия не ненавидела их, но она не могла не признать, что они были великолепны. Все - движения в танце, слаженность вокала, музыка... Они выкладывались на полную и с первого ряда девушка могла отчетливо видеть как по напряженной шее оставшегося позади всех, словно пытающегося спрятаться в тени Исиды, Куросаки стекают капельки пота. Почему-то она смотрела именно на него - как он поет, как ведет себя на сцене; но Рукия пока не хотела признавать, что выступление ее чем-то зацепило. Она погрузилась в свои мысли и пришла в себя только когда Орихиме осторожно тронула ее за плечо.

- Рукия-тян, тебе нехорошо?

- Ах, что случилось? - девушка вздрогнула от неожиданного прикосновения. Иноуэ смотрела на нее со взволнованным выражением лица, а зал тем временем изменился - сцена опустела, а между столиками зачастили официанты, обслуживающие отдыхающих дам.

- Ты просто выглядела такой отрешенной. Я испугалась, что ты заболела. - Химе молитвенно сложила ручки. - Хорошо, я быстро заметила, что с тобой что-то не так. Сейчас перерыв, группа будет отдыхать пятнадцать минут. Тебе нужно прийти в себя, потому что во второй части они обещали раздеться на сцене.

Дальнейшая часть истории потонула в многократном "Кья!" и каких-то нечленораздельных звуках, означавшим то, что "принцесса" готова "умереть от счастья" прямо сейчас.

- Все в порядке. Я правда выйду освежиться. - Рукия встала из-за столика, направляясь к выходу из зала.

- Будь осторожна, а я прослужу тут за Химе. - Татсуки подмигнула девушке, она только что вернулась из бара и в руках у нее были три коктейля. – Без тебя начинать не будем.

- Я в уборную и обратно. Все будет хорошо. - Кучики улыбнулась и осторожно вышла из зала в просторный коридор, в котором приятно тянуло прохладой с улицы. "Видимо, где-то рядом черный ход", подумала девушка, увидев на двери напротив значок туалета. Распахнув дверь, она подняла голову, и перед ней предстала удивительная картина – высокий молодой человек, писающий в раковину.

- Какого черта вы тут делаете?! Это женский туалет! - закричала Рукия, прикрывая лицо руками.

- Чего орешь, идиотка, это общий туалет, и я не виноват, что тут нет писсуаров. - хам обернулся на голос, и девушка увидела того самого знаменитого-по-которому-сохнет-Орихиме Куросаки Ичиго, растерянного глядящего на нее.

Куросаки Ичиго же поспешил застегнуть ширинку, потому что он смотрел в глубокие фиалковые глаза самому прекрасному созданию, которое когда-либо видел в жизни - маленькая, тоненькая и бледная девушка с черными как ночь волосами. Она была растеряна и раздражена, но даже это не портило прекрасные черты ее лица.

А предмет столь лестных описаний, сложившихся в голове ошарашенного парня, видел перед собой тормознутого рыжего придурка, одетого в одни только брюки и не помывшего руки после туалета.

- Ты обозвал меня идиоткой! - наконец взорвалась Кучики, наплевав на приличия и перейдя на ты.

- Прости, я не знал, что именно за особа орёт на меня с порога! Но ты тоже не имела право так врываться не постучав. - Ичиго нахмурился и сложил руки на груди.

- Ну, извини, не догадалась что какой-то идиот будет писать в раковину! А я, наивная, хотела умыть лицо, теперь тут ни к чему не притронусь! - она развернулась на каблуках и вышла в коридор.

- Стой! Ну извини, я виноват. Что мне сделать? - в голове парня словно зажглась лампочка, он понимал, что если она сейчас уйдет, он больше никогда не увидит ее, и это ни с того ни с сего, его испугало.

- Мне от тебя ничего не нужно. - Кучики раздраженно нахмурила брови и толкнула его рукой в грудь, желая скорее отвязаться от неожиданно привязавшегося идиота.

Они стояли в коридоре возле двери уборной и спорили, но со стороны казалось, что они просто разговаривают. Он взял ее за плечи, но со стороны казалось, что он хочет поцеловать ее. Она толкнула его рукой в грудь, но со стороны казалось, что она заигрывает. Да, такая картина сложилась в голове у двадцатипятилетней Марико, которую не пустили на концерт, потому что билет на который она копила два месяца – оказался подделкой. Она залила горе в соседнем баре и пошла караулить своего любимого и единственного, идола "Ичи" возле черного входа, но когда заветная дверь приоткрылась, она увидела совсем не то, что хотела. Он. Флиртует. С какой-то девицей. Он, который никогда не встречался с фанатками, теперь флиртует с одной из них! Дальнейший план сложился в голове Марико почти мгновенно - она вспомнила о ножницах, которыми хотела отрезать локон волос любимого и, внезапно пырнув отвлекшегося охранника в шею, рванула внутрь здания.

Её мозг был поглощен только одной мыслью "убить соперницу", её не волновали последствия, она хотела просто убрать с дороги ту, которая мешала ей видеть её единственного.

Рукия услышала топот каблуков, приближающийся к ним и обернулась.

Дальнейшее произошло словно в одно мгновение - сверкающие лезвия ножниц приближаются к ее груди, а потом больно врезаются в плечо, и девушку загораживает высокая тень, спустя мгновение, подбегает охранник, и Рукия, упавшая на пол, слышит отдаленный крик "Не прощу!", а возле нее...

- Прости... Что не смог защитить тебя полностью, девочка. - Ичиго лежал на полу и, хмурясь, держался рукой за рану в животе, из которой торчали те самые ножницы.

- Не "девочка", а Кучики Рукия. - девушка взяла его за руку, другой рукой придерживая свое окровавленное плечо. Блузка была загублена, но какое кому дело? Сейчас перед ней лежал человек, от которого она не ожидала таких действий.

- А я Куросаки Ичиго. - прошептал парень, и отключился, выпуская ее ладонь из своей.

- Нет, держись, не отключайся! - воскликнула Кучики, достав из сумочки мобильный телефон, и набирая номер скорой.

Вокруг засуетилась охрана, какие-то люди, видимо хозяева клуба, менеджеры... Из зала слышались голоса людей, взволнованные и не понимающие. Кто-то из персонала узнал, чья она сестра и девушка поняла, что скоро позвонят ее брату, и он приедет сюда, думая, что она чуть не умирает. "Пусть делают что хотят", подумала Кучики, когда ее и парня, лежащего рядом, подняли на носилках и положили в машину скорой помощи. Снаружи завыла сирена, послышался плач похожий на Орихиме, голос брата, кричащая Татсуки, но Рукии было все равно, кровь стекала по ее плечу и она была слишком усталой, чтобы о чем-то думать.