[381x500]
Но это было не все. Крук направился к форту Боуи, оставив лейтенанта, чтобы сопроводить все еще вооруженных апачских воинов. Той ночью, торговец спиртным, который продавал индейцам виски, сказал Джеронимо, что его повесят, как только они пересекут границу. Все еще пьяные с утра индейцы продвинулись лишь на несколько миль на север, и ночью, когда компас доверия Джеронимо вновь повернулся вспять, он бежал на юг, небольшая группа Апачей последовала за ним.

Так начался последний этап противостояния Чирикахуа. Измотанный и сытый по горло критикой Вашингтона, генерал Крук подал в отставку. Его сменил Нельсон А. Майлс, тщеславный с президентскими замашками, зарекомендовавший себя в истории борьбы с Сиу и Нез Перс. Но его пятимесячные усилия по поимке последних 34 Чирикахуа оказались безуспешными.

К концу августа 1886 беглецы уже отчаялись снова увидеть свои семьи. Они послали двух женщин в мексиканский город, чтобы те выяснили, можно ли сдаться. Вскоре после этого смелый лейтенант Чарльз Гейтвуд поехал с двумя апачскими скаутами в лагерь Джеронимо на реке Бависп. Гейтвуд разыграл козырную карту, сказав Джеронимо, что его людей уже отправили поездом во Флориду. Новость ошеломила их.
Четвертого сентября 1886 Джеронимо встретился с Майлсом в каньоне Скелетов в Пелонсилосе, к западу от границы Аризоны и Нью-Мексико. "Это четвертый раз, как я сдаюсь", - сказал воин. "И я думаю, последний", - ответил генерал.

Джеронимо сдавался, надеясь воссоединиться со своей семьей через пять дней, надеясь, что его "грехи" будут прощены, и его люди смогут, наконец, поселиться в резервации в Аризоне. Но Майлс солгал. Мало кто их них смог снова увидеть родину.

За свою непримиримость Чирикахуа были наказаны, как никакие другие индейцы в США. Все они, даже женщины и дети, в конечном счете, проработали около 30 лет, как военнопленные, сперва во Флориде, затем в Алабаме и, наконец, в Форт Силл в Оклахоме. В 1913 Чирикахуа отвели место в резервации Мескалеро на юге Нью-Мексико. Около двух третей выживших переехали на землю Мескалеро, одна треть осталась в Форт Силл. В этих двух местах живут теперь их потомки.

В резервации Мескалеро до сих пор живёт правнучка Джеронимо - Ойда Миллер. Симпатичная женщина 66 лет с мягким характером, она всю свою жизнь хранила память о великом воине. "Мы до сих пор получаем письма из Аризоны, проникнутые ненавистью", - говорит она. "Они говорят, что их прадедушка был убит Джеронимо".

В 1905 Джеронимо обратился к президенту Теодору Рузвельту с просьбой перевести его людей обратно в Аризону. "Это моя земля", - писал он, - "мой дом, земля моих отцов, на которую я прошу разрешения вернуться. Я хочу провести свои последние дни там и быть похороненным среди тех гор. Если бы это могло случиться, я бы умер спокойно, зная, что мои люди будут жить на родине, что они будут увеличиваться в числе, а не убывать, как сейчас, и что наш род не исчезнет".
Президент Рузвельт отверг эту просьбу под предлогом, что в Аризоне до сих пор очень плохо относятся к Апачам. "Это все, что я могу сказать, Джеронимо, кроме того, что мне очень жаль, и я не имею ничего против вас".

Опасения Джеронимо, что его люди вымрут, не были просто красивой фразой. Во времена своего расцвета Чирикахуа насчитывали не более 1200 человек. Ко времени, когда их освободили, это число сократилось до 265. Сегодня, благодаря рассеиванию за последующие десятилетия и межплеменным бракам Чирикахуа невозможно подсчитать точно.

Как рассказывали жившие с Джеронимо, остаток своей жизни он горько сожалел, что сдался Майлсу. Вместо этого он желал бы остаться в Сьерра-Мадре со своими воинами, сражаясь до последнего человека.
Зимней ночью 1909, возвращаясь домой из городка Лаутон, Оклахома, Джеронимо упал с лошади и пролежал в канаве до утра. Будучи уже 85-летним стариком, он умер от воспаления легких 4 днями позже. Умирая, он вспоминал имена тех воинов, которые оставались верными ему до конца.

Апачское кладбище в Форт Силл, в тихом месте у притока ручья Кэч насчитывает около 300 могил. В центре - могила Джеронимо - пирамида из гранитных камней с вырезанным из камня орлом на вершине. Голова орла, отбитая вандалами, была заменена на грубую бетонную копию. От нее идут ровные ряды белых могильных камней. На каждом сзади номер, такой, как "SW5055" - тот номер, который был на медных карточках у индейцев в Сан Карлосе.

Джеронимо и Майлс встречались еще раз, на Экспозиции Омаха в 1898, где несколько индейцев были выставлены в качестве военных трофеев. Дрожа от негодования, старый воин потребовал у генерала ответа за свою ложь в Каньоне Скелетов. Майлс не дал внятного ответа. Джеронимо обратился к нему: "Я вот уже 12 лет не был в Аризоне. Желуди и орехи пинон, перепела и дикие индейки, гигантские кактусы и деревья пало верде - все они скучают по мне. Они спрашивают, куда я ушел. Они ждут, когда я вернусь".
Майлс ответил: "Блестящая мысль, Джеронимо. Довольно поэтично. Но мужчины и женщины, живущие в Аризоне, они не скучают по тебе... желуди и орехи пинон, перепела и дикие индейки, гигантские кактусы и деревья пало верде - всем им придется прожить как-нибудь без тебя".