[400x607]
В течение следующих четырех лет Джеронимо, которому было уже за 50, что для Апачей уже старость, пользовался относительной свободой в резервации. Он мог покидать резервацию, когда хотел. Иногда воин даже чувствовал, что можно ужиться с Белоглазыми, но вскоре разочаровывался в этом.
В это время Джеронимо объездил всю свою родину. Горы были естественным ландшафтом для Апачей, среди скал и ущелий они чувствовали себя неуязвимыми. Здесь же обитали Духи Гор, божественные существа, лечившие и защищавшие Чирикахуа от врагов.

В 50-е - годы молодости Джеронимо - Чирикахуа путешествовали по земле, которую им дал их бог Уссен. Эта территория включала в себя Аризону, юго-запад Нью-Мексико и обширные земли на севере Мексики. Армейские офицеры, которым случалось перевозить через эту пустыню индейцев, называли ее самой трудно проходимой местностью в Северной Америке. Недостаток воды, крутые и запутанные горные цепи, кактусы и колючий кустарник, рвущий одежду, гремучки под ногами - белые с трудом отваживались туда заходить. Но Апачи освоили эту местность. Они знали каждый ручей и родник на сотни миль вокруг, им ничего не стоило проехать на лошади и даже пробежать 75-100 миль за день, они могли взбираться по скалам там, где белые солдаты спотыкались и падали. Они могли стать невидимыми среди равнины со скудным кустарником. А путешествовали так, что никто не мог бы различить их следов, разве что другой Апач. В пустыне, где белые голодали, они процветали - мескитовые бобы, агава, плоды сагуаро, и чоллы, ягоды можжевельника, орехи пинон.

В 1880х, когда Белоглазых стало гораздо больше, Джеронимо со своими людьми перешел через границу в горы Сьерра-Мадре, туда, где Чирикахуа чувствовали себя в полной безопасности. Именно здесь, далеко в горах, Джу, друг Джеронимо и один из лучших военных стратегов Чирикахуа, получил видение, посланное Уссеном. Из голубого облака выходили тысячи солдат в голубой форме и терялись в глубокой расщелине. Его воины тоже видели это видение. Шаман объяснил его так: "Уссен предупреждает нас, что мы потерпим поражение, и возможно всех нас убьют войска правительства. Их сила - в их числе, в их оружии, и эта сила, конечно, сделает нас... мертвыми. В конечном счете, они истребят наш народ".

Вознамерившись окончательно разгромить банду Джеронимо, генерал Крук в мае 1883 начал одну из самых отчаянных кампаний, когда-либо проведенную армией США. С 327 человеками - более половины из них были скауты из других племен Апачей - Крук углубился далеко в Сьерра-Мадре, проводником его был Апач Белых Гор, который в свое время путешествовал вместе с Джеронимо.
Сам Джеронимо был далеко оттуда - на востоке, в Чихуахуа, отлавливая мексиканцев, чтобы обменять их на пленных Чирикахуа. Джейсон Бетсинез, Апач, бывший в то время молодым, рассказывал, как однажды вечером за ужином Джеронимо неожиданно уронил свой нож. С ним заговорила его Сила, приходившая иногда неожиданными вспышками. "Мужики," - выдохнул он, - "наши люди, которых мы оставили в лагере теперь в руках американских войск. Что нам теперь делать?" И действительно, как раз в это время авангард Крука, состоящий из Апачей, атаковал лагерь Чирикахуа, было убито 8-10 стариков и женщин и 5 детей взято в плен.
Группа Джеронимо поспешила назад в свое укрепление, где они и увидели Крука с маленькими пленниками. К ним присоединились другие группы, и в течение нескольких дней Чирикахуа стояли лагерем на ближайших утесах, наблюдая за захватчиками.

Вторжение Крука в укрепление Апачей стало для них большим ударом. Что дальше происходило в Сьерра-Мадре, до сих пор точно неизвестно. Ведь, несмотря на значительные силы, которые собрал Крук, Апачи превосходили их по численности, кроме того, у солдат кончались запасы пищи, все это делало их очень уязвимыми.
Прождав пять дней, Джеронимо и его люди под видом друзей проникли к Апачам из лагеря Крука. Они шутили и развлекались вместе со скаутами Белых Гор. Затем Чирикахуа начали танец победы и пригласили скаутов потанцевать с женщинами Чирикахуа. План Джеронимо был - окружить танцующих скаутов и перестрелять их. Но вождь скаутов, назначенный Круком, старый горец, по имени Ал Зибер, запретил индейцам танцевать с Чирикахуа - то ли из принципа, то ли потому что что-то пронюхал.
Итак, засада сорвалась, и Джеронимо вместе с другими главарями согласились на переговоры с Круком. Тогда часть Чирикахуа направилась в сопровождении солдат на север - в Сан Карлос. Другие пообещали сделать это, когда соберут своих людей. Джеронимо оставался на свободе еще 9 месяцев, но поздней зимой и он присоединился к ним.

Джеймс Кайвайкла, Апач Горячих Ключей, будучи в 1880х еще мальчиком, стоял в этом лагере. Семьдесят лет спустя он вспоминал: "В этом месте мы жили несколько недель, жили так, как будто попали в рай. Мы снова охотились, устраивали праздники, танцевали у костра... Это был первый раз на моей памяти, когда мы жили так же, как жили все Апачи до прихода Белоглазых".

