[228x280] [168x203]
Америки не открою ,если скажу,что каждая женщина по- своему уникальна.Видно это в большей или меньшей степени,но присутствует всегда.Каждая,одним своим появлением,создает ту или иную атмосферу,причем колоссальное различие в совершенных мелочах: взлет ресниц,улыбка,поворот головы, даже передвижение по комнате.
Феномен женщины,против очарования которой не может устоять ни один мужчина меня интересовал всегда.
Надо сказать,что имя Лили Брик я слышала вскользь еще в детские годы.Знала,что связано оно с Маяковским и покрыто некоей тайной.Сейчас,после десятков лет(ух,какая я уже взрослая) здесь в Израиле, в библиотеке наткнулась на книгу В.Катаняна.Я" проглотила"ее,но до конца свое мнение о Л.Брик не составила.Какое-то отторжение чувствовала и Маяковского было жаль.А чего жалеть-то собственно,он без этой любви жить не мог.
«Ты не женщина, ты – исключение»
В 1891 году в семье простого присяжного поверенного родилась дочь. Счастливые родители нарекли дитя в честь возлюбленной Гете, Лили. Характер у девочки был еще тот. Упрямый, своенравный, необузданный – казалось, она вылеплена совсем из другого теста, чем ее родители и младшая сестра Эльза.
Девочки в семье Юрия и Елены Каган получили хорошее образование, знали несколько иностранных языков, много читали, музицировали, владели искусством танца.
Но не это было главным призванием в жизни Лили Каган.
Уже с тринадцати лет она осознала свое магическое влияние на мужчин. Один долгий взгляд ее темных глаз и новый поклонник обеспечен. И это притом, что юная Лили отнюдь не была красавицей. Миниатюрная, даже суховатая, с сутулой спиной, начисто лишенная всех соблазнительных женских изгибов, она свела с ума многих известных мужчин начала XX века.
И виной этому была ее необыкновенная, завораживающая чувственность.
Как писали современники: «ее сексуальность так естественна, так неуловима, так ненарочита, данная самой природой, а не сфабрикованная разнообразными женскими уловками».
«Ослепительная царица Сиона евреева» «умела быть грустной, женственной, капризной, гордой,пустой, непостоянной, влюбленной, умной и какой угодно», – отмечал Виктор Шкловский
Осип Брик, преподаватель политэкономии в женской гимназии, где училась Лиля, был вовсе не первым ее возлюбленным. К этому времени у Лили уже было предостаточно романов и даже тайный аборт. Но это не остановило влюбленного юношу, и 26 февраля 1912 года состоялась свадьба.
Некоторое время молодожены жили в Москве, где Осип учился, а осенью 1914 семья переехала в Петроград, где и состоялась встреча Лили с молодым поэтом Владимиром Маяковским.
Привела же его к Брикам младшая сестра Лили, Эльза, у которой с Маяковским на тот момент был бурный роман. Вихрастый растрепанный парень пришел с поэмой «Облако в штанах», которую прочитал своим новым знакомым, а ушел одержимо влюбленный в Лилю.
Первым своим безошибочным нюхом талант поэта «унюхал» Осип. Именно он издавал первые сборники Маяковского, постоянно приглашал его в дом и с восхищением слушал бесконечные стихи посвященные… его жене.
Отсутствие ревности объяснялось просто: трезвомыслящий Осип вполне отдавал себе отчет в том, что Лили вряд ли будет хорошей и верной женой. А ко времени знакомства с Маяковским они, продолжая жить вместе и безмерно уважая друг друга, уже не поддерживали интимных отношений.
В Лили его притягивало другое, ее жажда жизни, умение сделать из будней праздник и обоюдная увлеченность всем незаурядным, выходящим за рамки обыденного бытия.
Маяковский же рухнул в новый роман всей силой своего темперамента. Его неудержимой страсти нельзя было противостоять.
Отношения Маяковского с Лилей Брик складывались неординарно с самого начала. По свидетельству Лили Юрьевны, она только через три года «могла с уверенностью сказать» О. М. Брику о том, что они с Маяковским любят друг друга.
Поначалу скрывая от мужа свои отношения с Владимиром, вскоре она призналась во всем и предложила жить вместе. Злословы не преминули тут же распустить сплетни об этом «тройственном» союзе, но Лиля отвергала любые предположения о «любви втроем».
