В потемневших окнах погасили свечи,
Затуманилась луна печальной думой,
Сад стоял притихший и угрюмый,
Звезды вновь с небес срывались в вечность.
Тихий шорох шелкового платья,
Хрупкость плеч под тонкой белой шалью.
Тихой музыкой, задумчивой печалью
Пальцы клавиши рояля заставляли плакать.
Думалось тогда, что во вселенной целой
Есть лишь музыка и танец нежных рук,
И луны в окне посеребренный круг,
Силуэт в тени ночной, иссиня-белый.
И щемящая, неясная тоска,
Торжество, истома и тревога,
Мне казалось, что рука неведомого Бога,
Её руки в этот час вела…

Свидетельство о публикации №1803142286