Вызывающий удар Крука по лагерю в Сьерра-Мадре более чем другие действия белых, повлиял на ход войны. Большинство Апачей были деморализованы, они уже не пытались бежать из резервации. В переговорах с Круком Джеронимо настаивал на том, что он всегда хотел жить в мире с Белоглазыми. Теперь, в 1884 он сделал искреннюю попытку сделать это. С несколькими другими группами под неусыпным надзором лейтенанта Бриттона Дэвиса, он поселился у Индюшиного Ручья в резервации Белых Гор. На Индюшином Ручье, как казалось поначалу, было доброжелательное и просвещенное руководство с обеих сторон. Правительство решило, что Чирикахуа должны стать фермерами, и большинство Апачей были готовы попробовать новое занятие. Но даже сами индейцы не понимали, какое насилие над их образом жизни совершили, превратив их из кочевников в земледельцев.

Джеронимо настаивал, что в резервации они будут жить только год, в то время, как весь Юго-Запад благодарил бога, что война с Апачами, наконец, завершилась. Но напряженность на Индюшином Ручье возрастала. Правительство запретило два любимых апачских занятия: варение апачского пива - тисвина, за которым, разумеется, следовала пьянка, и битье жен. События достигли кульминации в мае 1885. Несколько вождей устроили большую пьянку, а на следующий день предстали перед Дэвисом, вызывая его посадить их в тюрьму. В это же время Джеронимо по каким-то причинам сообщили, будто Дэвис собирается арестовать и повесить его.
17 мая Джеронимо покинул резервацию, взяв с собой 145 Чирикахуа - мужчин, женщин и детей.

Рассказ о последних 15 месяцах Джеронимо на свободе по праву принимает эпический размах. В то время как солдаты США тщетно ловили Апачей по всему Юго-Западу, газеты Аризоны и Нью-Мексико заходились в истерике: "Джеронимо и Его Банда Убийц До Сих Пор На Свободе", "Кровь Невинных Жертв Взывает к Небесам, Прося Отмщения". Только за время своего первого броска в Мексику беглецы лишили жизни 17 Белоглазых. Часто их жертв находили изуродованными. Ходили слухи, что Джеронимо иногда убивал младенцев, подбрасывая их в воздух и ловя на свой нож.
Американские солдаты, впрочем, тоже убивали детей, руководствуясь тем рассуждением, что "из гнид вырастут вши". А в 1863, убив великого вождя Апачей Мангаса Колорадаса, они же отрезали его голову и сварили ее. По апачским представлениям человек был обречен жить на том свете в таком же состоянии, как он умер, поэтому Белоглазые заслуживали такого же обращения, за то, что убивали и калечили индейцев. Более того, готовясь к битвам, апачские мальчики проходили изнуряющие испытания, причиняя себе боль, учились не бояться смерти. Поэтому самым жестоким наказанием, какое только мог представить себе Апач, была тюрьма, а именно она и ждала индейцев, попавших к Белоглазым.

В последние годы своей свободы Джеронимо убивал поселенцев и рабочих ранчо главным образом для того, чтобы добыть амуницию, еду и лошадей, просто это был самый легкий путь для него. Ужасные пытки, к которым он иногда прибегал, были платой за то, что сделали с его матерью, первой женой и тремя детьми. Хотя десятилетия спустя в старости Джеронимо в ужасе просыпался по ночам, раскаиваясь, что убивал маленьких детей.

Армия преследовала банду Джеронимо, а беглецы делились на маленькие группы и разбегались. Взвод за взводом упорно следовал за ними только для того, чтобы окончательно потерять их следы в скалах и каньонах. Наконец, предприняв координированный удар, несколько колонн солдат уже решили, что загнали Джеронимо в угол в Мексике, но в тот момент он счастливо вернулся в США, поскакал в резервацию Белых Гор, выкрал там одну из своих жен, трехлетнюю дочь и еще одну женщину прямо из под носа у патруля и скрылся, не оставив следов.

Однако, Чирикахуа тоже уставали от жизни беглецов. Несколько недель спустя один из самых жестоких вождей, Нана, к тому времени уже 80-летний хромой старик, согласился вернуться в резервацию с несколькими женщинами, среди которых была одна из жен Джеронимо. В марте Джеронимо, намереваясь сдаться, встретился с Круком в Canon de los Embudos прямо к югу от границы. За два дня переговоров Джеронимо предъявил десятки претензий.
"Я думаю, что я хороший человек," - говорил он Круку в первый день, - "но газеты по всему миру говорят, что я плохой. Нехорошо так говорить обо мне. Я никогда не совершал зла без причины. Один Бог смотрит на всех нас. Все мы - дети одного Бога. И сейчас Бог слушает меня. Солнце и тьма, ветра - все они слушают то, что мы сейчас говорим".
Крук был неумолим. "Ты сам должен решить, останешься ты на тропе войны, или сдашься, не ставя нам условий. Но если ты останешься, я буду следовать за вами, пока не убью последнего из вас, пусть это займет хоть 50 лет".
На следующий день, смягчившись, Джеронимо пожал руку Круку и произнес свои самые знаменитые слова: "Делайте со мной, что хотите. Я сдаюсь. Когда-то я был быстрым, как ветер. Теперь я сдаюсь, и это все".