Однако Маяковский явно не рассчитал своих сил, увлекшись Лилей. В отличие от Осипа, он ревновал и мучился. Даже пытался застрелиться, но счастливая осечка спасла его жизнь. Лиля же не терпела никаких посягательств на свою свободу и вскоре настояла на временном расставании. В течение двух месяцев они должны были не встречаться, не писать и не звонить друг другу.
Впоследствии она говорила, что сделала это специально, дабы сподвигнуть Маяковского на написание новых стихов (в это время у него разразился творческий кризис).Как бы там ни было, расчет оказался верным: через два месяца он явился к ней с поэмой «Про это» и кучей писем, написанных ей за время «заточения».
Но ренессанса чувств, увы, не состоялось. Маяковский по-прежнему без ума любил ее, она же стала охладевать. И через некоторое время предложила расстаться совсем.
«Расставание», однако, отнюдь не означало прекращения дружбы и даже совместного проживания - просто исключалась интимная жизнь. С этим поэт так и не смог смириться, хотя и пытался.
По мнению биографов, чрезвычайно впечатлительный, легкоранимый, постоянно подвергавшийся нападкам прессы, только у матери и сестер находивший приют и ласку, Маяковский с распахнутой душой откликнулся на сочувствие и внимание, проявленные к нему Бриками. Будучи человеком по-рыцарски благородным, он, несмотря ни на какие личные обстоятельства, до конца жизни сохранял в душе теплые чувства к тем, кто когда-то помог ему, а в предсмертном письме назвал Л. Ю. Брик среди членов своей семьи.
Л. Брик писала о том, что ее отношения с мужем «перешли в чисто дружеские, и эта любовь не могла омрачить» их тройственную дружбу. О дальнейшей жизни сказано: «Мы с Осей больше никогда не были близки физически, так что все сплетни о «треугольнике», «любви втроем» и т. д. – совершенно не похожи на то, что было. Я любила, люблю и буду любить Осю больше, чем брата, больше, чем мужа, больше, чем сына. Про такую любовь я не читала ни в каких стихах, ни в какой литературе».И еще: «Я не могла не любить Володю, если его так любил Ося».
Вряд ли тут что-либо надо объяснять, настолько все это действительно ни на что не похоже. Ведь каждый из Бриков в это же время имел по второй семье на стороне, а еще раньше Лиля Юрьевна пыталась распространить эти принципы в лефовском окружении.
Уже в старости Лиля Брик потрясла Андрея Вознесенского таким признанием: «Я любила заниматься любовью с Осей. Мы тогда запирали Володю на кухне. Он рвался, хотел к нам, царапался в дверь и плакал...» «Она казалась мне монстром, – признавался Вознесенский. – Но Маяковский любил такую. С хлыстом...»
У Лили имелся свой подход к мужчинам, который действовал, по ее мнению, безотказно: «Надо внушить мужчине, что он замечательный или даже гениальный, но что другие этого не понимают. И разрешать ему то, что не разрешают ему дома. Например, курить или ездить куда вздумается. Остальное сделают хорошая обувь и шелковое белье».
Одна из ее подруг вспоминала: «Влюблялась Лиля часто – красивая, наверное, сильно бушевали в ней «страсти-мордасти»; из-за Пудовкина даже чуть не отравилась...»
Между тем чувства других людей Лиля Юрьевна в расчет не принимала. В своем кругу позволяла себе высказываться о Маяковском иронически: «Вы себе представляете, Володя такой скучный, он даже устраивает сцены ревности»; «Какая разница между Володей и извозчиком? Один управляет лошадью, другой – рифмой». Что касается его переживаний, то они, видимо, мало трогали Лилю Юрьевну, наоборот – она видела в них своеобразную «пользу»: «Страдать Володе полезно, он помучается и напишет хорошие стихи»
.Жизнь пошла по-новому. И в этой жизни внезапно появилась еще одна женщина, не менее чувственная чем Лиля, но более красивая. После «разрыва» и Брики, и Маяковский много ездили по миру. Она - чтобы развеяться, он - чтобы найти «большую любовь, которая одна может спасти». И вот в Париже он встретил ту, которой удалось потеснить в его сердце образ Лили. Татьяна Яковлева за два года до знакомства с Маяковским по вызову своего дяди художника А. Е. Яковлева переехала в Париж.
Двадцатидвухлетняя девушка отличалась необыкновенной, по отзывам современников, фатальной красотой. Высокая, грациозная, с длинными ногами, белой кожей и выразительным взглядом, она тут же вошла в парижский бомонд и обзавелась немалым числом именитых поклонников. Ей, манекенщице модного дома Коко Шанель, симпатизировал Шаляпин. С Маяковским их свела Эльза Триоле, бывшая возлюбленная Маяковского и младшая сестра Лили Брик.
Впервые увидев Татьяну, она засмеялась: «Да вы под рост самому Маяковскому», а затем по приезду и познакомила их. Это была красивая пара двух удивительно похожих друг на друга людей. Их потрясающее сходство отмечали все современники.Он, как следует из ее писем, был единственным, кто оставил след в ее сердце, она стала его новой музой.
Маяковский писал ей стихи, которые по приезду читал Брикам.
Дослушав до конца, Лиля тихо произнесла: «Вот теперь ты меня по-настоящему предал».
Но Маяковский был увлечен, влюблен, страдал и звал Татьяну в Москву. На что она, ненавидя советскую власть, категорически не соглашалась. Да и помимо Владимира у нее имелись претенденты на руку и сердце. После долгих мучений она предпочла разум чувствам, и вышла замуж за виконта Бертрана де Плесси..
Известие же о браке Татьяны Яковлевой окончательно подорвало его. Он потерял Лилю, чей образ пронес через всю жизнь, его отвергла Татьяна. Он разочаровался в революции, в поэзии, во времени, в людях.
Все это вместе и предрешило тот роковой выстрел холодным апрельским днем 1930 года.
Как говорят, "инцидент исперчен"Любовная лодка разбилась о бытС тобой мы в расчете и ни к чему переченьВзаимных болей, бед и обид-
предсмертные стихи поэта не были адресованы конкретному лицу, но откуда это «С тобой мы в расчете….»? С кем?
Лиля прожила с Осипом Брик до самой его смерти после инфаркта в 1945 году.
Сама же она покончила жизнь самоубийством в 1978 году: неудачное падение повлекло перелом шейки бедра, а такие переломы для «дам за 80» - роковые. Лиля понимала, что уже никогда не встанет…
Успевший познакомиться с Лилей Ив-Сен Лоран считал ее одной из немногих женщин, которые «вне моды» и попытался выразить словами то неуловимое волшебство шарма, которым загадочная женщина обладала от рождения: «она никогда не произносила банальностей, у нее на все был свой взгляд и с нею всегда было интересно».
Трудно представить, чтобы это делало человека столь неотразимым…
Но ни одно из описаний Лили, оставленных современниками, не раскрывает ее секрета:«…даже в молодости в обычном смысле этого слова красивой она не была. У нее были прекрасные лучистые глаза, но фигура была не из лучших. У нее были тонкие ножки, которые она с присущим ей вкусом тщательно скрывала под длинными юбками или брюками. Ведь она была первой женщиной в Москве, надевшей брюки.
Вообще вкус у нее был отменным. Но ее мистическое обаяние заключалось главным образом в том, что она была великолепным собеседником. Разговаривая с мужчиной, она как бы погружалась в него, жила только его интересами, а кому из мужчин это не польстит?
Кроме того, она была очень образованным человеком, могла беседовать на самые разные темы. И всегда шикарно и модно одевалась. Никто никогда не видел ее непричесанной, неухоженной или небрежно одетой».(Инна Генс о Лиле Брик)
А Татьяна Яковлева после гибели мужа Бертрана де Плесси в 1941 году вышла замуж вторично и переехала в США. Она прославилась как большая оригиналка и как великолепный дизайнер головных уборов. Семейных архив бережно хранит письма, которые писал Татьяне влюбленный Маяковский.
А вот ее писем поэту не обнаружено: после его смерти личными бумагами и рукописями занималась Лиля, и, скорее всего, решила остаться для потомков его единственной музой и любовью.Татьна Яковлева - де Плесси - Либерман умерла в 1991 году.
Она не претендовала на мировую известность и знаковую фигуру в жизни странного русского поэта. Но история хранит ее имя. С разницей в тринадцать лет покинули этот мир две женщины, две музы Маяковского, оставив нам вечную загадку: кого же из них он любил больше.